Приют - Татьяна Лаас

приложили много сил, чтобы все случившееся ушло в никуда, забылось, спряталось за таблетками и разговорами. Сколько Кейт больниц и психологов поменяла, прежде чем начала вслед за детективами и психологами кивать: да, был высокий — свет солнца закрыл, да, бил ножом со спины, да, держал за руки и бил, да, показалось, да, да, да… — лишь бы отстали, лишь бы мама перестала плакать, а отец нервно ходить по комнате каждый раз, когда приезжали детективы.

И да, с тех пор они не ездили к тете Зои. Мама сказала, что ноги её больше там не будет, пока этот маньяк на свободе.

…Только вот истерически орать каждый раз при виде пауков меня так и не отучили…

Перед глазами опять ярко, словно было вчера, встали огромные паучьи ноги, его длинные, опасные ногощупальца, и Кейт спешно открыла глаза.

…уж лучше бы собака вспомнилась!

Она тогда с полицейскими множество фотографий различных пород пересмотрела, но так и не опознала. В розыск так и подали — “фиолетововолосый мужчина с собакой, предположительно породы командор”.

Сейчас Альбы может и не быть в живых — десять лет большой срок для собаки, кто знает, сколько ему лет тогда было?

…Жаль, что не увидимся.

А вот с его хозяином встречаться не хотелось — она была ребенком, она так и не смогла убедить, что мужчина был спасителем, а не… Маньяком. Но поди докажи еще — жизнь парню она подпортила и основательно!

Поезд в очередной раз стал тормозить, и динамики наконец-то объявили долгожданное “Кроссроад!”.

Кейт спешно встала, сняла с верхней полки свой небольшой рюкзак (вещей она взяла мало, планировала погостить у тети всего пару дней — экзамены в колледже еще никто не отменял), закинула его за спину и пошла на выход, судорожно решая — как добираться дальше? Вряд ли автобусы в такое позднее время ходят часто — или придется долго ждать, или ехать на такси. Последнее могло оказаться катастрофическим для её студенческого бюджета.

Но на полупустом перроне её встречали — смутно знакомый парень держал в руках бумажку с написанным от руки именем.

Кейт нахмурилась — она последний раз была здесь ребенком, и знать никого из взрослых не могла, но парень лет двадцати пяти, а то и старше, одетый просто — в джинсы, однотонную футболку и не застёгнутую клетчатую рубашку (и мокасины, мокасины с носками, о боже мой!), был ей знаком. Короткие черные волосы с челкой, налезающей на глаза (а волосы легко можно перекрасить, например в фиолетовый), голубые глаза, волевой подбородок, бледная кожа… Сердце даже кульбит сделало, чуть не вырываясь за пределы грудной клетки, — единственным мужчиной, которого она могла знать здесь, мог быть только Анж. Уж со своими родственниками мужского пола она встречалась и после нападения, и как они выглядят, еще помнила.

Она сделала пару неуверенных шагов и замерла, боясь подойти — если это Анж, то… Она не знала, что ожидать от него. А перрон тем временем окончательно опустел.

Парень, видя, что она не спешит подойти, сам направился к ней:

— Простите, — он для верности еще и махнул бумажкой. — Вы, случайно, не Кейт Милн?

— Да, — кивнула она. — А вы…?

Он уверенно протянул руку для приветствия:

— Йен МакКеллен. Я работаю на мисс Смит.

Она пожала его руку:

— Просто Кейт. И… Приятно познакомиться.

— Тогда просто Йен, — он расплылся в улыбке. — Мисс Смит попросила тебя встретить и подвезти. Ты же не против?

— Благодарю, это было бы чрезвычайно мило с твоей стороны.

Кейт все еще продолжала гадать — Анж это или нет? Его лица она почти не помнила, зато фоторобот хорошо врезался в память.

Имя можно поменять (или неправильно запомнить, кстати!), волосы перекрасить, собаку… Не взять с собой на встречу…

…Но движения… Другие. Или?…

Йен заложил набежавшую на глаза челку за ухо, и Кейт вздрогнула, тут же спрашивая:

— У тебя, случайно, собаки нет?

Йен удивленно посмотрел на неё:

— Была. Давно. Породы командор. Правда, её уже нет…

— Прости, — она отвела взгляд в сторону. Он точно не мог бы её узнать — десять лет превратили гадкого утенка Кейт в нечто иное — она выросла, изменилась, отрастила волосы, чтобы с открытыми платьями не было видно шрамов на плече… А он мог и не запомнить её имя, не говоря уже о том, что свою фамилию она ему тогда не сказала.

…И ведь не уточнишь — не тебя я ли подставила вместо того, чтобы поблагодарить за спасение?..

* * *

За всю поездку парень так и не намекнул, что помнит Кейт, так что той только и оставалось теряться в догадках и собственных страхах.

Но она его точно помнила! Или знала. Его лицо ей было знакомо. Осталось только выяснить — почему так произошло?

Йен остановил машину у утопающего в зарослях плюща дома. Горели фонари с двух сторон от тяжелой входной двери, окна дома были погружены во тьму, кроме холла первого этажа — тут всегда, хоть приглушенный, но свет оставался. Тетя Зои его никогда не выключала. И входную дверь не запирала.

Кейт, выглядывая из машины, заметила — “Приют” совсем не изменился, все такой же солидный, сложенный из красного кирпича, трехэтажный, построенный буквой “П”, без малейших признаков обветшания или запустения. Цветы в горшках, стоящие перед фасадом, все так и цвели, как помнилось с детства, пальмы, выставленные из зимнего сада пропитаться летним солнышком, шумели под ветерком, плющ, прорвавшийся через брусчатку и опутавший дом до самой крыши, все так же зелен и ярок — в детстве кузены Смиты все порывались проверить: выдержит ли он их вес при попытке проникнуть в комнату через окно?

Кейт только сейчас обратила внимание, что вывеска “Приют”, висевшая прямо над дверью, гораздо длиннее, чем надо — кажется, там, под буйным плющом, пряталось еще какое-то слово. А ведь наивно верила, что она помнит о “Приюте” все.

Йен попрощался с Кейт, подождал, когда она выйдет из машины и толкнет вечно открытую дверь “Приюта”, скрываясь внутри дома, и только тогда поехал прочь.

* * *

В холле “Приюта” было прохладно и тихо — колокольчик, висевший над дверью, уже успокоился.

Кейт осмотрелась — время мало коснулось “Приюта”, ничего в нем не меняя. Огромный камин, как всегда летом, был заставлен вазами с цветами. Диваны и кресла так и стояли возле него, ожидая гостей. У дальней стены, вдоль лестницы на второй этаж, была небольшая стойка — на ресепшен это так и не походило, тетя Зои