Доступная женщина - Андрей Арсланович Мансуров

Лицо… Хм.

Не сказать — что совсем свирепое…

Круто вздёрнутые, чёрные, словно обсидиан, тоненькие ниточки бровей, жёсткие складки у рта, чувственные полные губы…

Нет, лицо не свирепое. А — самодостаточное. Спокойное. Лицо уверенного в себе человека. Его обладательница явно знала, чего стоит!

Больше всего она напоминала древнюю воительницу — вроде легендарных амазонок: гордая, независимая, красивая до дрожи! Словно готовая ко всему сжатая пружина! С виду — невозмутимость, внутри — океан скрытой энергии.

На Михаила, застывшего, словно болван, узревший носорога в павлиньих перьях, она даже не взглянула: читала какой-то древний фолиант с иностранными — как он случайно разглядел по названию на огромной, в полметра, обложке — словами. Ага, немецкий.

Объёмистая Инструкция указывала, что мадемуазель Дайана (как она желает, чтобы её называли) специализируется на эпохе Гёте, коего знает наизусть, изучив «в оригинале», и на садо-мазохистских извращениях, где предпочитает играть роль Лидера…

Ах, вот почему первые двое востребованы — они предпочитали, как он вычитал, пассивность в этих самых… Играх.

Кормёжка… Хм. По заказу мадемуазель Дайаны!

Цена услуг даже за один день «эксплуатации» оказалась такова, что Михаил только чудом остановил на полпути руку, потянувшуюся почесать многострадальный затылок: его (немаленькая, в-принципе!) зарплата за месяц!

Под Инструкцией находилась большая зелёная кнопка.

Не-е-ет, эту он ни за что!..

Дальше шли ещё четыре пустые клетки (тьфу ты — комнаты!), а в пятой царствовала Мария Боярская. По-другому и не сказать!

Мария восседала на чём-то вроде трона. Одну высунувшуюся из-под горностаевой мантии прелестно стройную ногу она держала на очень похожем на настоящий, черепе, другую — скромно наружу не выставила. Зато в руках держала скипетр и державу. Гордо откинутую назад (Как только шея не ломается!) голову венчала высокая боярская шапка, похоже, даже из натурального меха.

Михаил прочёл, что обращаться к диве нужно исключительно «Ваше Величество», и кормить только чёрной икрой и парной осетриной. Ну, а по желанию — давать и водочки с солёными огурчиками.

Правда (очевидно, с учётом затрат на «питание») стоили услуги «её Величества» поменьше, чем у любительницы Гёте раза в полтора.

Ещё три пустые помещения.

Маргарита Наваррская.

Боже! Эту требовалось каждый день «ублажать» зрелищем пылающего костра (или хотя бы — натурального камина), хлестать прилагаемой плёткой, и «использовать», только приковав к пыточному столбу.

Поскольку Михаил плохо представлял, как в его скромное жилище впишется этот самый столб, он двинулся дальше, не углубляясь в чтение остального.

Пресвятая Агнесса. Эту полагалось из квартиры не выпускать, при «использовании» держать привязанной, (или, лучше — прикованной) к кровати, и требовать «отречься от вредоносной ереси христианства»!

После каждого сеанса «использования» полагался Курс восстановительных медикаментов, психотропных галлюциногенов, и «освежающий» сон на подстилке из натуральной соломы…

Еда — только каша из полбы и чёрный хлеб.

Бр-р-р!.. Неужели она и здесь так же питается?! Хм-м… Непохоже — отличная кожа и… И всё остальное.

Лицо Агнессы особо рассмотреть не удалось, потому что к Михаилу мученица оказалась обращена как раз противоположной стороной! Но «все остальное», что оказалось видно, (особенно, когда девушка клала истовые поклоны перед огромным, на полстены, распятием, и грубая материя рубища всё равно аппетитно обрисовывала то, что положено обрисовать) впечатляло… Похоже, солома очень даже способствует. Отращиванию.

Валькирия. Эта нагло, выставив в прямо-таки волчьем оскале, острые белые зубы, восседала на горе ржавых доспехов, мечей и шлемов, а под кольчужной рубахой, составлявших всё облачение, явно ничего не было. А ещё она что-то жевала. Сырое мясо поверженных врагов? Или просто жвачку?

Михаил поморщился — валькирия оказалась на его вкус полновата, хоть и с копной невероятно пышных и длинных рыжих волос. В рационе значились солонина, сырая рыба и много (Это особо оговаривалось!) — не меньше пяти литров в день! — пива.

Неторопливо, уже успокоившись, и похихикивая в усы, Михаил продолжил изучение, двигаясь в паре шагов от бронебойного панорамного стекла.

Японская гейша (Говорит и при необходимости пишет на восьми языках. Ест суши и отварной рис. Владеет навыками работы персонажами театра Кабуки.).

Маркиза Помпадур (Затянутая в столь тесный корсет, что непонятно, как вообще дышит! Талия — как значилось в Проспекте — сорок два сэмэ!). Разумеется, в платиново-белом парике. К тому же ещё и с дурацкой мушкой над губой…

Офицер гестапо. Ну эта, понятное дело — в черной кожаной форме. И с парабеллумом в кобуре. (Инструкция сообщала, что пули — резиновые. Хм… Всё равно не хотелось бы и такую получить. В любое место!)

Пастушка. Хм-м… Эту он разглядывал и о ней читал дольше всех.

Венок из полевых цветов и милый пасторальный облик (В комнате, на искусственной травке даже «паслись» механизированные овцы!) соблазняли, конечно, как и означенная «любовь к утехам на лоне природы», но…

Неприемлемой оказалась цена.

Пройдя до конца этого Здания, он так и не выбрал. А часы показывали, что ушло почти полтора часа. Надо бы пошевеливаться — если он хочет успеть всё закончить сегодня!

Следующее, последнее, Здание заняло не больше двадцати минут: он почти не останавливался — варианты увиденного всё чаще повторялись. Менялись лишь имена. Поэтому в остальные Корпуса он не пошёл, а сразу спустился на Второй этаж.

На Уровне «Б» Михаил оказался весьма неприятно удивлён.

Все Леди для консорта казались словно бы на одно лицо! Деловой неброский макияж, строгие чёрные миди-юбки, белые блузки, телесные колготки с лайкрой… Ну и, само-собой — туфли на длиннющих шпильках. Большинство предпочитало и короткие стрижки. Различались габариты тел (от хрупких, наряженных в сорок четвёртый, до весьма… Упитанных — пожалуй, на пятьдесят второй.).

Но черты лиц у всех отличались правильностью и словно бы стерильностью: таких жёстко-колючих взглядов Михаил ещё не видал! (Потому что те, кого брали на корпоративы его Шеф и Шеф Шефа, так не смотрели — работали!)

А уж про то, что их отличала от дам с верхнего этажа словно казённая деловитость и целеустремлённость, можно и не упоминать!.. Хм-м… Ни дать — ни взять, старинные секретарши больших Боссов! Только вот нет сейчас секретарш. А есть секретари!

Поскольку «сопровождать» Михаила никуда, кроме постели, не требовалось, он прошёл этот Уровень быстро, лишь изредка бросая рассеянные взгляды на куда менее востребованных «консортщиц»: более половины однообразно оформленных в том же казенно-деловом (под офис!) стиле клеток-камер оказались заняты. Не сезон для консорта, что ли? Или этот вид услуг постепенно отмирает? Или…

Меньше стало Шефов?

Второго этажа