Ураган по имени Рафаэль - Барбара Макмаон

Выключив компьютер, Амалия привела в порядок письменный стол и надела плащ-дождевик. Она уже прикидывала, что приготовить сегодня на ужин, когда в приемной появился Стефано.

— Я хочу, чтобы завтра утром ты опять запросила для меня прогноз погоды. — Он вручил ей лист бумаги с интернет-адресами гидрометеоцентра в Барселоне и двух других служб, дававших прогнозы по востоку Испании и южным территориям Франции.

— Что-нибудь еще?

— Остальное потом. Кстати, я должен хорошенько подготовиться к полету. Это не просто приятная прогулка. Жду не дождусь, когда увижу лицо Рафаэля, передающего мне чек.

— Жуткое дело вы затеяли, — пробормотала Амалия. Она впервые посетила фестиваль воздушных шаров, когда стала работать в компании Висенте, однако почти сразу сбежала. Маленькие плетеные корзины, соединенные с огромными аэростатами невероятно тонкими тросами, взмывали вверх. Представив себя поднимающейся в небо, она вздрогнула. Подобная затея казалась ей сомнительной и опасной. Амалия предпочитала ступать ногами по твердой поверхности.

— Это абсолютно безопасно и забавно, — заверил ее босс. — Нет ничего лучше, чем парить над землей на высоте нескольких тысяч футов и любоваться плывущим внизу ландшафтом, пока тебя несет ветер.

— Если только вы не запутаетесь в линии электропередачи, или не утонете в море, или… не вывалитесь из корзины и не разобьетесь о землю. — Она тряхнула головой, чтобы избавиться от этой ужасной картины.

— Такое случается лишь раз жизни, — рассмеялся Стефано.

— Вы можете погибнуть!

— Не думаю. Я ни разу не попадал в ситуации, даже близко напоминающие описанные тобой. В любом случае ты не летишь. Тереза Валескес с радостью составит компанию Рафаэлю. Думаю, она рассчитывает, что в конце гонки он сделает ей предложение. Хотя я сомневаюсь в этом, ибо Рафаэль — неисправимый плейбой-холостяк. Увидимся утром! — Он удалился в свой кабинет.

Выйдя из офиса, Амалия остановилась на крыльце, размышляя: мчаться ли к автобусной остановке, забыв про зонтик, или, несмотря на сильный ветер, попытаться раскрыть его.

У тротуара затормозил блестящий черный спортивный автомобиль. Окно со стороны пассажирского сиденья открылось.

— Вас подвезти?

Немного наклонившись, девушка увидела Рафаэля Сандовала.

— Залезайте в машину, я отвезу вас домой, — распорядился он.

В иной ситуации Амалию возмутил бы его властный тон, но сегодня лучше все же воспользоваться автомобилем. Она быстро забралась в салон.

— Зачем вы здесь? — спросила Амалия, пристегнув ремень безопасности.

— Чтобы лучше узнать вас.

Когда автомобиль выехал на трассу, девушка тихонько вздохнула. Отделанный кожей салон автомобиля казался ей роскошным. Удобно расположившись на мягком сиденье, она не удержалась и тайком погладила его.

— В этом нет необходимости. Стефано уговорил Терезу Валескес лететь с вами. Я остаюсь на земле, — заявила она.

Итак, теперь у Рафаэля Сандовала нет повода ближе знакомиться с секретаршей его соперника. Не высадит ли он ее на следующем повороте?

— Черт, я даже не знаю, кто хуже: вы или Тереза, — пробормотал он.

— Большое спасибо, — тихо произнесла Амалия, не испытывая к этому человеку никакой симпатии. Она очень надеялась, что он проиграет гонку и это собьет с него спесь.

— Говорят, из двух зол нужно выбирать меньшее. Я хорошо изучил Терезу, и мне известно, как она себя поведет. Вы же для меня — незнакомка, но, по крайней мере, у вас вроде бы нет скрытых мотивов.

— Я не полечу, так что незачем это обсуждать, — решительно сказала Амалия.

— И все же я не заставлю вас мокнуть под дождем. Куда ехать?

Амалия жила в старом районе города, с множеством многоквартирных домов, маленьких рынков, извилистых и узких улочек.

— Нужно проехать через Виа Эстрада, — пояснила она.

— Что затеял Висенте? — немного погодя поинтересовался Рафаэль, легко ведя автомобиль по залитым дождем вечерним улицам.

— Он намерен выиграть, — сухо уточнила Амалия.

— Я тоже.

— Он считает, что сеньорита Валескес будет отвлекать вас, а это даст ему преимущество.

Рафаэль мельком взглянул на нее:

— Вы честны. Хм, не ожидал такого ответа.

— Значит, вы общались не с теми людьми, — выпалила девушка.

Сначала Рафаэль задел ее гордость, теперь изумляется ее честностью. Она вцепилась в сумочку, надеясь, что сохранит самообладание до конца поездки.

— Вы еще и обидчивы. Могу поспорить, что и вспыльчивы тоже, — поддразнил он ее. — Уверен, что в офисе Висенте вам часто приходится усмирять свой нрав.

Ей хотелось ответить ему какой-нибудь колкой фразой, чтобы унизить, но ничто не пришло на ум.

— Вы тоже считаете, что Тереза будет отвлекать меня? — спросил он.

— Понятия не имею, — натянуто произнесла Амалия. Его отношения с красотками ее не касаются. — Если вам и моему боссу вздумалось участвовать в этом дурацком соревновании, я думаю, вы должны находиться в равных условиях.

— Тогда мне придется выбрать ему в спутницы красивую женщину.

Амалия промолчала. Неужели Рафаэль предполагает, что ради гонки на воздушных шарах Стефано способен изменить жене?

— Какие будут предложения? — настаивал он.

— Ничего из того, что вам хотелось бы услышать, — тихо проговорила она. — У второго светофора поверните направо, затем через три квартала сверните еще раз.

— Может быть, я захочу это услышать.

Амалия молчала какое-то время. Наконец осмелела:

— Вы заключили глупое пари. Вам обоим и в голову не пришло, что можно найти лучшее применение той сумме, которая поставлена на кон. В мире полно голодных детей, больных и бездомных людей.

— Я занимаюсь благотворительностью, — запротестовал он.

Амалия покачала головой. Рафаэль вряд ли поймет ее.

— Вот что, — сказал он. — Я переведу свой выигрыш в благотворительный фонд, который выберете вы. Назовите его, и я сейчас же подпишу чек.

Она изумленно посмотрела на него:

— Зачем вам это?

— Для меня главное не деньги, а победа.

Амалия отвернулась и посмотрела в окно. Она и представить себе не могла, что можно так беспечно разбрасываться пятьюдесятью тысячами евро.

Через несколько минут они подъехали к ее дому. Рафаэль взглянул на него сквозь ветровое стекло. Здание старое, но по-прежнему привлекательное, отделанное камнем и с большими окнами.

— Внутри дом отреставрирован?

— Ему почти сто лет, поэтому его, конечно же, ремонтировали. — Амалия решила не уточнять, что ремонт в доме проводился в последний раз около пятидесяти лет назад.