Монстр под прикрытием - Елена Кароль

Как Курдяк и приказал, я отправила кинжал в его сторону, постаравшись сделать это так, как нас учили в академии, чем заработала одобрительный кивок начальства. Гроза потихоньку уходила на запад, оставляя нас практически в кромешной темноте, но я, как ни странно, видела довольно неплохо: в сером цвете, но чётко.

— Будем выбираться? — предложила не очень уверенно спустя почти минуту напряженного молчания.

— Ждём бригаду, — отрицательно качнул головой майор. — Если не отвлекут, подъедут уже минут через десять. Пусть сразу соберут все улики и составят протокол.

— А смысл? — Нет, я понимала, что нельзя совсем без протокола, но ситуация была для меня слишком нервной.

А ещё было холодно (и это несмотря на очень жаркие августовские ночи, ничуть не уступающие дню) и хотелось жрать!

— Не понял, — возмутился было орк и грозно вскинулся. — Ты точно Этвуд?

И вдруг замер, не сводя с меня своего единственного глаза. Секунд пять молчал, после чего очень тихо, очень спокойно произнёс:

— Этвуд, у тебя глаза светятся красным. Почему?

— Есть хочу, — ответила первое, что пришло в голову и желудок согласно буркнул. Да так громко, что это услышал даже командир. — Очень хочу.

— Что-то определенное или любую еду? — ещё спокойнее уточнил майор и я краем глаза заметила, как его рука крепче сжала ствол табельного маг-магнума.

Медленно склонила голову набок, неожиданно расслышав, как быстрее застучал пульс командира и участилось дыхание, немного подумала и перевела взгляд на распластанное тело оккультиста. Принюхалась, начиная ощущать не только запахи сочной травы, но и множество других, подумала ещё… И медленно качнула головой.

— Сырого мяса не хочется. А вот магию… У преступника на пальце накопитель из горного хрусталя. Дадите?

— Ты маг? — Ещё сильнее напрягся майор, но кольцо мне перекинул. Причём настолько метко, что я без труда поймала его ещё на подлёте.

Или это у меня ловкость возросла в разы?

— Ещё не знаю, — неопределенно пожала плечами, ощущая что угодно, но только не гармонию с собственным телом, как нас учили в академии. — О, да-а…

Закрыла глаза, с невероятным наслаждением впитывая магию напрямую из кольца и впервые в жизни ощущая, как меня наполняет невидимой, но невероятно питательной энергией. Это было сродни экстазу! И никакой пончик с этим не сравнится!

Ну… Разве что с шоколадной помадкой.

— Ну как? — уточнил Курдяк, с трудом скрывая любопытство. При этом его глаз нервно дёрнулся, когда из моей груди одна за другой выпали пули, а место ранения начало затягиваться буквально на глазах, ощущаясь в теле едва уловимым зудом.

— Очень вкусно, — призналась честно, стараясь не думать ни о чём другом, чтобы не свихнуться. — И очень питательно. Как кило шашлыка с бокалом вина. А то и тремя.

— Нда… — И непонятно, то ли позавидовал, то ли о шашлыке взгрустнул, то ли уровню регенерации, свойственной лишь высшим магическим расам, позавидовал.

А у меня вдруг невероятно чётко заработали мозги и я взглянула на шефа и оккультиста чрезвычайно оценивающим взглядом. Это что же теперь получается? Они представляют для меня опасность?

— Не знаю, что ты задумала, Этвуд, но лучше раздумай, — угрожающе произнёс майор, как оказалось, всё это время внимательно следящий за мной. — Сутки у нас точно есть, а то и все семь — за это время я что-нибудь обязательно соображу. На крайний случай свяжусь кое с кем с собственного ведомства. Имеются у меня там должнички, не откажут.

— А что дальше? — уточнила хмуро. — Всю жизнь жить с оглядкой и без документов? Под чужим именем, с чужим прошлым? Да у меня родители!..

Осеклась, так и не договорив главного, но командиру это и не понадобилось. Он куда лучше прочих знал, какие непростые у меня отношения с лордом и леди Этвуд, которые не реже двух раз в год подавали в управление жалобу, требуя меня уволить.

Им было плевать, что это моё призвание и моя мечта. Они желали видеть меня совсем в другом месте и совершенно в ином качестве. Да что там говорить, я когда в академию полиции поступила — пришлось из дома бежать, чтобы только не запретили учиться, заперев в собственной комнате! И жить в общежитии на одну стипендию, потому что отец разозлился настолько, что вычеркнул меня из завещания, и я просто перестала для них существовать. Это потом, четыре года спустя, когда по нелепому стечению обстоятельств погиб Алан и я стала единственной наследницей рода, обо мне снова решили вспомнить. Но я уже повзрослела и перестала нуждаться в их фальшивом одобрении. Да и не было его.

Куда там… Меня только Курдяк на работу и взял. Во всех остальных ведомствах отец сумел подсуетиться и у меня даже не принимали документы. А Курдяк просто взял и принял. Курдяку никто не указ, особенно зарвавшиеся аристократы. Курдяк ценит только честность и искреннее желание работать.

Но теперь…

А что теперь?

Заметила, что майор начал снимать с преступника наручники и нахмурилась. Что он задумал? А орк тем временем усадил оккультиста спиной к пентаграмме, отошёл на три метра назад и без объяснений выстрелил ему несколько раз в грудь.

На моём лице наверняка отразилось испытываемое изумление, потому что Курдяк сначала старательно оценил результат, затем выстрелил контрольный в голову и только потом обернулся ко мне.

— Ты прав. Алинка мертва, пусть все считают именно так. Расследование, конечно будет, но уже не такое, если б она просто пропала без вести. Оккультизм — такая дрянь, что тут копай не копай, а хрен что выкопаешь. А я буду твёрдо стоять на своём, что собственными глазами видел, как пришедшего со мной участкового испепелили на месте.

— А я? — голос едва не сорвался, но вместо писка получилось грубо.

— А тебя приму переводом на место опера. Давно у нас вакансия открыта, да всё никак пополнение не пришлют.

— Вы это серьёзно? — растерялась от щедрого предложения.

Работать опером — моя самая заветная мечта! Раскрывать преступления, восстанавливать добро и справедливость — разве что-то может с этим сравниться?! Но пять лет назад штат нашего участка был почти полностью укомплектован (зато два года назад уволили очень много кого — и всё незаменимых сотрудников), лишь ушёл на пенсию предыдущий участковый, и я ухватилась за предложенную должность обеими руками, только бы взяли. Со временем втянулась и мне даже нравилось обходить территорию и следить за порядком среди простых граждан, но изредка я всё же бросала на майора умоляющие