Тихая ложь - Нева Олтедж

Я иду и сажусь рядом с ним, не отрывая взгляда от его лица. Когда я увидела, как он ударил в дверь, в горле образовался комок, кажется, что меня вырвет прямо сейчас. Он собирается рассказать нам что-то плохое.

— Сегодня ночью кое-что случилось. В казино. — Он берет мою руку в свою, Асину — в другую, но не смотрит ни на кого из нас. — Мне нужно, чтобы вы двое были храбрыми.

— Что случилось? — спрашивает Ася сквозь зевок. — Где мама?

— Там была… стрельба. — Он сжимает наши руки. — Много людей пострадало.

Я выдергиваю свою руку из его. В нашем доме никогда не говорят о стрельбе или оружии. Папа не разрешает.

— Где мама и папа? — всхлипываю я.

Артуро обхватывает меня руками, притягивая к себе. Я слышу, как плачет Ася, прижавшись к нему с другой стороны.

— Они ушли, — задыхается Артуро. — Мамы и папы больше нет.

— Ты врешь! Почему ты врешь? — Я плачу, слезы текут по моему лицу, но я знаю, что он не лжет. Артуро никогда не лжет.

Глава 1

Наши дни

Я подхожу к большой богато украшенной двери и дважды стучу.

— Войдите, — раздается с той стороны мужской голос.

Я вхожу в кабинет, принадлежащий боссу нью-йоркской Семьи Коза Ностры, мои зеленые каблуки стучат по полированному полу, когда я приближаюсь.

— Вы хотели меня видеть, дон Аджелло, — говорю я своим самым сладким голосом.

Взгляд Сальваторе Аджелло скользит от моего травянисто-зеленого платья к макушке и останавливается на моем пучке. Из него торчат перья того же цвета, что и платье. Мне потребовались месяцы, чтобы найти подходящий оттенок.

— Присаживайся, Сиенна. — Он указывает на стул напротив себя.

Я улыбаюсь и сажусь, недоумевая, зачем он меня позвал. Не каждый день такого бессмысленного человека, как я, с точки зрения иерархии Коза Ностры, приглашают на личную встречу с доном.

Аджелло откидывается назад и смотрит на меня. В его взгляде есть что-то тревожащее, и это заставляет меня чувствовать себя так, словно меня препарируют.

— Твоя сестра недавно вышла замуж, — говорит он. — Вы двое были очень близки.

— Мы и сейчас близки.

— Но в данный момент она в Чикаго. Тебе, должно быть, тяжело.

— Асе нравится там, и я рада за нее. — Я усмехаюсь, стараясь сохранить непринужденность в голосе. Он действительно знает, как давить на больное.

— Очень важно убедиться, что твоя семья счастлива. А что насчет Артуро?

Я пришуриваюсь. Есть ли смысл в этом разговоре?

— А что с ним?

— Твоему брату тридцать пять, Сиенна. Вероятно, что он скоро поженится. У него будет своя семья. Что будешь делать ты, когда это произойдет? Останешься с ним и будешь третьим лишним?

В животе нарастает неприятное чувство. Каждое его слово, как кинжал, вонзается в мою грудь. Я уже чувствую себя виноватой за то, что провожу дни в компании друзей или за чтением, а Артуро все это время работает. Несколько месяцев назад я пообещала себе, что найду бизнес-программу, чтобы наконец-то начать что-то делать в своей жизни, но до сих пор ничего не предприняла.

— Я бы никогда не встала на пути счастья моего брата, — говорю я. — Когда это случится, я, наверное, съеду. Найду работу.

— Почему ты не пошла в колледж? Это все еще в твоих планах?

— Я не гожусь для колледжа, дон Аджелло.

— Нет? Но тем не менее, ты говоришь на нескольких языках. Артуро сказал мне, что ты выучила их самостоятельно.

— Да. Итальянский. Английский, очевидно. Испанский и португальский. А еще я немного знаю русский и японский. — Ему нужен переводчик?

— Сколько времени тебе потребуется, чтобы выучить новый язык?

— Ну… По разному. Только говорение или написание тоже?

— Достаточно того, чтобы понимать, что говорят. Никакого письма.

Я на мгновение задумалась.

— Три месяца. Может быть, четыре. В зависимости от языка.

Аджелло кивает, а его пронзительные глаза смотрят на меня.

— Отлично. Тогда давай организуем свадьбу.

— О? И кто же выходит замуж?

— Ты, Сиенна.

Я дважды моргнула, гадая, правильно ли я его расслышала. Аджелло сидит, расслабившись в своем кресле. Его руки скрещены на груди, он смотрит на меня.

— Ты же не хочешь остаться одна? — говорит он, наклонив голову набок.

Этот ублюдок. Как будто он может заглянуть в мою душу, найти там самые потаенные страхи и вытащить их наружу против моей воли.

Мои пальцы крепко сжимают подол платья.

— Нет.

— Тогда брак — идеальное решение.

— Да, похоже на то. — Я заставляю себя улыбнуться.

— Я рад, что мы сошлись во мнениях. У меня уже есть кое-кто на примете для тебя. Последние несколько лет я пытаюсь внедрить кого-нибудь в его организацию. Это прекрасная возможность.

— Вам нужно, чтобы я шпионила за своим будущим мужем?

— Да. Ты окажешь огромную услугу Семье.

— Он не из Коза Ностры?

— Нет. Он деловой партнер. — Аджелло сводит голову в сторону. — Твой брат не обрадуется, когда я ему об этом скажу. Мне нужно, чтобы ты убедила Артуро, что ты не против этого брака.

— А если он мне не поверит?

— Артуро — мой подчиненный. Я бы даже назвал его… другом. У меня не так много друзей, Сиенна, поэтому я бы предпочел не убивать его за несогласие с моими планами. Сделай так, чтобы он тебе поверил.

— Я постараюсь сделать все возможное. — Я принудительно улыбаюсь. — Это все?

Аджелло приподнял бровь.

— Ты не спросила, за кого выйдешь замуж.

— Думаю, это не имеет значения.

— Отлично. Я все устрою. Ты можешь идти. — Он останавливает меня, когда я направляюсь к двери. — Еще кое-что, Сиенна.

Я оборачиваюсь.

— Да?

— Начинай учить сербский. У тебя есть три месяца.

* * *

Когда я выхожу из офиса Аджелло, я стою посреди тротуара, а мимо меня спешат люди. До меня доносятся обрывки различных разговоров. Смех. Разгневанная мать зовет своего ребенка. Шум захлестывает меня, и я словно попадаю в пчелиный улей, стены которого смыкаются вокруг меня. Я хочу уйти, но не могу заставить свои ноги двигаться. Кто-то задевает меня локтем, заставляя отшатнуться в сторону, но я все еще в шоке и почти не ощущаю удара.

Неужели я выйду замуж за человека, которого никогда не видела? Я могла бы рассказать Артуро правду, и он, возможно, смог бы убедить Аджелло отказаться от этой идеи. Мой брат спас ему жизнь около десяти лет назад, так что я очень сомневаюсь, что дон действительно его убьет. Но дело