Всего лишь каприз - Марион Леннокс

Убила! Она его убила…

Сначала человек рухнул на колени, а затем упал всем телом на покрытую листвой тропинку.

У Никки хватило смелости не броситься сразу наутек, а осветить фонарем темную фигуру. Она ударила человека!

Способность рассуждать постепенно возвращалась к ней. Никки уже догадалась, кто лежал перед ней, — еще до того, как поднесла к нему фонарь, и теперь получила подтверждение собственных опасений.

Она всхлипнула. В голове кружилось одновременно столько разных мыслей, что, казалось, ее мозг был готов взорваться на мелкие части.

Она только что отправила в нокаут человека, который сдал ей дом!

Из-за кустов снова раздался вой.

Другая девушка на ее месте сбежала бы, но не Никки. Она присела на корточки, чтобы посветить фонарем ближе и оценить нанесенный кочергой ущерб.

Она внимательно осмотрела заросшее щетиной загорелое лицо, довольно худощавое и жесткое. Вниз по щеке сползала тонкая струйка крови. Прямо над бровью красовалась ранка…

По всей видимости, он был без сознания.

Внезапно он пошевелился, застонал и потянулся пальцами к ушибленной голове. Гейб пришел в себя. И это уже хорошо.

Что делать дальше? Надо сделать глубокий вдох. Времени на истерику нет.

Никки убрала кочергу за спину.

— С вами… С вами все в порядке? — выдавила она.

Хозяин ее квартиры застонал и снова закрыл глаза.

— Нет, — наконец произнес он. — Со мной не все в порядке.

— Я вызову врача, — ее голос прозвучал до смешного пискляво, — позвоню в скорую помощь.

Он опять открыл глаза, потрогал голову, вздрогнул и снова закрыл глаза:

— Не надо.

— Но вам нужна помощь, — попыталась настоять Никки. — Хоть какая-то…

Она потрогала его лицо. Ей определенно нужна была помощь. Кто-то, кто смог бы объяснить, что здесь происходит. Она вытащила из кармана куртки мобильный телефон.

Его глаза медленно приоткрылись, он поймал ее за запястье.

— Чем вы меня стукнули? — Его голос был похож на рычание раненого зверя.

— Э… кочергой.

— Кочергой, — повторил он, словно пытаясь поддержать разговор. — Ну конечно же. А пистолета у вас в кармане куртки, случайно, нет? Кочерга — ваше единственное оружие?

Она шумно выдохнула. Если Гейб пытается шутить с ней в подобных обстоятельствах, возможно, он не так уж сильно пострадал.

— Нет у меня пистолета! И это совсем не смешно, — заключила Никки. — Вы напугали меня до смерти.

— Это вы чуть не убили меня.

— Вы напугали меня, — ее голос звучал все громче, — вы меня схватили.

— Напугал… — Он был явно поражен ее ответом. — А мне кажется… Я бежал по тропе к морю. Между прочим, по моему собственному участку земли! И вдруг из-за кустов появляетесь вы с кочергой в руках!

«Он прав», — мрачно констатировала Никки.

Это она оказалась на его пути без какого-либо предупреждения! И Гейб имел все основания, чтобы схватить ее. И он был хозяином дома, который она снимала. Ударить кого-то — это ужасно, а если этот кто-то — Гейб… Найти достойное жилье в Банксия-Бэй было не так-то легко, и то, что Никки нашла этот дом, стало для нее настоящей удачей. До появления на пляже воющей собаки все было просто прекрасно…

— Просто будьте любезны с хозяином дома и не беспокойте его лишний раз, — посоветовала ей дама из агентства недвижимости. — Он в некотором роде затворник. Просто оставьте Гейба в покое, и вы вполне уживетесь.

Но «оставить в покое» не значит бить его по голове…

— Мне нужен кусок мяса, — прервал он ее хаотичные мысли.

Никки совсем растерялась.

— Кусок мяса? — Она начала прокручивать в голове все, что когда-либо слышала об оказании первой медицинской помощи. — Чтобы прекратить кровотечение? — попыталась она блеснуть интеллектом. — У меня нет мяса, но я могу принести лед.

— Для собаки, глупая! — Он приподнял голову, но снова опустил ее, предпочтя оставаться неподвижно на земле. Его пальцы продолжали обследовать кровоподтек над бровью. — Собаке нужна помощь. В моем холодильнике лежит стейк. Принесите его.

— Я не могу…

— Просто идите и принесите его! — отрезал Гейб и закрыл глаза. — Если у вас хватает смелости разгуливать среди ночи с кочергой в руках, вы должны задумываться о последствиях. Идите за мясом.

— Я не оставлю вас одного, — сказала она жалостливо.

Это заставило его открыть глаза и посмотреть на нее. Очень внимательно.

— Не надо светить мне в лицо, — сказал он, и Никки вдруг поняла: мало того что ударила его, так теперь она пыталась ослепить!

— Извините. — Она повернула фонарь в сторону кустов.

Вдруг опять завыла собака, и Никки подпрыгнула на месте.

— Вам придется преодолеть свой страх, — сказал Гейб. — Потому что собаке нужна помощь. Я не знаю, что с ней случилось. Она стоит на пляже и воет. Вы спускались по тропе с кочергой в руках, а я шел из дома с куском мяса, но выронил его, а в темноте мы его не найдем. Но полагаю, мой метод общения с животными более гуманен. Так что отправляйтесь за другим стейком, пока я полежу здесь некоторое время и… понаблюдаю за звездами. Входная дверь открыта, — добавил он. — Кухня в задней части дома. Мясо лежит в картонной коробке в холодильнике. Разрежьте его на мелкие куски. Я пока полежу и посчитаю звезды в ожидании вашего возвращения.

Никки даже попыталась бежать, освещая тропинку фонарем. Но не получилось. Тропинка была вся пересечена жесткими корнями кустарников и деревьев. Если Гейб умудрился бежать по такой дорожке, должно быть, он знает ее как свои пять пальцев.

Но на ней были туфли, совершенно не подходящие к данному случаю. В балетках от Гуччи далеко не убежишь. Они прекрасно подходили для того, чтобы прогуливаться по ботаническому саду в Сиднее после воскресного утреннего латте. Но тут они только мешали.

Как же Никки хотела бы сейчас оказаться в своей уютной квартире в Сиднее! Вернуться в привычную комфортную жизнь, на свою прекрасную работу, к своим друзьям, снова ходить на вечеринки, собираться в кафе с подружками…

У Джона была совершенно фантастическая квартира. А рядом с ней находился их замечательный офис. У нее была работа, за которую платили невероятно много… У них были общие с Джоном друзья. Встречи в кафе, где все сначала приветствовали Джона, а потом уже замечали ее.

И это была жизнь Джона. Или часть жизни Джона. Никки всегда считала их совместную жизнь идеальной, но, как оказалось, она не знала всей правды.

Что делать, когда в одночасье весь твой мир рушится?