Дочь друга. Ты моя - Мария Адельманн

— Дорогие мне люди тут, так что я самый счастливый человек.

Улыбался папа, поднимая бокал шампанского.

— Праздник только начинается! За тебя, любимый, — сказала мама, поднимая тоже бокал. Гости сделали то же самое. Включилась музыка и гости начали танцевать.

— Сегодня я приглашаю свою любимую жену на танец.

Папа протянул руку маме. Я очень восхищаюсь их любовью. Следующие слова отца бросили меня в жар.

— Матвей, а ты пригласи Полину, а то сидит и даже не танцует.

Матвей удивился не меньше, тем более рядом с ним крутилась девушка с рыжими волосами, готовая хоть сейчас на него накинуться.

Сохраняй poker face.

Он протянул мне руку и мило улыбнувшись, положила свою ладонь в его. Его ладонь казалось такой большой, по сравнению с моей. Мы пошли в центр.

— И чем ты занимаешься, Полина?

Спросил мой бывший принц, наклонившись над ухом.

— Я учусь на дизайнера интерьера.

‐ Тебе нравится?

— Да. А ты чем занимался в Лондоне?

Моё лицо не выражало никакой заинтересованности. А его тело напряглось, он дышал через раз.

— Бизнесом.

— Тоже неплохо, — со скучающим тоном ответила я, разглядывая гостей, избегая зрительного контакта с ним. Чувствовала каждой клеточкой, что его это злит.

— А что с личной жизнью? Отец всех парней распугал?

Матвей пытался вызвать мой интерес к разговору с ним.

— Личная жизнь у меня бурная, отцу об этом знать необязательно. И к чему такие вопросы?

Я хмуро посмотрела на него и первый раз в жизни увидела на его лице смятение.

— Спасибо за танец. Но хочу пить.

Отстранилась от него и с гордой походкой пошла на своё место, а он продолжил смотреть на меня в замешательстве и с недовольством.

Матвей

Я закипаю от ярости. Эта девчонка ведёт себя со мной, будто я пустое место. Надменно, высокомерно, что хочется прижать её и показать, как не следует себя вести. Может у неё обида на меня? Мне надо поговорить с ней. Такая возможности выпадает мне. Полина идёт на кухню и я следую за ней, пока все остальные заняты праздником.

На кухне я стою столбом. Она наклонилась и что-то достаёт с нижней полки холодильника. А у меня моментально пересыхает в горле. Полина повернулась и увидела меня.

— Тоже хочешь газировки?

Поднимает бутылку с газировкой и открывает.

— Я хотел поговорить. Ответь, я тебя смущаю? Просто показалось так сегодня.

Залип на её губах, которые обхватывают горло бутылки. Сделав глоток, она смотрит на меня, нахмурив брови.

— А должен? С чего такие странные вопросы?

— Ты прекрасно помнишь, что было пять назад.

— Не напоминай, — прерывает меня Полина и смеётся. — Не надо. Мне стыдно вспоминать своё поведение. Надеюсь ты понимал, что это было всего лишь подростковое помутнение.

Подростковое помутнение? Вот как она теперь называет чувства, которые были ко мне. Чёрт! А это обидно.

— Значит теперь всё прошло у тебя? — неожиданно спросил её, практически шёпотом. Не имею понятия, что ожидал.

— Конечно. Теперь я выросла и смотрю на это другими глазами. Ты тогда полностью был прав. Взрослый мужчина, друг моего отца и малолетка, которая годится тебе в дочери. Это действительно смешно, — улыбнулась снова, делая очередной глоток. Меня злит, что она теперь делает на этом акцент.

Почему меня вообще это злит?

— Я старше тебя всего лишь на шестнадцать лет, — резко бросил.

— Всего лишь? Матвей Александрович, вы начинаете менять свои же слова, — произнесла она с некоторым ехидством, наполняясь ко мне.

Она издевается надо мной.

— Не хотелось бы просто тебя обижать. Тогда ты плакала из-за меня.

Вспомнил свои слова, сказанные ей пять лет назад. Стало немного стыдно, хоть и не испытывал такого чувства никогда.

— Да ты и не сможешь меня обидеть. Это всё в прошлом, ну кроме одного. Теперь я понимаю, что ты для меня…. Дядя Матвей.

На последнем она специально делает акцент и выделяет, невинно хлопая ресницами.

— Ты просил много раз называть тебя так в детстве.

Сейчас чёрт возьми не хочу!

— Да. Просил.

Чувствую себя сам подростком. Она за один вечер успела несколько раз поставить меня в неудобное положение.

— Забудем тогда тот день. Маленькая была, глупая и влюблённая. Придумала сама себе сказку, а тебя сделала главным принцем своей сказки. С годами я поняла, что принцев не существует.

— Я не самый хороший человек и точно не стал бы принцем.

— Знаю, кстати, тебя ждёт там девушка с рыжими волосами. На этот раз я научилась стучаться.

Подмигивает она мне. Откуда в ней теперь столько дерзости?

— Простите, что отвлекаю.

Марта зашла на кухню, держа в руках мобильный телефон. Она трудилась у них больше десяти лет.

— Что такое Марта?

Подошла к ней Полина, забирая телефон.

— Вам звонил Вадим. Сказал, что будет ждать вас ночью на вашем месте. Ещё передал, что безумно скучает.

Что-то внутри меня недовольно заныло.

Кто такой Вадим? У неё парень?

— Прости, надо перезвонить. Я поднимусь к себе. Приятного вечера тебе, дядя Матвей.

Взяв телефон и бросив мне невинную улыбку, вышла из кухни. Снова оставив меня в замешательстве. Знать бы теперь, что со мной происходит.

Матвей

Праздник закончился и гости разошлись. Максим позвал меня в свой кабинет.

— Дружище, сколько лет мы с тобой дружим.

Налил два стакана коньяка Максим и протянул один мне.

— Уже начал чувствовать себя старым? Будем ностальгировать, — передразниваю его.

— Катя знает, что ты вернулся в Москву?

Одно упоминание о ней и уже портится настроение.

— Нет и не собираюсь видеть её. Пусть не показывается мне на глаза.

Друг снова сделал глоток и сел в кресло, всматриваясь в моё лицо.

— У тебя остались чувства к ней? — пристально изучал каждую эмоцию на моём лице.

— Сам не знаю, если только неприязнь. Просто не хочу ничего чувствовать, — честно ответил ему. До конца не разобрался, что я испытываю к бывшей жене.

— Она говорила с Инной. Рассказывала о своей жизни и обмолвилась о тебе. Катя хочет снова возобновить отношения с тобой.

Максим прекрасно знал, что я не приму её обратно.

— Это исключено. Я оставил ей дом, машину, что было она забрала себе. Главное, чтобы она не приближалась ко мне. Ты прекрасно знаешь всю эту историю и чего мне стоило справиться.

Одним залпом опустошил стакан.

— Ты так реагируешь, потому что есть ещё чувства. Самая первая любовь — не из лёгких испытаний, — рассуждал Максим, а мне не хотелось