Призывающая волну - Кира Вайнир

Маму я нашёл в саду около усыпальницы отца. Она стояла у небольшого алтаря, а по её руке стекали капли крови.

— Мама! Что это? — я начал пережимать разрез чуть ниже локтя. — Зачем?

— Это зарок, сын. — Устало произнесла она, поднимая на меня заплаканные глаза. — Пусть глубина услышит мои слова. Сначала Ясин, теперь Чен… Я не могу, не хочу поверить в его гибель.

— Он до сих пор не попал на алтарь в храме во Вратах, мама. Даже малейшего колебания родовой силы нет. — Еле слышно ответил я.

— Нет, Юфей. Наш малëк жив! Хоть один из них! Просто… Просто беда, не хватает сил. — Не захотела слушать меня мама.

— Даже если он сейчас окажется на алтаре, у него не хватит сил, чтобы пройти материнский желоб и оказаться в пещерах. — Повторил я страшные слова, в которые сам не хотел верить.

— Сын, главное верить и надеяться! Надеяться, что кто-то протянет ему руку помощи, поделится своим теплом, позаботится о нашем мальчике! — горячо и запальчиво произнесла мама.

— И твой зарок об этом? — кивнул я на алтарь.

— Да. Я просила великую волну дать хоть кому-то из мальчиков шанс. И обещала, что того, кто им поможет, я приму, как родного сына или дочь. Неважно, кто это будет. — Произнесла мама тихо.

— Тебе уже сказали? — спросил её я после недолгого молчания.

— О том, что ты должен снова сделать выбор? Конечно. — Ухмыльнулась мама с горечью. — Девушки уже предвкушают от кого из соперниц избавятся. Но ни одна даже мысли не допускает, что покраснеет её жемчужина. В них столько злобы и корысти, что даже сочувствие по отношению к ним затихает.

— Пусть этот ритуал пройдёт быстрее. Велю приготовить всё к вечеру. — Решил я.

— Юфей, — окликнула меня мама, когда я уже уходил. — Всё же… Прояви терпение и сострадание к той девушке, на кого падёт выбор.

— Да, мама. По твоей просьбе. — Заверил её я.

Чем ближе был вечер, тем сильнее становилось напряжение. Вместо смеха уже начал доноситься женский плач. Впереди ждал общий ужин, а потом церемония выбора.

Каждая девушка опустит в воды небольшой каменной купели белую жемчужину. Потом я стряхну туда несколько капель крови. И воды купели окрасят в ярко алый цвет жемчужину той, с которой моё семя обретёт жизнь. Кажется, чем ближе была церемония, тем яснее становилось для наложниц, что власть и положение в гареме далеко не самое главное.

— Прошу простить моё опоздание, Повелитель. — В арку входа прошла Райнис, самая прекрасная девушка всех морей.

Ну, так говорила она сама и её отец. Длинные густые волосы чёрного цвета, нежно-розовая кожа. Яркие губы и удивительные глаза. Ярко-сиреневые, большие, с такими густыми и длинными ресницами, что казалось, что их специально обвели. В своём истинном облике она поражала гибкостью и грацией. Яркая, глянцевая чешуя сверкала сильнее драгоценных камней, которыми любила обильно украшать себя дочь наместника Восточных провинций.

Но главное, это цвет. Ярко-синий с фиолетовыми, сиреневыми и рубиновыми всполохами. Длинные хвостовые плавники больше напоминали отрезы дорогой ткани с поверхности. Почти все русалки имели короткие плавники на хвостах, в форме удлинённого треугольника. И Райнис Ле-Гунн не скрывая гордилась своей красотой в обоих обликах.

Вот только у меня её внешность не вызывала никакого отклика. Лицемерная, жестокая и напрочь гнилая душонка для меня уродовала всё внешнее совершенство, не оставляя ни следа от признанной всеми красоты.

А вот и наша парочка))))

Саар-Нали-Юфей

И Райнис Ле-Гунн

Глава 3

Саар-Нали-Юфей.

Райнис, как всегда, явилась в сопровождении двух служанок. Она с самого своего появления во дворце вела себя здесь, словно была хозяйкой. Она была уверена, что её коронация, это всего лишь вопрос времени.

Я тогда только вернулся после собственной первой ступени и наблюдал, как по дорожке осаженной цветами шла совсем маленькая девочка. Лет пяти не больше. Слуги и наложницы смотрели на неё с любопытством. Тогда как раз проходил первый отбор в мой собственный гарем. А так как у отца его давно не было, к чему, если он обрёл наири, то это событие вызвало большой интерес. Холодное и надменное выражение на лице ребёнка было видеть очень странно. А маленькая Райнис остановилась, огляделась вокруг и спросила, почему её не встречают, как подобает.

— И как же тебя надо встречать? — засмеялась одна из наложниц.

— Склонившись, — без сомнения ответила ей девочка.

— Да? Это почему же? Ты такая же как и мы. Это дома ты была кем-то там. А здесь… Ты даже наложницей быть не можешь, мала ещё. — Фыркнула наложница.

— Я не такая как вы. Вы рабыни, а я пришла сюда госпожой. Я будущая наири Саар-Нали-Юфея. — Холодно ответила маленькая Райнис, чем вызвала общую волну смеха.

Дерзкая и смешливая наложница мне понравилась, вот только когда на утро после проведённой в моих покоях ночи она попыталась снова подшутить над мелкой зазнайкой, Райнис взяла светильник с подставки у стены выплеснула масло в лицо наложнице. После резкого гортанного выкрика по её рукам пробежали искры, перекинувшиеся на голову кричащей от боли наложницы, и вспыхнули языками огня.

Все онемели, на помощь наложнице кинулись не сразу. А маленькая девочка, фактически ребёнок, стояла и с довольной улыбкой наблюдала за муками русалки. Стоило страже обернуться в сторону Райнис, как её закрыли четверо Безмолвных.

— Можете не стараться, по приказу отца, брат отправил со мной отряд Теней. У них один приказ, защищать госпожу. А эта наложница заслужила своё наказание. Она дерзила будущей Повелительнице. — Заявила тогда Райнис.

Когда я увидел Райнис во второй раз, после первой встречи прошло несколько лет, которые я провёл почти безвылазно на границах, утихомиривая дикие племена, что не хотели жить под властью Повелителя, но всегда были рады урвать жирный кусок добычи с пограничных земель. Я несколько раз подряд выбирал одну и ту же наложницу на ночь. И та, видимо решила, что она на особом счету. Потому что решила в подробностях рассказать о том, что происходит за закрытыми дверьми покоев удовольствий.

— Принц вновь и вновь выбирает меня и так горячо ласкает… Может будущая наири это я? Райнис, не научишь меня носить корону Повелительницы? — окликнула она гуляющую по саду Райнис.

Насмешка дорого обошлась наложнице. Её