Наш райский сад - Хелен Бьянчин

Алеша закрыла, а затем медленно открыла глаза.

«Ой, ради всего святого, признай это!»

Одно время она задавалась вопросом, каково это – припасть губами к его губам, настойчиво, страстно, с наслаждением… Прижаться к его телу, впитывать его силу и обнаружить… Что это? Просто любопытство? Или нечто большее?..

Она что-то чувствовала к Лукасу. Он завораживал ее, возбуждал любопытство. Хотя Алеша всегда знала – их встречи происходили с согласия ее родителей. В ее памяти всплывали его внимательность и предупредительность, граничащие с ожиданием чего-то. Чего же он ждал? Первого шага от нее?

Но она не сделала первого шага. Инстинктивно Алеша понимала – после него пути назад не будет.

Теперь, оглядываясь назад, она даже могла предположить – отец начал планировать ее жизнь уже тогда… Но вскоре появился Сет, сбивший ее с верного пути сладкими речами и лживыми обещаниями. Она поверила этим словам – вопреки воле родителей. Превращение красивой невесты в раздавленную горем женщину произошло в мгновение ока…

Закрывая воду, беря полотенце и оборачивая его вокруг стройной талии, Алеша уточнила про себя: на это ушли недели. Самые болезненные месяцы ее жизни. Она слишком долго справлялась с последствиями, восстанавливала подорванную самооценку и, черт возьми, возрождала саму себя!

Вот тогда она и пообещала себе больше никогда и никого не подпускать так близко, не доверять никому так слепо. Это решение, принятое с холодным сердцем и спокойной взвешенной решимостью, было тверже камня.

Впереди был целый вечер. Алеша решила немного перекусить, провести пару часов за ноутбуком, посмотреть по телевизору поздний выпуск новостей и лечь спать.

Она убрала свои длинные волосы в небрежный узел, надела нижнее белье, удобные джинсы и майку.

Войдя на кухню, Алеша заметила мигающую лампочку на автоответчике. Подойдя к столу, она взяла ручку, подвинула поближе блокнот для заметок и нажала кнопку воспроизведения.

«Алеша. Это Лукас Андреу».

Его глубокий, хриплый голос с мягко подчеркнутыми модуляциями, казалось, окутывал ее и легонько щекотал нервы. Это были не те ощущения, которые она хотела, поэтому пришлось сделать глубокий успокаивающий вдох и записать продиктованный им номер.

«Позвони мне».

Алеша закатила глаза в немом самобичевании. А он времени даром не теряет…

Итак, надо позвонить. Чем быстрее она все с ним обсудит, тем лучше.

Он поднял трубку на третьем гудке:

– Андреу слушает.

– Это Алеша, – как ни в чем не бывало сказала она.

– Ты уже ела?

– Собираюсь. – Приготовление салата для одинокого обеда заняло бы несколько минут. – А что?

– Я заеду за тобой через десять минут.

– Если это приглашение, – сказала Алеша мягко, – то лучше просить, а не требовать.

– Обязательно возьму на заметку. – Кажется, в его ответе прозвучала нотка легкого удивления. – Десять минут.

Он оборвал связь и оставил Алешу тихо кипеть от злости. У нее было желание тут же перезвонить и самой назначить место встречи. Однако это было бы мелочно и абсолютно не в духе женщины, умеющей держать себя в руках. И тем более не в духе женщины, которая относится к этой встрече как к чему-то весьма прозаичному.

Нужно было переодеться. Удобные поношенные джинсы, повседневная майка, волосы, стянутые в небрежный узел и закрепленные большой заколкой, босые ноги, отсутствие макияжа – все это никак не складывалось в изысканный образ молодой женщины, выходящей в свет.

Внутренний голос умолял ее натянуть кроссовки, схватить ключи от машины и кошелек и быстро уехать. Вот только ее побег ничего не решит…

Поэтому, убедив себя побыстрее покончить со всем этим, Алеша переоделась в строгие брюки и блузку на пуговицах. Она слегка подкрасила губы, поправила прическу, выбрала модный жакет и надела туфли на убийственно высоком каблуке.

Домофон зазвонил, когда она брала клатч. Алеша увидела на экране Лукаса Андреу и коротко бросила:

– Спускаюсь.

В вечернем свете его рост и широкие плечи немного пугали, а резкие черты лица приковывали внимание. Черные строгие брюки, белая рубашка с расстегнутой верхней пуговицей и черный пиджак из мягкой кожи довершали спокойный и стильный образ, создающий, впрочем, весьма обманчивое впечатление, учитывая тот вес, который этот человек имел в деловых кругах.

– Добрый вечер, Лукас. – Алеша вежливо и почти официально поприветствовала его.

Она заглянула в его темные глаза и на мгновение окунулась в странное ощущение, будто весь мир замер. Ощущение тут же улетучилось…

– Нам, наверное, стоит побыстрее решить все вопросы и покончить с этим.

Едва заметная насмешливая улыбка промелькнула на его лице, или это была просто игра света и тени? Она не успела разглядеть. Он отступил в сторону и указал на припаркованный недалеко черный «астон-мартин».

Алеша прошла к машине. Лукас открыл пассажирскую дверцу, убедился, что она устроилась на сиденье, обошел машину и сел за руль.

Пока Алеша отчаянно боролась с излишней нервозностью, он завел двигатель и вывел мощный автомобиль на дорогу.

Совместный ужин, во время которого она выскажет свою точку зрения. В результате они договорятся и, ко всеобщему удовлетворению, выполнят условия завещания Димитрия.

Вскоре Лукас подвел «астон-мартин» ко входу в отель «Ритц-Карлтон» и подозвал парковщика.

Алеше несколько раз доводилось бывать в этом ресторане, и она по достоинству оценила его выбор.

Но, войдя в вестибюль, Лукас вызвал лифт:

– В моем номере нам никто не помешает.

От одной мысли о том, что придется остаться с ним наедине, Алешу бросило в нервную дрожь.

– Я предпочитаю ресторан.

– И риск оказаться под пристальным вниманием общественности? – тихонько уточнил он. – Нас могут сфотографировать или подслушать нашу приватную беседу.

Его правота ничего не меняла. Как только затянувшееся пребывание Лукаса Андреу в Сиднее будет замечено, тут же поползут слухи. Особенно когда станет известно о громадной доле акций «Карсули», отныне принадлежащей ему.

Ей оставалось только уступить, хоть и с некоторой долей нежелания, которое было замечено, судя по тому взгляду, которым одарил ее Лукас, пока они поднимались на нужный этаж.

«Ты справишься», – нашептывал ей внутренний голос.

Лукас открыл дверь номера, и она вошла. Все-таки этот человек смог добиться доверия ее отца, иначе Димитрий никогда бы не составил такое завещание. Или составил бы?

«Боже, могу ли я быть хоть в чем-то уверена?»

С недавних пор Алеша начала проявлять избирательность в выборе тех, кому можно доверять. Даже Лейси, с которой она дружила с детства, не знала всех подробностей ее первого брака. Некоторые детали были слишком личными…