Цветок папортника - Селина Дрейк

— Ну вот, сейчас все и выясним.

Ралф резко свернул с дороги в небольшие ворота, за которыми открывалась великолепная панорама зеленых полей с рассыпанными там и сям деревенскими домиками и волнообразных холмов, убегающих за линию горизонта.

— Говоря «все», я и имею в виду все. И еще одно предупреждение. — С этими словами он взял жену за подбородок и повернул к себе лицом так, что их глаза встретились. — Если ты будешь лгать, а я это почувствую обязательно, ты будешь не рада, что сделала это. Я хочу знать правду, какой бы неприятной она ни оказалась. Понятно?

Еще бы не понять. От страха сердце Линды забилось сильнее прежнего. Что же делать? Сказать правду и увидеть, как темнеет от горя любимое лицо, увидеть нестерпимую жалость и отчаяние? А потом ждать начала всего этого кошмара? Ни за что. Я правильно поступила, сбежав, и сейчас нельзя сдаваться. Но с чего же начать? Смотреть мужу в глаза и говорить, что никогда его не любила, заставить поверить в это?

— Если это поможет тебе заговорить, то знай, мне известно о Майкле Крофте. — На этот раз холодный тон не выражал ничего. Ралф даже отвернулся. — Частный детектив, которого я нанял, чтобы отыскать тебя, нашел заодно и твоего дружка. К сожалению, его не оказалось дома, когда я заходил, — мрачно усмехнулся он.

— Ты ходил к Майклу домой? — едва слышно спросила Линда. — Но зачем?

Он так резко повернулся, что у девушки перехватило дыхание.

— Ты давно его знаешь? Когда это началось?

— Началось? Что?

Она слышала, как он скрежетнул зубами, сдерживая гнев. Внезапная догадка поразила ее. Ралф решил, что я бросила его из-за Майкла? Милого, простодушного Майкла, который вот уже несколько лет был мне верным другом? Трудно представить что-нибудь более нелепое.

— Я помню, его имя было в списке приглашенных на свадьбу. — Слова падали, как тяжелые камни. — Но мистер Крофт не почтил нас своим присутствием. Теперь понятно почему.

— Он не мог прийти, — с трудом вымолвила Линда. — Последние три года Майкл провел в Португалии. Он…

— На черта он мне сдался! — вспылил Ралф.

— Майкл никакого отношения к моему бегству не имеет. — Она сжала кулаки с такой силой, что ногти впились в ладони почти до крови. — Несколько месяцев назад я получила открытку с его новым адресом, он написал, что возвращается в Англию. Уходя из дому, я еще не знала, где найду пристанище. Но я ни разу не ночевала в доме Майкла. Он представил меня одной пожилой леди здесь, в городке, которая принимает постояльцев, ее зовут…

— Миссис Хьюстон, — закончил Ралф. — Знаю. Как и то, что вы с Майклом регулярно видитесь. Так что прекрати молоть вздор!

Она безнадежно вздохнула. Может, это и к лучшему, пусть думает, что я бросила его из-за Майкла. Линда почувствовала, что Ралф теряет терпение. Уезжая, она оставила записку, где сообщала, что их брак — ужасная ошибка и что она осознала это со всей определенностью. Все кончено. Она отказывается от каких-либо выплат, хочет лишь, чтобы бракоразводный процесс начался немедленно.

Ралф — человек болезненно гордый, и если решит, что жена сбежала с любовником, такой удар по мужскому самолюбию должен привести лишь к безоговорочному и окончательному разрыву их отношений.

— Мои отношения с Майклом никоим образом тебя не касаются, — заметила она спокойно. — Я не…

— Проклятье! — сквозь стиснутые зубы процедил Ралф, изучая ее застывшее лицо сверкающими черными глазами. — Ты чертовски лихо одурачила меня, дорогуша, никому еще это не удавалось. Когда я его достану… — Он не закончил фразы, но по его глазам было понятно, что Майклу грозит смертельная опасность.

— Это глупо. — Линда старалась говорить как можно спокойнее, хотя сердце колотилось где-то у самого горла. — Выяснять отношения с Майклом бесполезно. Я все равно не вернусь.

— А тебя никто и не ждет, — грубо перебил Ралф. — Ты — порченый товар, а я предпочитаю только высший сорт.

Линда понимала, что его брань — всего лишь попытка скрыть обиду, но слушать подобное было невыносимо. После стольких дней и ночей, полных любви и счастья, планов на будущее!

Что бы с тобой ни случилось, как бы долго ты ни прожил, ты никогда не надоешь мне, это я обещаю, вспомнила она свои слова.

— Ралф… — начала было Линда и осеклась.

Что она может сказать? Пропасть становилась все глубже, но она не может позволить, чтобы Майкл, который в трудную минуту поддержал ее, принял на себя главный удар.

— Майкл только друг, не больше.

— Ха! Другой бы муж сомневался. — Он распахнул дверцу и шагнул на некошеную траву. — Мне необходим глоток свежего воздуха, тут просто смердит.

— Я говорю правду, Ралф. — Линда тоже вышла из машины и потребовала: — Пожалуйста, выслушай меня!

— Выслушать тебя?! — Его лицо исказилось от ярости. — Выслушать, говоришь? Думаешь, любовник — неплохое прикрытие? — Угольночерные глаза превратились в щелки. — Не было дня за последние три месяца, когда бы я не пожалел, что ты не мужчина. Ох, я бы с тобой поквитался! Но ведь… — он горько усмехнулся, — ведь семь шкур враз не спустишь.

— Ралф… — Слова застревали в горле от страха. — Не можешь ли ты просто дать мне развод и оставить все как есть?

— Ты получишь развод.

Неожиданно пара грачей спикировала с огромного дуба прямо на дорогу, их грубый хриплый крик как нельзя лучше подходил к ситуации, и, пока Ралф провожал птиц глазами, Линда отважилась посмотреть на него. У нее нет выбора. Сейчас она причиняет мужу боль, но если вернется, через какое-то время боль станет еще невыносимей. Выбора действительно нет.

— Почему, Линда?

Когда он повернулся к ней лицом, это был тот самый Ралф, — что стоял у нее перед глазами долгими бессонными ночами. Тот Ралф, которого знала она одна: ранимый, беззащитный, безгранично нежный и деликатный. Можно справиться со свирепым чужаком, враждебным, извергающим проклятия, но с ее любимым мужем — никогда.

— Что произошло? Мне казалось все таким… — Он резко отвернулся, не договорив. Руки в карманах сжались в кулаки. — Но я тебя не знал, да? Все было обманом, абсолютно все?

Любимый мой! Линда смотрела на его затылок, солнечный свет бликами играл на темных волосах, и чувствовала, что переживает худшее из того, что могло с ней произойти. Будущее, сулившее кошмар наяву, ад при жизни, было ничто в сравнении с мертвой хваткой, сдавившей душу, убивающей всякую искру радости. Я переживу этот день, но мне уже не стать прежней. Я слишком люблю Ралфа, чтобы тащить за собой в бездну. Он одолеет эту боль и будет жить нормальной жизнью. Забудет меня со временем, и наверняка найдется не одна женщина, которая захочет ему в этом помочь.

Слезы, возможно, принесли бы облегчение, но их не было, лишь нестерпимая боль. Линда отвернулась, глядя невидящими глазами на маленький домик вдалеке с тоненькой струйкой дыма, поднимающейся над крышей и бесследно таящей в небесной синеве.