Хочу тебя снова - Ната Радуга

— Они приезжают осмотреть школу, а не меня, — отмахиваюсь от неё, приглаживая своё платье ниже колен с цветочным принтом.

— Господи, как с тобой сложно, — вздыхает, подняв голову к потолку. — Хоть бы каблуки надела, — добавляет и направляется к выходу. — Пошли уже, так и просрёшь свою жизнь с этим алкоголиком, — бросает через плечо и открывает дверь.

Иду за ней, ничуть не обижаясь. Она права во всём, но я не жалуюсь на свою жизнь. У меня среднестатистическая семья, муж и прекрасный сын. Работа есть, крыша над головой тоже, стол и на столе, что ещё нужно. Конечно, мечтала я о другом, но это в молодости кажется, что всё по плечу, и план по жизни есть, и по нему идти будешь, но… не вышло.

Идём с Мариной в сторону актового зала, по пути я поправляю выбившиеся пряди волос из пучка на голове, и снова платье разглаживаю, скорее, на автомате. Заходим внутрь, а здесь собрание уже идёт. Смотря себе под ноги, я иду за подругой, и мы устраиваемся на свободные места.

— Твою мать! — шипит Марина.

— Опоздали, ничего страшного, — тихо проговариваю и поднимаю взгляд к сцене.

Вижу, что наша директриса подсуетилась, столы и стулья поставила, бутылочки с водой перед каждым гостем, микрофоны где-то достала. Нет бы для какого-то праздника, когда детишки стараются, стихи учат, а для толстых кошельков всё нашла. Один микрофон стоял, сколько я тут работаю, средств никогда не было, а тут нашлись.

На сцене за столом сидят четверо представителей этой московской фирмы. Мазнув по ним ленивым взглядом, стараясь больше слушать, вмиг каменею, когда вижу человека, сидящего с краю.

Сердце замирает и ухает в пятки, кровь застывает в жилах, а в горле образуется ком. Перед глазами начинает всё плыть и мутнеть, я тут же дёргаюсь, чтобы встать и выйти отсюда немедленно.

— Стой! — шипит Марина, схватив меня за руку и придерживая на месте. — Я всё понимаю, но если ты сейчас встанешь, то привлечёшь к себе внимание, — проговаривает, а я глаза от этого мужчины отвести не могу.

Он смотрит на меня безэмоционально и холодно, словно чужой. Нет больше того озорного огонька, весёлой улыбки и мягких черт лица.

— Марин… — едва слышно произношу. — Я не могу… — носом шмыгаю.

— Спокойно, — сжимает мою руку, передавая мне немного своей уверенности.

А я продолжаю как загипнотизированная смотреть на человека, который разбил моё сердце, собрал осколки, в карман себе положил и исчез. Я не знаю, как смогла досидеть до конца доклада о планах строительства, уже ничего не слышала и не видела. Кроме него. Но как только всё заканчивается, я первая выбегаю из актового зала и чуть ли ни бегу в сторону своего класса.

— Катя! — эхом разлетается по пустому коридору. — Постой! — требовательный тон пронзает меня до костей, но остановиться и не думаю.

Добираюсь до нужного помещения, касаюсь ручки двери, и меня тут же придавливают и буквально заталкивают внутрь. В нос проникает пряно-древесный аромат с нотками экзотики, а из груди весь воздух исчезает, когда меня прижимают к твёрдой мужской груди.

— Катя, — выдыхает мне в губы, обдавая горячим дыханием с ментоловым и табачным вкусом. — Это ты, — произносит и, подняв одну руку, проводит большим пальцем по моей щеке.

Тело предательски начинает дрожать, кожа покрывается крупной россыпью мурашек, а веки на автомате опускаются. Хочется прижаться еще теснее, утонуть в этих объятьях, раствориться в этом мужчине… очнись, Катя!

— Отпусти меня! — требую срывающимся голосом, начиная отчаянно биться в его руках. — Отпусти! — толкаю его в грудь со всей силы и делаю пару шагов назад.

На лицо падают пряди волос, дыхание учащается, руки подрагивают, и я едва держусь, чтобы не разрыдаться. Не сейчас, не здесь и не перед ним!

— Ты ничуть не изменилась, — проговаривает и осматривает меня с головы до ног. Обжигает кожу, заставляет чувствовать себя как в котле с кипящей водой. Испытать давно забытые ощущения.

— Не скажу того же о тебе, — нахожу силы открыть рот.

Но с горечью осознаю, что мужчина передо мной уже не тот парень, который клялся мне в вечной любви. Сейчас я вижу взрослого мужика с широкими плечами, в тёмно-синем костюме, под которым прячется мускулистое тело. Щетина делает его совсем взрослым и брутальным, даже глаза изменились — в них ледяной холод.

Глава 3

Катя

Самое страшное, что эти черты лица мне очень хорошо знакомы, я их никогда не забывала и даже при большом желании не смогла бы забыть. Десять лет прошло, а сердце так же громко и неровно стучит, когда он рядом. Господи, зачем ты это делаешь? Не было его столько времени, зачем прошлое ворошить? Зачем на страдания меня обрекать?

— Кать, прекрати так на меня смотреть, — вырывает из мыслей голос, казавшийся когда-то родным.

— Как? — вопрос выходит резким, но воспоминания о тех днях, когда я убивалась от тоски и боли, обрушились на меня волной, и теперь мною овладевает злость.

— Почему ты убежала? — спрашивает и делает шаг вперед, а я два назад.

— Я не убежала, — вру, опустив взгляд.

— Мы ведь взрослые люди, давай поговорим, кофе где-нибудь выпьем, — произносит, и я смотрю на него как на сумасшедшего.

Но если я сейчас откажусь или начну обвинять его во всём, то это всё равно, что в чувствах признаться, которые за столько лет не угасли. А сейчас, увидев его, я сама в этом убедилась.

Нельзя! Ни в коем случае не стоит это ему показывать. Он должен понять, что у меня своя жизнь, муж, сын. Что я продолжала жить, а не убиваться по нему.

— Ладно, — хрипло проговариваю. — Кофе, так кофе, — добавляю, схватив свою сумку, и гордым шагом иду на выход.

В кафе, если можно так назвать столовую через дорогу от школы, я выбираю самый дальний столик. На предложение Дениса поехать в другое место отвечаю твёрдым «нет».

— Отвык от