Снегурка для опера Морозова - Анна Бигси

— Идиоты! — рявкаю на свою группу, но всё же уже не злюсь.

— Да хорош, Дэн, не рычи. Мы ж тебе настроение после Коновала поднять решили, — оправдывается друг. — Новый год всё-таки.

— Дебилы! — продолжаю ворчать. — Я девчонку из-за вас чуть не изнасиловал!

— О-о-о… э-э-э… Ни хрена ты даёшь! — очень красноречиво вещает Шаман и вновь закатывается смехом. — Деда Мороза хоть не тронул? А то как оформлять будем?

— Ой, всё, — лишь бы скалиться. Сбрасываю звонок и кидаю телефон на тумбу.

Ощупываю карманы куртки в поисках сигарет. Если я сейчас не затянусь, точно кого-нибудь придушу. Не хотелось бы Снегурочку. Она, походу, настоящая.

Девчонка вдруг как завизжит! Меня аж контузит на несколько секунд. Дёрнув головой до хруста шейных позвонков, бросаюсь туда и начинаю дико ржать.

Глава 3. Анастасия

Божечки, меня почти что избили и чуть не изнасиловали? До сих пор колотит от пережитого шока и слёзы текут по щекам. Торопливо вытираю их и всхлипываю. В ужасе смотрю на обнажённого мужчину, а взгляд сам по себе опускается на его огромный отросток со вздувшимися тёмными венам. Дышу через раз и не могу пошевелиться. Это что, то самое…? То: которое…? Даже мысленно не могу произнести, но невольно рассматриваю. Мамочки, какой большой… я всегда думала оно меньше. Как же он… нет, я не хочу знать!

Щёки предательски вспыхивают. Ужас какой. Как это развидеть? Зажмуриваюсь и поджимаю губы. Фу-фу-фу, уберите. Можно, пожалуйста, всё окажется страшным сном. Я открою глаза и окажусь дома. Рядом с Мишей. Он не позволяет себе расхаживать по дому без трусов и светить хозяйством. И вообще бережёт меня. Мы решили, что до свадьбы никакого интима, и меня это полностью устраивает.

— Да брось, не такой уж он и страшный, — слышу голос насильника.

Не страшный? Да ничего себе. Если у Миши такой же, то интима у нас не будет ни-ког-да!

На заднем фоне раздаётся мелодия мобильного. Мужчина чертыхается себе под нос и выходит из комнаты, а я, наконец, начинаю дышать. Вдох и выдох. Щёки пылают, а в голове только одна обескураживающая мысль. Что же я Мише скажу? Как рассказать о произошедшем? Вот знала же, нельзя одной идти. Как чувствовала. Божечки-кошечки. А ещё непонятно, как же выбраться отсюда?

Из коридора разносится недовольный мужской голос. Но слова разобрать сложно. Прохожусь по комнате и останавливаюсь около журнального столика, на котором коньяк и нарезка. Алкоголь меня не интересует совсем, а вот колбаса и сыр… Попробую кусочек, чего голодать, если хочется?

А если это чудовище задумало что-то ужасное? Как в фильмах ужасов. Что я могу сделать? Он вон какой огромный. Мне срочно нужен гениальный план. Перепрыгиваю от одной бредовой идеи к другой и жую не переставая. Сама не замечаю, как беру следующий кусочек. Это нервы. Я когда волнуюсь, всегда жую без остановки. Кстати, очень вкусно.

Но еда не главное, нельзя поддаваться. Надо придумать, как дезориентировать хозяина квартиры и сбежать. Смотрю по сторонам, ища что-нибудь тяжёлое. Должно же быть что-то подходящее… Бутылка. Из-под коньяка. То, что надо! Закручиваю крышку плотнее и берусь за горлышко. Тяжёлая… не убить бы.

Откуда-то сбоку раздаётся тихое шуршание. Поворачиваюсь на звук, и глаза стремительно округляются. Из-под дивана высовывается нос, морда и уши. Крыса!

Ору от неожиданности и запрыгиваю на диван прямо в сапогах. Да что это за квартира такая жуткая!

Хозяин вбегает в комнату, быстро оценивает обстановку и начинает ржать. Ну что за сволочь?!

— Ты чё орёшь, придурошная? — отсмеявшись, спрашивает он.

— Там крыса? — показываю куда-то под ноги.

— Да ладно?! — издевательски, округляет глаза.

Что за невозможный мужлан? То ли дело мой Миша. Хороший и заботливый.

— Я не вру, — надуваю губы. — Она под диваном.

— Давай посмотрим.

Денис встаёт на колени и засовывает руку под диван. Невольно замираю, наблюдая за ним. Точнее за мышцами, что перекатываются под его кожей. Он весь просто гора мышц.

— А-а-а, — кричит Денис. — Укусила!

Подскакиваю от неожиданности и в панике бегаю по дивану.

— Что делать? Что делать-то?

— Ничего, — он снова ржёт.

— Вы издеваетесь, да? — останавливаюсь и складываю руки на груди.

— Есть немного, — Денис беззлобно хмыкает — Вот она крыса, правда колючая.

Достаёт находку и показывает мне.

— Это что, ёжик? — выдыхаю восторженно и улыбаюсь от умиления. Как же можно было испугаться такого малыша.

— Ёжик-ёжик, без головы, без ножек.

— Какая прелесть. А он кусается?

— Как повезёт. А ты дай ему кусок… — слежу за его взглядом и утыкаюсь в пустые тарелки. — А где?

— Ой, — икаю и дёргаюсь в сторону, по инерции размахиваю руками. Бутылка выскальзывает, делает кульбит в воздухе и пролетает рядом с головой Дениса. Звучно приземляется на пол и разлетается на мелкие осколки, наполняя комнату едким запахом алкоголя.

— Заебись, — коротко комментирует он, а я зажмуриваюсь, не зная, чего ожидать.

Глава 4. Денис

«Меня прокляли» — пролетает первая же мысль, как только я бросаю ещё один взгляд на то, что буквально три секунды назад было отличным коньяком.

Миха шевелит носом, принюхиваясь к резкому запаху алкоголя, наполнившему комнату. Кошак переместился поближе к прихожей от греха подальше. Такое ощущение, что он готовит план эвакуации на всякий пожарный, а прямо сейчас постучит лапой по лбу и покачает своей ушастой головой.

Девчонка пытается слиться с местностью, видимо, думая, что помятый костюм Снегурочки очень этому способствует. Или как в детстве: глаза закрыл и ты в домике?

Материться хочется люто! Особенно глядя на пустые тарелки.

— Ты чё, всё сожрала? — вопрос, конечно, дебильный, но меня бомбит и хочется порычать на это недоразумение.

— Простите, я не специально, — она продолжает стоять и жмуриться. — Это от нервов, — открывает сначала один глаз, потом второй. И смотрит на меня так, будто это я расхреначил половину квартиры.

Бабы, походу, все такие. Сами косячат, а ты мудак. Природой в них это запрограммировано.

— Простите? — усмехнувшись, складываю руки на груди. — Ну пиздец, — устало закрываю глаза.

— Я правда не хотела, — едва не плачет мой подарок.

Только нового потопа мне для полного счастья не хватает.

— Не хотела она! — раздражённо веду плечами. — С дивана слезь уже, чудо чудное.

— Вы мне сначала скажите, кто у вас тут ещё живёт, а то мало ли, — дует губы это недоразумение, а глазищи огромные, капец.

Приглядываюсь. Красивая девка на самом деле, если выключить всё, что произошло. Мой воспалённый мозг отмечает неплохие изгибы фигурки, пухлые губы, глядя на которые