Будь моей парой - Юлианна Клермон

Спустя двадцать лет родилась я. Отец тогда работал младшим лаборантом и первым узнал, что я - немаг. И это значило, что моя кровь будет спасать жизни ненавистным ему Оборотам.

- Ну нет, вы её не получите, - пробормотал родитель и подменил данные.

После выписки из роддома отец настоял на переезде в глухую деревеньку Да́ринку. Там позже родились мои братья и сёстры, к счастью, обычные люди. Отец продолжал работать в лаборатории в Пересвете, каждый день проезжая десятки километров.

О том, что я - немаг, не знал никто, даже мама. Но всё едва не раскрылось, когда мне исполнилось шесть лет. Меня готовили к школе, и в одно из воскресений августа мама уговорила отца взять меня с собой на городскую ярмарку.

Я сидела на скамейке, когда мальчишка, присевший рядом, вдруг зарычал и обернулся. Мгновенье, и вот уже на месте ребёнка беснуется медведь. Сначала я не почувствовала боли. Краем глаза заметила, как мать мальчика оборачивается и прижимает тело сына к земле. Только после этого пришла острая горячая боль, и я потеряла сознание, а очнулась уже в больничной палате. Рядом мной сидел папа. Он гладил мои волосы и молча плакал.

Мама подскочила откуда-то сбоку, схватила меня за здоровую руку и запричитала, но папа на неё шикнул и попросил выйти на несколько минут.

В тот день я узнала и то, что я - немаг, и то, почему папа это скрывает. Он сказал, что в этот раз ему, как ведущему лаборанту, снова удалось утаить некоторые результаты моих анализов, но мне в дальнейшем следует быть осторожной, чтобы об особенностях моей крови никто не узнал.

В больнице я провалялась чуть больше месяца. А когда выписывалась, была абсолютно уверена в выборе профессии - я решила помогать людям снова стать здоровыми.

В школу я пошла годом позже, а на память от встречи с медведем, первый оборот которого случился на три месяца раньше срока, мне остались четыре неровных шрама длиной десять сантиметров, тянущихся наискосок от левого плеча к правой груди.

Родители мальчика выплатили нашей семье хорошую компенсацию и принесли искренние извинения. Первый раз оборот зверя случается, когда ребёнку исполняется десять лет. Почему медведь проснулся раньше времени, так никто и не понял.

Дипломатическая миссия, с которой Обороты находились у нас, была срочно свёрнута, медведи перешли в свой Мир, а я стойко невзлюбила всех их представителей и заработала комплекс неполноценности, не позволивший наравне с ровесницами в отмеренный срок начать нормально встречаться с парнями.

Дожив почти до двадцати пяти лет, я никогда не заходила дальше поцелуев, посылая куда подальше особо настойчивых кавалеров.

Я жутко стеснялась своих шрамов и, твёрдо решив, что семейная жизнь меня не прельщает, посвятила себя медицине и полностью отдавалась этому делу.

И вот теперь из-за какого-то бестолкового блохастого всё, чего я в этой жизни добилась, летит в Тар-тарары!

Дурой я никогда не была, поэтому ясно понимала, почему мужчина, ехавший за рулём, попал в аварию. Этот баран, не знаю, как ещё его назвать, не принял таблетку, блокирующую зов зверя!

Препарат был не так давно разработан в центральной лаборатории профессора Марана. Несмотря на это, он уже прошёл тестовые испытания и показал хорошие результаты. Его основная задача — блокировать зов зверя, чтобы Оборот, встретив свою истинную пару, не смог её распознать.

Лекарство стало спасением для Оборотов, не желавших вступать в брак, либо уже состоящих в браке в своём Мире.

Если зверь не чувствовал свою пару, он не получал отказ, не сходил с ума и не умирал от невозможности соединиться с объектом своего желания, заставляя свою человеческую ипостась деградировать до уровня пятилетнего ребёнка.

Действие таблетки длилось двенадцать часов, поэтому Обороты, находящиеся в нашем Мире, были обязаны принимать препарат дважды в сутки. Но кое-каким идиотам Указ правительства, похоже, не указ!

За почти двадцать пять лет моей жизни мы с отцом ни разу не прокололись, и никто даже не догадывался, что среди них ходит незарегистрированный немаг. Как вы думаете, каковы шансы, что на безлюдной трассе неподалёку от не самого большого города нашей страны, а уж тем более Мира, я встречу свою истинную пару? Да это ноль целых ноль-ноль-ноль тысячных процента! Но, видимо, я такая везучая, что взяла и умудрилась встретить! Да ещё и медведя! У богов, похоже, извращëнное чувство юмора.

- Мëдом вам тут всем намазано, что ли? - зло пробурчала, погрозив кулаком в никуда, и тут же иронично хохотнула: - Да уж, действительно, мёдом!

Хоть все и называли мой цвет волос рыжим, он, скорее, был тёплого медового оттенка.

- Ну ты, Сильва, и вляпалась! - хмыкнула. - Как медведь в мёд!

И шагала я теперь непонятно куда, не представляя даже, как буду жить дальше.

Если бы я была зарегистрированным немагом, ох, я бы сейчас этого медведя на клочки порвала. Да я бы его сначала ногами отпинала, потом засудила, а после суда ещё раз отпинала! Р-р-р!

Но я ни в коем случае не могла выдать себя, иначе под угрозой оказалась бы вся наша семья, особенно отец. Думаю, увольнение было бы самым мягким наказанием за сокрытие немага. О тюрьме я даже не хочу думать!

Я периодически оглядывалась, но погони за мной не было. Наверное, Оборот пострадал сильнее, чем предполагалось. На миг мне даже стало его жалко, но я отогнала это ненужное чувство. Меня кто пожалеет?

Вскоре показалась деревня. Дойдя до другого её края, я увидела старое деревянное здание вокзала. Справа от него нашёлся покосившийся стенд с гордой надписью «Расписание поездов». Если верить написанному, до ближайшего поезда оставалось сорок минут, и он шёл прямиком туда, куда мне сейчас и было нужно.

Моя подруга Марика, когда сбежала от своего любимого Оборота, купила билет до самой дальней точки нашей страны, намереваясь выйти по дороге, чтобы сбить Анадара со следа. Хоть она и оплатила билет наличными, а не картой, ей это не помогло. Её выследили по паспорту, который она предъявила в билетной кассе. И, пока искали, где она сошла, просмотрели все записи с камер внешнего слежения, установленные на вокзалах.

Я решила, если уж прятаться, то делать это надо в толпе. Затеряться в общей массе выходящего из поезда народа легче лёгкого. Достаточно неброско одеться и прикрыть волосы какой-нибудь бейсболкой или капюшоном.

Одежда на мне самая что ни на есть неброская, могу сойти