Мой нежный яд - Ирэна Стефанова

— Так вы… — начал Дима, но не закончил, покачал головой.

— Вместе? — ухмыльнулся Кирилл. — Да, только никому. Это тайна. Мы же друзья с тобой, сродни братьям, так что никому не говори, хорошо? — попросил его Кирилл, при этом поцеловав меня в висок.

Всё моё тело парализовало. Я не могла ни дышать, ни шевелиться. Четыре года ко мне не прикасался так мужчина. Это было слишком, но я не могла оттолкнуть Кирилла, просто потому, что не было сил сделать, хоть малейшее движение.

— Поздравляю, — ледяным тоном, проговорил Дима. — Принял эстафету, друг. Осталось надеяться, что моей жены это не коснётся.

— Она не в моём вкусе, так что нет, не коснётся, — ответил Кирилл на колкость, а я пыталась сдержать слёзы. Меня передали как трофей. Я что для Димы была вещью? Ну, конечно, я же не Лиза.

— Ну что ж, поздравляю, — повторил Дима, и ушёл, бросив на меня злой взгляд, будто я сделала что-то плохое, что-то типа измены. Он ведь это он ушёл от меня. Это он бросил меня в пучину страдания, которые длились до сих пор. Это он уничтожил мою самооценку. И это всё потому, что я не она.

— Пусти, — попросила я, когда мы остались одни, и Кирилл отпустил без лишних слов. — Зачем ты ему это сказал?

— Ну, надо было спасать ситуацию. Вот я и спас.

— Что он теперь подумает? — глядя в пол, поинтересовалась я.

— Что у тебя всё хорошо, в отличие от него.

— Он счастлив, — выкрикнула я, подняв глаза на Кирилла. Он лишь поджал губы.

— Ты так любишь его?

— Да. Я… Нет. Но я…

— Но он ведь предал тебя, Аня.

Я опять уставилась в пол. Как же мне хотелось остаться одной.

— Будь здесь, я сейчас приду.

— Что?

Но мой вопрос остался без ответа. Поэтому я достал ещё одну сигарету и прикурила. Вот только не судьба мне сегодня спокойно покурить. Кирилл вернулся очень быстро, и, увидев сигарету, снова забрал её и затушил.

— Больше никаких сигарет. Пошли, — протянул он мне руку, которую я, конечно, не приняла. — Я отвезу тебя домой.

— У тебя день рождения.

— Тем более, это моё желание как именинника, так что не спорь. Пошли.

Я смотрела на него какое-то время с прищуром, а после, молча, последовала за ним. Больше Кирилл не пытался взять меня за руку.

Когда мы оказались возле его «Кайена», я, неловко переминаясь с ноги на ногу, спросила:

— Разве это нормально, что именинник уходит с празднования своего дня рождения?

— Конечно. Особенно, когда он уходит с такой красавицей, как ты, Аня, — улыбнулся он.

Я не нашла, что ответить. Всё было так странно. Мне нужно подумать об этом, но только в одиночестве.

— Садись.

И я села.

Всю дорогу, пока мы ехали, меня не переставал преследовать злобный взгляд Димы. Он злился на меня, а я ничего не сделала, чтобы изменить это. Хотя, что я могла сделать? Он бросил меня, растоптал и сейчас был счастлив, но Кирилл говорил обратное. Но хватало одного взгляда на Диму и Лизу, чтобы понять, что они счастливы. Либо я просто не разбиралась в людях.

— Как ты? — отвлёк меня от мыслей Кирилл. Повернув к нему голову, я уставилась на его профиль. В данный момент я решала, что ему сказать: правду или ложь. И победило второе.

— Нормально.

Он нахмурился.

— А если правду?

— Это так очевидно?

— Что ты врёшь?

— Да.

— Да, очевидно.

И он посмотрел на меня. Впервые за то время, что Дима бросил меня, я почувствовала волнение от взгляда мужчины. Мне стало жарко, и я, сглотнув, отвернулась к окну.

— Аня.

— Ум-м-м…

— Не молчи.

— Зачем тебе это? — не поворачиваясь спросила я.

— Что именно?

Я слышала в его голосе неподдельное удивление, и это начинало меня раздражать.

— Ты прекрасно понимаешь о чём я, Кирилл. С чего вдруг проявление заботы и интереса ко мне? Я не понимаю. Нас нельзя назвать друзьями. В ту пору, когда я с Димой была, ты не высказывал своей симпатии ко мне. Так что изменилось?

Когда он не ответил, то я посмотрела на него. Кирилл следил за дорогой, и казалось, что он не слышал меня, но вот только он слышал и не знал, или обдумывал, что ответить, так как он морщил лоб.

— Ты мне всегда нравилась, как человек, Самойлова, — начал он после долгого молчания. — И я не думаю, что должен был кричать об этом на каждом шагу. И ещё не забывай, что в то время я был женат. И всё же, ты мне нравилась. А то, что я никак это не показывал… так зачем мне было это делать? Чтобы мой друг и моя жена решили, что я захотел их обмануть? Не думаю.

Я понимала, что он прав, и мне стало стыдно, что я начала этот разговор, поэтому уставившись на свои сплетённые пальцы, я извинилась.

— Прости, я… я недолжна была поднимать эту тему.

— Ну почему же?! Я рад, что мы выяснили это.

Я кивнула, продолжая пялиться на свои руки. Столько мыслей роилось у меня в голове, что мне просто необходимо было скорее остаться одной и всё обдумать. Закрыться в своей съёмной квартире, отключить телефоны и подумать. И вот тогда я надеюсь, что смогу найти в себе силы отпустить прошло и начать жить настоящим, а может и будущим. Но это были лишь планы.

— Эм-м, можно вопрос? — после недолгого молчания, спросил Кирилл, тем самым привлекая моё внимание.

— Да, конечно.

Я не знала, о чём он хотел спросить, но мне это не нравилось, и всё же я не смогла отказать ему.

— Почему… В чём причина твоей боязни прикосновений?

— Извини, — вскинула я голову, так как этот вопрос был очень неожиданным для меня.

— Я хочу знать, почему ты боишься прикосновений? — пояснил он, поворачивая направо.

Сказать, что я испытала растерянность, страх и омерзение, значит, ничего не сказать. Казалось, что он пытается вывернуть меня наизнанку, чего я очень не хотела. Поэтому ничего иного не придумала, как ответить на его столько, казалось бы, невинный вопрос колкостью.

— А ты что психиатр?

Он усмехнулся и снова вывернул руль вправо.

— Нет, я не психиатр, но мне просто интересно это.

— Почему? Ты же понимаешь, что ты лезешь в мою душу?!

— Понимаю, — серьёзно ответил он. — Просто хочу знать причину.

Когда я не ответила он предположил или же не предположил, а просто утверждал, я не поняла, но то, что он сказал было правдой, ненавистной мне