Смертельные Игры Дона - Джуди Хейл

— Ты плохо меня знаешь, stronzo5, — говорю я долговязому мужчине Романо, качая головой. — Отступать — не в моем стиле. Мне говорили, что я могу быть немного упрямым.

Рядом со мной Лео тихо посмеивается и бормочет:

— Это как сказать, что камень немного твердый.

Прошло много времени с тех пор, как я сражался вместе со своими людьми, оставляя на Лео большую часть стратегических тренировок. Я чертовски надеюсь, что мы по-прежнему работаем как хорошо отлаженный механизм, и эти ублюдки смогут сделать то же, что Лео, Данте и я, с помощью пригоршни пуль.

Долговязый засранец пожимает плечами.

— Lo so6. Твоя репутация опережает тебя, но не говори, что я не предупреждал…

Ему не удается закончить, потому что пуля из моего внезапно поднятого пистолета попадает ему прямо между глаз.

Все останавливаются. Полагаю, повстанцы Романо ожидали еще нескольких обменов угрозами и оскорблениями, за которыми последует сигнал от лидера группы, прежде чем начнется перестрелка, потому что проходит секунда-другая шока и замешательства, прежде чем они понимают, что я опередил их.

Мои люди не колеблются. Когда засранец падает, его пистолет бесполезно с грохотом падает на пол, какофония вспышек, эхо тресков, резкий запах пороха наполняют воздух.

Среди хаоса я слышу визг тормозов перед тем, как перед нами пролетает бронированный фургон Klassen — эффективный щит между складом, пулями и нашими людьми. Данте выпрыгивает, вооруженный винтовкой М16 и безумной улыбкой. Хочется и поцеловать его, и врезать одновременно.

И снова внезапное появление пуленепробиваемой стены застает людей врасплох, на этот раз их шок приведет к гибели, поскольку мои люди воспользуются нерешительностью и начнут убивать их, как мух.

Они сопротивляются, их пули падают из разбитых окон склада и врезаются в фургон, но пока их выстрелы летят мимо, наши попадают точно в цель. Еще через минуту оставшиеся повстанцы Романо отступают. Некоторые дураки даже разворачиваются и пытаются убежать, эффективно ловя пули в спину.

Я замечаю слева одного мужчину, целящегося в голову Лео, но как только я убиваю его, чувствую, как огненная лента задевает мое левое плечо в опасной близости от плечевого сплетения.

Пиздец!

Как я пропустил того, кто прятался у стены здания?

Как только ополченец замечает, что попал в меня, он убегает. Еще пара стрелков остается у окон, но бой уже окончен. Ублюдок понимает, что живым ему не выйти, он просто хотел забрать меня с собой.

— Нико! — кричит Данте.

Должно быть, он видел, как меня ранили.

Я пригибаюсь, поднимаю руку, затем сжимаю кулак и быстро сгибаю запястье, проверяя, работает ли моя левая рука. Спасибо, блять!

Я проглатываю поток ругательств и поворачиваюсь к нему.

— В порядке, — кричу я сквозь шум. — Прикрой нам спины.

Он быстро кивнул, и на мгновение наши взгляды встретились. Возникает напряжение, общее понимание, а затем мы обходим фургон и направляемся к складу.

Почти все охранники уже мертвы. Еще несколько моих людей проходят через дверь склада и направляются прямо к лестнице через комнату, ведущей на второй этаж.

Мы с Лео прикончили еще нескольких мужчин на втором этаже. Через несколько мгновений эхо выстрелов стихает, и наступает тишина.

Люди Романо лежат распростертыми на полу, их тела окровавлены, оружие брошено, безжизненные глаза смотрят в никуда.

Мы возвращаемся на главный этаж и встречаем моих людей, все еще напряженных и полных энергии. Мрачная улыбка тронула мои губы. Сегодня вечером они устроили эффектное шоу, несмотря на то, что это была незапланированная битва.

Чертовски жаль, что мне придется пустить пулю в чей-то мозг. А именно в мозг крысы, которая предупредила Романо.

Я ловлю многозначительный взгляд Данте и знаю, что он думает то же самое. Он ничего не говорит, лишь слегка покачивает головой, прежде чем его рот изогнулся в фирменной ухмылке. Он ничего не скажет. Несмотря на всю свою наглость, Данте знает, что задавать вопросы при моих людях — самый быстрый путь к смерти.

— Девять наверху, синьор. Все мертвы, — докладывает Сальваторе, которого не смущает кровоточащая рана в верхней части правого уха — скорее всего, его задела пуля. В свои двадцать четыре года он самый молодой из присутствующих сегодня людей Вителли, но также один из самых смертоносных, представляющих собой смертельную смесь технического волшебства и шпионажа.

— Grazie7, Сальваторе, — киваю я. — Пусть доктор сегодня вечером осмотрит твое ухо, иначе будет что-то похожее на цветную капусту, — предупреждаю я.

Он кивает и продолжает подсчет трупов, когда Лео приближается.

— Перестрелка была чертовски хороша, amico mio8, — говорю я ему.

Он кивает с натянутой улыбкой, но в его карих глазах сохраняется холод, напряжение в воздухе сильнее, чем рассеявшийся дым.

— Просто делаю свою работу.

Действительно, он проделал свою работу по обучению этих людей, и сделал это хорошо.

— Давайте проверим и погрузим, ребята, — Пьетро, коренастый Капо с суровым лицом, кивает в сторону ящиков, сложенных у дальней стены склада, а остальные следуют за ним.

Мы стоим бок о бок и наблюдаем, как Сальваторе, Пьетро и остальные мужчины выносят ящики наружу в ожидающий грузовик.

— Откуда они узнали о засаде? — размышляю я вслух, пытаясь найти объяснение, которое не изображало бы одного из наших людей предателем. — Это должна была быть внезапная атака. — я сгибаю левое плечо, чувствуя, как мышцы дергаются и пульсируют.

Пулевое ранение было не тем, чего я ожидал, когда решил сегодня вечером присоединиться к своим людям, но это, блять, лучше, чем быть мертвым прямо сейчас.

Я машу грузовику, давая сигнал уезжать с грузом, а затем засовываю руки в карманы.

— Один из этих людей слил наш маршрут, Лео. Ты знаешь, я не потерплю крота в своем доме.

Лео оглядывается на наших людей, которые окружили нас, все еще бдительно высматривая любые сохраняющиеся угрозы. Его взгляд останавливается на одном мужчине, затем на следующем, прежде чем встретиться с моим, его глаза непоколебимы.

— Я доверяю каждому из них, Нико. Утечка произошла не от кого-то из них.

Я киваю, хотя облако подозрений сохраняется.

— Следите за периметром. Мы еще не выбрались из леса, — предупреждаю я тихим голосом.

Лео кивает и уходит, сливаясь с тенями снаружи, и я не могу избавиться от ощущения, что что-то не так. Лео, как и я, обычно расслаблен и излучает уверенное, почти ленивое спокойствие в эпицентре событий. Эта нервная энергетика меня тревожит.

Что-то с ним не так. Интересно, в порядке ли Мария и ребенок?

* * *