Гувернантка для чешуйчатой прелести. Переполох в королевском дворце - Дора Коуст

Этот учебник каждым курсом был высмеян от и до, что не мешало нам помнить каждый абзац. Скажем, о первом вовлеченном контакте, который легче всего было организовать в танце.

Позволив себе невеселую усмешку, я попыталась приоткрыть отяжелевшие веки. Шутки шутками, а заклинание подчинения плотно поселилось на моей ауре, а я просто не могла ему сопротивляться. Слишком долго оно провисело там спящим. Слишком глубоко пустило корни, за годы успев сродниться с моей магией.

Теперь у меня просто не было выбора. Мне предстояло стать любовницей Световолда.

Когда-нибудь.

Если не сумею снять метку раньше.

Прислонившись щекой к теплому бархату, которым был обит экипаж изнутри, я не дала себе улыбнуться. Сдержалась, полагая, что директриса может заметить изменения.

Этот миг триумфа! Как же я сейчас была благодарна своему другому преподавателю. Обедневший лорд, бывший наемник из столичного наемнического клана. Он явился в нашу академию сразу после того, как я уделала его в магической дуэли у городской ратуши, отстаивая свою честь, и напросился преподавать несуществующий предмет на невыгодных для себя условиях.

В качестве главного аргумента он обещал научить студенток академии суметь защититься самим и уберечь своих подопечных. Причем преподаватель по фехтованию у нас уже имелся. Вейола – моя подруга – крутила с ним роман.

Однако занятия графа Энье отличались от всех, что значились в нашем расписании. Его уроки причиняли боль как душевную, так и физическую, но он познакомил нас с выносливостью, научил отваге и страху, забывать о котором не стоило никогда.

А еще заставлял четко формулировать свои желания. Вдумчиво, сооружая из слов понятную конструкцию, у которой невозможно отыскать двойное дно.

В словах директрисы такое дно было. Любовницей Световолда, даже не короля, я могла стать когда угодно.

Но пока намеревалась играть по ее правилам.

Правда, не знала, как пересилю себя.

Сказать, что я ненавидела нынешнего монарха, – это не сказать ровным счетом ничего. Он был омерзителен мне настолько, что я не могла находиться рядом с ним в одном помещении.

Однако так было не всегда. Свой первый бал – бал дебютанток, который ежегодно проходил в королевском дворце по весне, – я провела в полном непонимании происходящего. От души веселилась, лучилась счастьем и купалась в комплиментах юных лордов, но то и дело ловила на себе внимательный взгляд короля.

Тогда он показался мне странным. Слишком прямой, слишком открытый, восторженный, компрометирующий. Но разве я могла что-то сделать?

Ничего. Это ведь король. За него при необходимости без раздумий следовало отдать жизнь, не говоря уже о какой-то там чести. Но на слишком прямые взгляды монарха внимание обратила не только я. К моим родителям истина пришла значительно раньше, чем ко мне, а потому они поторопились забрать меня с бала.

Мы уехали всего через час после начала празднества. Я так и не узнала, кто хотел бы станцевать со мной самый главный танец, коим выражали симпатию. Я так и не увидела знаменитый королевский фейерверк, когда небо начинало играть сотнями разноцветных звезд.

Я так и не вкусила всей атмосферы праздника, о чем жалела втайне и недолго. Ровно до странной гибели моих родителей. Его Величество вызвал к себе на аудиенцию, но на их карету в ближайшем же лесу напали разбойники, коих на наших землях никогда не водилось.

Об их смерти мне поведал раненый возничий. Он сумел вернуться в поместье, но почти следом за ним явился поверенный короля. Так я едва не стала его воспитанницей, которой предстояло переехать в королевский дворец.

Однако я успешно лишила монарха своего общества. Сама обратилась в Академию благородных девиц, прежде наслушавшись разных историй от своего дракона-защитника. Сама же в нее отправилась и сама подписала договор на обучение со всеми из него вытекающими.

А затем стояла в секретарской леди Турики Нахль и дрожала от страха под полным ненависти и желания взглядом Световолда. Эта наша встреча была второй, после чего Его Величество еще много раз навещал академию и присутствовал на занятиях моего курса.

Не зная всех нюансов, воспитанницы академии мне неизбежно завидовали. Как же так?! Юная леди без должного воспитания, дикарка, вылезшая из какой-то провинции, а уже фаворитка короля. Неназванная, неофициальная, но внимание монарха к моей персоне не разглядел бы только слепой.

Я же в этот момент была готова отдать что угодно, лишь бы ему приглянулся кто-то другой. Но свой натиск мужчина продолжил и после того, как я вместе со всем выпускным курсом на две недели переехала в королевский дворец. От этой стажировки невозможно было отказаться. Она шла в зачет наравне со всеми экзаменами, и без нее я бы просто не получила диплом.

Он зажал меня у подоконника. Подстерег прямо в выемке коридора, через который я всегда ходила в крыло королевских воспитанников. Вообще не бывала на главной лестнице, чтобы ненароком не встретиться с Его Величеством, хотя второй путь – для слуг – занимал куда больше времени.

Моя хитрость сыграла со мной злую шутку.

Не выбраться, не отойти. Кричать смысла не было тоже. В этих коридорах ходили только слуги, а они, как известно, всегда отличались стопроцентной слепотой и тугоухостью. Других во дворец и не нанимали.

Световолд играл со мной, как кот с мышкой. Делал комплименты, как того просил этикет. Попытался поцеловать мою руку, которую затем я почти час до красноты оттирала в дамской комнате. И конечно, пожелал урвать поцелуй.

На нем-то я и спеклась. Просто сделала вид, что свалилась в обморок от переизбытка чувств, а он, не ожидая подобного, побежал искать хоть кого-нибудь. Но помощи в этом коридоре ему было не найти.

Я же сорвалась с места, едва его фигура скрылась за поворотом. Мчалась так быстро, как только могла, а затем очень тщательно пряталась. Практически бегала от него по всему дворцу на протяжении отведенных для практики двух недель. Даже поцеловала кого-то насильно, когда поняла, что погоня загнала меня в тупик. Я не знала всех закоулков дворца, чаще всего просто импровизировала, и в тот раз едва не попала прямо в руки монарха.

Он спешно поднимался по лестнице, я к этой самой лестнице бежала по коридору, а пострадавший мужчина, в чье лицо я даже не заглянула…

Судя по одеждам, он явно был лордом, но я даже извинения из себя не смогла вытолкнуть, настолько стыдно мне было за свой поступок.

Я воспользовалась им как ширмой, а затем просто сбежала, потому что в моей войне применялись любые средства.

Но