(не) счастье для Миллиардера - Софи Вирго

И почему я не смотрела его фотографии в интернете? Говорила мне Кристинка, спонсоров и возможных работодателей надо знать в лицо, а я отмахивалась. И очень зря. Двойное попадание.

- Девушка не специально. Все случайно вышло. Мы вас не ждали, студенты нервничают, вот и происходят казусы, - Сапронов взглядом просит меня скрыться с глаз долой, а я снова не могу сдвинуться с места.

Чувствую на себе тяжелый взгляд, который придавил к полу сильнее бетонной плиты и жду чего-то.

- Травля тоже от нервов? – его вопрос удивляет всех.

Я слышу даже нервное покашливание кучки мажоров. Умаров может подпортить деткам жизнь, потому что с этим бизнесменом предпочитают дружить все. Уж слишком велико его влияние на город. И друзья у него соответствующие. Испортить отношение хоть с одним из шестерки, значит испортить отношение со всеми.

- Не знаю, как это получилось. Я со всем разберусь, обещаю. Лично вам доложу о происшествии. О том, что послужило первопричиной, кого накажу.

На последних словах меня передергивает. Накажет? Господи, нет, только не это. Накажут же меня и выставят виноватой. Умоляю, Господи, смилуйся надо мной. За один день я умудрилась поставить крест на своей жизни в этом городе. Если Умарову доложат, что все по моей вине… Нет, я даже думать об этом не хочу.

- Игорь Анатольевич, я разве сказал, что кого-то нужно наказать? – его вопрос почему-то больно резанул по сердцу.

В душе мне хотелось бы, чтобы их наказали. Не меня, а именно их. Чтобы мажоры, которые столько лет травили меня, а в этом году с особым энтузиастом, получили по заслугам, но видимо я слишком многого хочу. Не бывает так, чтобы добро всегда побеждало зло. Это реальность, а не сказки.

- Я рад, что увидел претендентов на стажировку в мою компанию собственными глазами.

На этих словах мои глаза загораются, но вспомнив, что было в прошлый раз, и кому в итоге досталась практика, у меня даже плечи опускаются, а стаканчик едва не падает из ослабевших пальцев.

- Теперь будет значительно проще принять верное решение. Практика у меня открывает слишком большие перспективы, чтобы я повторно доверился вам.

Ничего себе. Оксаной остались недовольны? Похоже у этого Амира работают отчаянные люди. Кошмар, о чем я думаю. Защитная реакция мозга? Возможно.

- Советую задуматься о том, что у вас происходит, - Амир скидывает с плеч пиджак, и делает то, чего никто не ожидал.

Укрывает меня, под удивленные взгляды окружающих. Сам Амир Умаров, какого-то жалкого рыжика обогрел.

Чуть сдавив плечи сквозь пиджак, недовольно поджал губы и пошел дальше, слушая очередное расшаркивающееся извинение ректора.

Чем он недоволен? Да, рыжая мокрая курица. Неписаная красавица. Ведьмой чаще правда называют. А что, все по закону жанра: рыженькая, с россыпью едва заметных веснушек и изумрудными глазами. Пока была подростком, хотела стать шатенкой, чтобы перестали давать обидное прозвище, но со временем привыкла и в какой-то степени смирилась.

Людям не угодить. Главное, что мне самой все нравится.

- Слышь, рыжая? – окликает меня Коля так неожиданно, что я подрыгиваю на месте. – Если у нас из-за тебя проблемы будут, учти, тебе несдобровать. По-хорошему советую сейчас догнать Умарова и сказать, что сама нарвалась.

Смотрю на него широкими глазами и поражаюсь, насколько все несправедливо. Почуяв беду, он решил выкрутиться из положения моими руками, запугивая. Нервно сглатываю, потому что понимаю, не сделаю, как просит, действительно исполнит угрозу. И стоящий за его спиной Петя подтверждает мысли.

Нервно сглатываю и неуверенно киваю. Мне нужна передышка. Готова пообещать что угодно, лишь бы только отстали, ушли.

- Не слышу. Поняла, что надо сделать?

- Д-да, - заикаясь отвечаю, сильнее кутаясь в пиджак Умарова, который становится сырым и больше так не греет.

Лишь аромат его парфюма пропитывает меня насквозь, вкусный такой, древесный с цитрусовыми нотками. Коля усмехается своим мыслям и снова скалится.

- Вот и молодец, - поправляя лацканы чужого пиджака, говорит и уходит, а я все стою в коридоре, не зная, что делать дальше.

Звонок на пару выводит из ступора. Коридоры пусты. Не хочу никуда идти и ничего объяснять. Если сделаю это, то мажоры победят и все равно будут издеваться. Неизвестно, в какое русло их может свернуть. Сердечко пропускает удар от страха того, что со мной могут сделать, почувствовав, что я прогибаюсь по щелчку.

Но если у них будут проблемы, они еще сильнее могут слететь с катушек и более жестоко наказать за неподчинение.

Я запуталась. Страшно и то и другое. Вопрос в том, что страшнее. После чего последствия более катастрофичны для меня.

Пожалуй, сегодня я прогуляю оставшиеся пары. Запястье снова простреливает болью, как бы намекая, что сейчас важнее. Спешу в медпункт к нашей Зое, не помню отчества милой пожилой женщины. Она встречает меня с охами-ахами и начинает суетится.

Рентгена у нас, разумеется, нет, поэтому женщина строго наказывает срочно идти в районную поликлинику и просветить руку. Это я и без нее понимаю. Нужно исключить все, иначе можно получить серьезные проблемы. Как срастется не так, еще специально ломать будут. Бр-ррр. Не хочу.

- Иди милая, - перевязав руку эластичным бинтом, отправляет меня в путь. – Травматологи есть дежурные. Не примут, на скорую иди.

В очередной раз повторяет, а я улыбаюсь, хотя на душе так паршиво, что плакать хочется. От боли. От несправедливости. От страха.

Хочу домой, к бабушке, лечь головой на ее колени и часами болтать ни о чем. Но это мечты. До зимних каникул еще далеко. Увы. Придется справляться самой.

Попрощавшись с врачом, бреду по пустым коридорам. Все на парах, одна я слоняюсь без дела. Не хочу идти в аудиторию, смотреть на сокурсников, видеть триумф в их глазах. Завтра я буду в состоянии отбиваться от них, но не сегодня.

- Первый прогул за всю учебу, - шепчу под нос и грустно усмехаюсь. – Ну и ладно.

Подвожу итог и уверенно иду к выходу. Пиджак оставлю на вахте и попрошу передать Умарову. Уверена, он еще не уехал. Да, так и сделаю. И вещь верну и не пересекусь. Мне и без того стыдно смотреть ему в глаза. Еще и обещание его, что стану его.

Нет, лучше уж вообще сбежать из города, чтобы не нашел. Амир страшнее всех мажоров