Скандальный магазинчик брошенки, или Развод с драконом - Ольга Ивановна Коротаева

Раз.

Серебрена вошла в кухонное помещение, а её благоверный взбивал сливки с молоденькой поварихой, которую только сегодня самолично принял на работу. Леди Драконар тихо спросила, что они делают, а я бы изменнику взбиватель узлом завязала!

Два.

Леди ночью показалось, что кто-то воет, и она спустилась посмотреть, что происходит в комнате служанки. Думала, добрая девушка привела в дом четвероногого друга, а оказалось, что она сама стояла на четвереньках.

Серебрена попросила быть тише, а я бы собаке женского пола шипастый ошейник потуже затянула, шипами внутрь!

Три…

Стоит ли говорить, что с каждой ступенькой моё раздражение росло? Этот лорд Драконар заслужил гореть в аду! Сколько раз он унижал свою безропотную супругу? А Серебрена тоже хороша! Как можно любить того, кто об тебя ноги вытирает?

Когда ступеньки закончились, я была готова окучить Талинра тяпкой! Выкорчевать его любилку с корнем! Но, выплеснув в лицо очередной подстилки лорда Драконара багровое вино, отрезвела от гнева:

«Какая мне разница? Это чужой мужчина и чужая жизнь».

Верно, ведь у меня была своя, подаренная свыше. И я не намерена тратить и минуты, ведь неизвестно, сколько времени ещё осталось. Швырнув договор, развернулась и направилась прочь.

У двери в покои меня встретили две женщины в простых платья, чепчиках и белоснежных передниках. Память Серебрены подсказала, что одна из служанок была какой-то там по счёту любовницей Талинра, поэтому ей до сих пор платили больше, чем второй.

– Леди Драконар, вам стоит удалиться к себе, – властно заявила она.

– Тебя не спросила, что мне делать! – огрызнулась я, и лицо девушки удивлённо вытянулось. Я кивнула второй: – Собери мои вещи и вызови наёмный экипаж.

– Хотите погостить в доме батюшки? – саркастично отозвалась та, что постарше. – Вы приняли правильное решение, леди.

Да Серебрену в этом доме совсем ни во что не ставили!

– Зачем ты всё это мне говоришь? – осадила её.

– А… – она моргнула и закрыла рот, так и не придумав достойный ответ.

Зато очухалась первая.

– Затем, чтобы донести до вашего понимания, – злорадно протянула она, – как сильно ваше присутствие огорчает и лорда, и леди Мирельду. А ей нельзя волноваться!

– Трогательная забота бывшей любовницы моего мужа об очередной его подстилке, – зло прищурилась я. – Когда ублажала лорда, так же много болтала? Талинр поэтому тебя бросил? Или стала слишком старая для него?

– Я намного моложе вас! – возмущённо вскрикнула она. – Это вы слишком старая!

И я проделала с ней тот же трюк, что с любовницей, рыдания которой слабо доносились из-за прикрытой двери. Получив пощёчину, девушка попятилась, испуганно глядя на меня, а я перевела взгляд на вторую:

– Этого достаточно, чтобы вы вспомнили о своих обязанностях? Или придётся обрезать вам волосы за оскорбление леди из аристократического рода?

Обе побелели и шустро разбежались, поскольку женщина с короткими волосами считалась падшей. Одна из служанок кинулась вниз по лестнице, должно быть, вызывать экипаж. А вторая, приподняв подол, помчалась по коридору, в сторону комнаты леди Серебрены.

Держась за стенку, я медленно побрела туда же и раздражённо пробормотала:

– Вот зачем эта дурочка морила себя голодом? Неужели думала, что муж одумается, если она усохнет? Достучаться до него получилось бы только с помощью лопаты! Совершенно безнадёжный тип.

Собственное бессилие раздражало, мне хотелось быстрее собрать немногочисленные вещи леди Драконар и отправиться за Пелли в наш новый дом. Камеристку я послала туда сразу же, чтобы женщина подготовила комнаты для проживания, ведь после смерти её дядюшки прошло уже полгода, и всё это время здание пустовало.

– Всё готово, леди, – служанка поставила передо мной два саквояжа и шляпную коробку.

– Мда, не густо, – огорчилась я, но тут меня посетило одно воспоминание Серебрены. Я незаметно подхватила со столика «маникюрные» ножницы, величиной с портновские, и с подозрением покосилась на служанку: – А где шкатулка с драгоценностями?

Девушка театрально округлила глаза:

– Не видела никакой шкатулки!

Вот только леди Драконар не раз заставала служанку за тем, что та рылась в её вещах. Серебрена боялась пожаловаться мужу, поскольку тот до сих пор благоволил этой девушке и отмахивался от любых обвинений в её адрес.

Я не стала спорить, а, шагнув к служанке, схватила за волосы, другой рукой поднесла ножницы.

– Не надо, леди! – в ужасе заорала она, хотя легко могла бы вырваться, ведь я была слаба. – Умоляю, не делайте этого!

Отпустив, я пошатнулась и глянула на девицу исподлобья:

– Немедленно верни всё, что украла, или я тебе не только волосы, но и уши отрежу!

Пусть драгоценностей у леди Драконар немного, но сейчас каждая серёжка была на счету, ведь мне предстояло открыть своё дело в странном мире, похожем на историческое кино, находясь в чужом, невероятно слабом теле.

Глава 5

Когда забралась в экипаж, едва не потеряла сознание от усталости. Казалось, что женщине, в тело которой я попала, не под сорок, а под сто лет! Впрочем, даже я в свои девяносто чувствовала себя лучше…

«Ладно, слегка преувеличила!»

Хуже чувствовала, зато питалась хорошо. По чуть-чуть, но вкусно и разнообразно, чтобы каждый кусочек радость приносил.

«Особенно за семейным столом, когда каждый из домочадцев пытается переорать другого, чтобы рассказать, как прошёл день».

А леди Драконар отказывалась от самого простого удовольствия в жизни, хотя и так была лишена всех остальных. Её не любил муж, унижали слуги, не родилось детей… Даже дела, которым она горела, и то не было:

«Вот этого мне никогда не понять! Даже сейчас я скучаю по своему магазинчику».

Я была счастлива в своей жизни, даже когда за гроши шила с детьми в школе фартуки. А всё, что подкидывала мне чужая память, было унылым существованием, наполненным лишь отчаянной надеждой, что однажды Талинр оценит её преданность и беззаветную любовь.

Размышляя о чужой судьбе, такой тягостной и серой, я смотрела на такую же безрадостную картину за окном. Монументальные особняки с колоннами, окружённые садами, давно остались позади, и сейчас мы проезжали по узкой улочке, домишки на которой тесно жались друг к другу, как продрогшие зимой котята.

Пахло тоже не сильно приятно, зелени и вовсе не было. Разве что рожа мужика, проводившего наш экипаж тяжёлым пронизывающим взглядом, имела слегка зеленоватый оттенок. Кроме него прохожих я не заметила. Как и жильцов…

Экипаж