Волки Арбадона - Лилия Орланд

Фьерна не пыталась больше заговорить. Только время от времени поглядывала на меня. Как человек, который принял решение и едва сдерживается, чтобы не озвучить его.

Она будто ждала, пока я начну задавать вопросы. Но мне не хотелось ни о чем спрашивать.

С трудом запихнув в себя хлебную корку, я отправилась спать. Но сон не шел. Я лежала в кровати, которую выделил Агмунд, смотрела в потолок, скрытый от меня полумраком, а слезы катились и катились из глаз.

Фьерна сказала, что это комната Ардена. Здесь он рос вместе с братом. Позже вторую кровать вынесли, ее место занял платяной шкаф.

Если бы я была оборотнем и обладала их звериным обонянием, то сама бы это все поняла.

Но я была человеком.

Даже когда увидела брошенную на лавку мужскую одежду, не догадалась, кому она принадлежит. Точнее, подумала, что это одежда Агмунда.

Может, старик прав, и я недостойна быть парой волка?

Горло сжал судорожный всхлип.

Я закрыла глаза.

События той ночи всплыли в памяти с чудовищной яркостью.

Вот мы бежим в пустоши, прочь от ворот Академии. Я пытаюсь сосредоточиться и призвать Ардена, но ничего не выходит.

Затем Фьерна обращается в волчицу и уносит нас с Мирой тайной тропой. Мы сваливаемся с нее в болотистую землю. Я вижу, как из пустоты появляется черный волк. Но не успеваю преодолеть разделяющие нас метры.

Между нами бросается белая волчица. Фьерна.

Значит, это не я, а она призвала Ардена.

Не меня, а ее он услышал.

Откликнулся на ее зов…

Может, и не ожидал, что я тоже там буду, потому и позволил волчице сбить себя с ног.

О чем они говорили в те несколько минут до появления магов? Он рассказал ей обо мне? Наверняка, иначе она бы не знала, что я его пара.

Никто бы не знал.

Маскировка, наложенная марами Цитадели, все еще держалась. Каждый день я видела в тусклом зеркальце над рукомойником чужое лицо. Это лицо вызывало теперь лишь отвращения.

Я больше не хотела быть Винеттой. Но не знала, как вернуть прежний облик.

В конце концов я все же уснула. Провалилась в тревожный и нервный сон, который не принес облегчения.

Мне снилось, будто я куда-то бегу. Или от кого-то. На мне длинное пышное платье и узкие, страшно неудобные туфли на каблуках. По щекам текут слезы, а я так тороплюсь, что не могу их даже стереть. Только постоянно шепчу:

“Скоро все закончится, скоро мы будем в безопасности…”

Рядом со мной четко ощущалось присутствие еще одного человека. Это была женщина в строгом темно-зеленом платье с белым передником. В ее волосах белела наколка.

Служанка? Горничная?

Мы петляли в катакомбах с серыми стенами и сводчатым потолком. Женщина шла впереди и несла в руке факел, а я все никак не могла ее разглядеть. Каждый раз, когда хотела заглянуть ей в лицо, она оказывалась стоящей ко мне спиной.

Зато я услышала как она говорит:

– Ваше величество, вы уверены, что этому псу можно доверять? А если он обманет? Король не простит измены!

– Молчи, Эдме! – под сводами катакомб раздался мой собственный голос. Резкий и властный. – Ты поклялась мне помочь, вот и помогай. Я готова рискнуть и довериться волку. Но никому, даже королю не позволю сделать из моей дочери лейву!

Эдме…

Я вдруг с необычайной ясностью поняла, что мне снится сцена из прошлого.

Чужого прошлого.

Это не я бегу по катакомбам со слезами на глазах, а моя бабушка – королева Аналея.

Картинка тут же сменилась.

Теперь я оказалась в огромном гулком помещении, чьи стены были сложены из больших каменных блоков. Оно напоминало древний храм.

– Ваше величество! – окликнул меня мужской голос. – Мы здесь!

Я оглянулась. Из темного входа показался мужчина, поразительно похожий на Ардена.

Та же стать, те же черные волосы, словно взъерошенные ветром, тот же сверкающий взгляд из-под нависших бровей…

“Агмунд, – всплыло его имя. – Агмунд Лунара, шаман и вожак Черных волков”.

Так вот каким он был в молодости. Арден его почти точная копия. Только у сына линия губ немного мягче и взгляд наполнен теплом…. А может, мне просто так кажется…

В руках он держал ребенка.

– Эльти! – меня словно толкнуло в спину.

Я бросилась к Агмунду и схватила ребенка. Слезы с новой силой заструились из глаз.

– Моя малышка, моя принцесса, – вне себя от нахлынувших чувств я целовала детское личико.

Принцесса захныкала. Это заставило меня опомниться.

– Наш договор в силе? – я взглянула на Агмунда.

– Да, – кивнул тот. – Но мне нужно время, чтобы камни расставить. Я ведь не маг, не умею открывать порталы по щелчку пальцев.

– Тогда начинай!

А сама отвернулась, укачивая ребенка.

Мое сердце рвалось от любви к крошечной девочке. Во сне я испытывала настолько нежные материнские чувства, что почти поверила, будто это и в самом деле моя дочь.

Ее отняли у меня почти сразу после родов. Держали в отдаленной крепости. Не давали с ней видеться.

Все это в одно мгновение пронеслось в голове.

Внезапно Эльтея на моих руках замерла и перестала хныкать. Я перевела взгляд на дочь. Она напряженно смотрела вперед.

Сердце кольнуло холодной иглой.

– Испугалась, маленькая? – услышала я свой дрожащий от напряжения голос. – Ну что ты там увидела?

А сама проследила за ее взглядом.

Игла в сердце кольнула снова. На этот раз сильнее и глубже. Я попятилась, чувствуя, как подступает паника.

Потому что у входа в пещеру, отрезая нас от возможного бегства, начали открываться порталы. Они вспыхивали один за другим, бесконечной пугающей чередой. А из них выходили боевые маги в форме личной гвардии короля Тольфена – моего мужа. Первые, едва появившись, выстрелили в Агмунда магической сетью. Мерцающие голубые нити вмиг окутали оборотня, спеленали по рукам и ногам.

Раздался знакомый голос:

– Всех брать живыми!

– Ты привела за собой “хвост”! – сквозь гнев в рычании Ардена я услышала боль.

– Этого не может быть, я все предусмотрела!

О моем побеге не знал даже сын. И с собой я взяла одну камеристку. Сироту, которую приблизила к себе и спасла от участи стать лейвой. Она не могла отплатить мне предательством.

Я поискала ее глазами.

Эдме стояла в нескольких шагах от меня. Она смотрела на открывающиеся порталы и появляющихся магов абсолютно спокойным взглядом.

У меня внутри что-то оборвалось.

– Как ты могла, Эдме? – выдохнула я непослушными губами. – За что?

– Простите, ваше величество, – пробормотала она, пряча взгляд. – Я не такая, как вы,