Сердце Белого бога - Рина Белая

— Чего молчишь, поцарапанная? — молодой охотник явно обрадовался новой кличке и решил оставить ее за мной.

Не в силах произнести ни слова, я лишь склонила голову в знак уважения.

— Проваливай, поцарапанная. Смотреть на тебя противно.

Припадая на поврежденную ногу, я побрела к девушкам, которые встретили меня насмешливыми окликами: «поцарапанная».

Но вдруг все смолкли. Толпа расступилась, и вкруг из красивых и сильных тел вошла Хранительница жизни.

Это была невысокая женщина с ясными, живыми глазами и рыжими волосами, заплетенными в косы и собранными на затылке в пучок. Ее стройное тело было облачено в длинную тунику, которая прикрывала босые ступни. Талию охватывала широкая полоса выделанной кожи. На шее висел маленький череп разведчика — символ ее способностей.

Все в хранительнице жизни было особенным. Она была перевертышем с даром целительства — душа ее была сильной, прожившей множество жизней и способной управлять энергиями сохранения. Но власть над стаей ей даровала не сила, а честное, открытое сердце, которое становилось источником глубоких связей в нашей стае.

Сохраняя мир и порядок в стае, она заботилась о молодняке, наставляла подростков в быту и охоте, поддерживала тех, кто создал пару. Старикам она давала защиту и пищу.

Каждый раз, когда она говорила, мне казалось, что даже ее голос звучит особенно.

А как же высшие лорды и их загадочные леди? Вы, возможно, уже немного разобрались в нашей иерархии и хотите спросить об этом. Да, всемогущие лорды действительно развили свои способности и очистили души до такой степени, что они сияли, словно бриллианты в лучах безмятежной Рете. Но они были чем-то далеким. Порой настолько далеким, что казалось, их существование — лишь фантазия.

А Хранительница была здесь. С нами.

И сейчас она собиралась сообщить нечто важное.

Страх и волнение настолько захлестнули меня, что я совсем забыла про боль.

Слуха коснулся приятный, тягучий голос с теплыми, хрипловатыми нотками:

— Мои милые девушки, я растила вас в строгости и справедливости. Одним я помогала обрести гармонию со своим зверем, других учила трудолюбию, третьих — охоте, — взгляд Хранительницы скользил по девушкам, пока вдруг не остановился на мне. — А кого-то учила смирению и покорности.

Тихо прочистив горло, она продолжила:

— Каждая из вас научилась принимать жизнь в ее истинном обличии. Я вложила в ваше сознание нерушимые законы нашего мира — те основы, на которых держится наше существование и строятся все связи. И я уверена: вы достойно проявите себя перед высшими лордами.

Эти слова вызвали у нас полный восторг. Как нам удалось не выплеснуть эмоции на Хранительнице, остается загадкой. Видимо, сказывалось воспитание, о котором она только что упомянула.

— Не буду томить вас ожиданием. Они прибудут к нам я новым восходом дарующей жизнь Рете.

«Так скоро!» — пронеслось у меня в голове.

— И это еще не все, — улыбнулась Хранительница. — Лорды ищут мастериц, способных удовлетворить тонкий и взыскательный вкус их леди. Им нужны девушки умеющие украшать одежду вышивкой. Победительницы отправятся с лордами в Сит-Амет. Вы сможете увидеть город-легенду своими глазами и служить высшим лордам верой и правдой, — закончила она.

Что тут началось! Наши лица отражали весь спектр эмоций разом: дикое удивление, великую радость, страх, тревогу и даже панику. А наши сердца! Они рвались наружу и бунтовали.

— Свои идеи вы можете воплотить на лоскутах ткани, которые найдете в костяном коробе у меня дома. Там же лежат нити и костяные иглы. А теперь идите, — разделяя наш восторг, сказала Хранительница. — Закончите работу до прихода лордов. И не забудьте привести в порядок свои руки. Да царит чистый свет в ваших душах! Ману и Тенера, вы останьтесь.

Девушки склонили головы и, забыв обо всем, разбежались по домам.

А мы остались.

Хранительница смотрела прямо на меня.

«Неужели Ману рассказала о том, что я прохлаждалась в скалах?» — подумала я, внутренне съеживаясь.

— Я тоже могу принять участие в отборе? — неожиданно для себя спросила я слабым голосом.

— А ты умеешь вышивать?

— Нет. Но я умею охотится.

— Это мне и нужно.

Я удивленно подняла глаза на Хранительницу.

— Мы должны достойно принять лордов, — сказала она. — Поймай креагнуса. Мы приготовим его к прибытию почтеннейших гостей.

Я не поверила своим ушам.

— Одолеть креагнуса? Вы хотите, чтобы я связалась с этим безумцем сейчас, когда его желудок сжат в тугой узел, и он готов сожрать все, что движется? — воскликнула я и тут же пожалела о своих словах.

— В твоих когтях у него не будет ни единого шанса, — холодно ответила Хранительница, — А теперь убирайся. От тебя пахнет кровью.

Глава 3

Я заметила улыбку на лице Ману. Это было впервые за долгое время.

И эта улыбка пугала меня, потому что я знала, что она означает. Ману больше не боялась смерти — она ее ждала, предвкушая.

Хранительница жизни была слишком умна, чтобы возлагать на нас эту миссию без задней мысли. В случае успеха она смогла бы поразить высших лордов. В случае провала — приблизила бы уход Ману, которая после потери семьи стала для стаи обузой. Ману так и не смогла пережить утрату — связь с любимым была слишком глубокой.

Если смотреть глубже, я никогда не видела привязанности чище и крепче, чем их. Иногда казалось, что они делили одну душу на двоих.

— Ману, родная, помоги! — вдруг раздался дрожащий голос.

Неведомо откуда взявшаяся девушка подбежала к Ману и, схватив ее за руку, принялась умолять:

— Мне нужна игла! У тебя ведь есть игла? Одолжи ее ненадолго? Эти хвостатые ворвались в дом к хранительнице, забрали все, что могли, и разбежались. Ману-у-у-у, — протяжно завыла она, почти готовая разрыдаться.

«Сейчас разревется», — мелькнула у меня мысль. Но Ману лишь спокойно кивнула, совершенно изменив настроение девушки.

— Подожди здесь, — бросила Ману через плечо, позволяя себя увести.

Подождать Ману?

…И позволить ей умереть? Я не могла этого допустить. Я не хотела, чтобы Ману воссоединялась с любимым, потому что это означало бы ее уход из этого мира. Она покинет меня. И я останусь одна. Снова.

Я сделала неуверенный шаг к скалам и замерла.

И в то же время я ясно понимала, что самой страшной смертью для меня была бы смерть от токсина креагнуса. Этот монстр проявлял агрессию не только к чужакам, но и к собственным сородичам. С приходом тепла его организм срывался с цепи, разжигая агрессию и доводя ее