Запретный Наследник - Мишель Хёрд

Боже, это было так правильно, чувствовать себя в объятиях мужчины, которого я люблю.

Мой взгляд скользит по его спине, узкой талии и заднице… черт, она будто из стали высечена.

Один лишь звук его дыхания на моих волосах и воспоминание о том, как его рука прижимала меня к себе, заставляют мое тело нагреваться. Уверена, я уже близка к уровню самовозгорания.

Когда он разворачивается и идет ко мне, его походка полна уверенности… и силы. У меня вырывается томный вздох, и я встаю ему навстречу.

— Мы будем жить вместе, — заявляет он.

— Что? — я хлопаю глазами, как полная идиотка.

Уголок его рта ползет вверх. — В пентхаусе. Там две спальни, так что ты сможешь расслабиться.

— О… хорошо, — бормочу я, хватаясь за ручку чемодана. Потянув его за собой, я направляюсь к лифту.

Мы остановились в «The Silo». Это пятизвездочный отель, построенный прямо над крупнейшим в Африке музеем современного искусства. Он находится в самом сердце набережной, которую мне не терпится исследовать при первой же возможности.

Когда мы заходим в номер, я оглядываю гостиную и обеденную зону. Вид на Атлантический океан просто потрясающий.

— Это остров Роббенэйланд? — спрашиваю я.

— Да. Можем запланировать поездку туда, если захочешь, — отвечает Райкер. Он заглядывает в спальни и спрашивает:

— Какую выбираешь?

Я иду к первой попавшейся.

— Без разницы. Спать я всё равно особо не собираюсь.

— Ну да, ты же выспалась в самолете, — слышу я его насмешливый тон и, прежде чем закрыть дверь, награждаю его испепеляющим взглядом.

Достав из сумки черные брюки, белую блузку и белье, я направляюсь в роскошную ванную. Набираю ванну с пеной и минут десять просто отмокаю в ароматной воде.

Через пять дней у нас встреча с советом директоров Take3 — крупнейшего маркетплейса Южной Африки. Либо мы договоримся о партнерстве, либо нам придется начинать с нуля и становиться их прямыми конкурентами. Второй вариант означает, что в будущем мне придется летать из Штатов в ЮАР довольно часто. Наш плацдарм здесь обеспечит нам контроль над всем континентом.

Выбравшись из ванны, я вытираюсь и густо наношу лосьон на тело. Нужно будет зайти к отельному парикмахеру, чтобы привели голову в порядок, потому что это последнее, на что у меня сейчас есть силы.

Я завязываю волосы в хвост и, одевшись, выхожу в общую гостиную.

— Райкер! — зову я.

— Да, мэм? — его приглушенный голос доносится из спальни. От этого «мэм» мои губы невольно изгибаются в улыбке.

Черт, это так заводит.

Прочистив горло, я говорю:

— Мне нужны файлы и ноутбуки.

— Зайди и возьми.

Сделав глубокий вдох, я толкаю дверь. Не увидев Райкера, я иду к месту, где лежат кожаный портфель и сумки с ноутбуками. Но как только я их подбираю, Райкер выходит из ванной. На нем только пушистое белое полотенце, низко повязанное на бедрах.

Боже правый.

Мой рот приоткрывается, а глаза расширяются. Не от шока, а чтобы получше всё рассмотреть.

Вау.

Святая матерь пресса.

Лицо Райкера тут же озаряет та самая порочная ухмылка, которую мне обычно хочется либо стереть пощечиной, либо сцеловать. Сейчас я определенно выбираю второе. Мой взгляд жадно скользит по его точеной груди и кубикам пресса, прежде чем замереть на «мышцах Адониса», которые прямым указателем уходят под полотенце.

Упади. Ну же, упади. Упади!

— Увидела что-то интересное? — спрашивает Райкер, разрушая мой эротический пузырь.

Выдав в ответ лишь недовольное фырканье, я вылетаю из его комнаты так быстро, как только могу. Чувствуя себя совершенно разбитой, я плюхаюсь на диван и открываю портфель. Раскладываю файлы по кофейному столику.

Сосредоточься, Дэнни. На работе, а не на Райкере.

РАЙКЕР

Я сверлю взглядом дверь, за которой только что скрылась Дэнни.

На её лице определенно был написан интерес. Я еще не настолько сошел с ума, чтобы воображать себе то, чего нет. Ведь так?

Хорошо, что она ушла так быстро. Еще секунда такого взгляда — и она получила бы место в первом ряду на шоу под названием «мой стояк».

Схватив джинсы и черную футболку, я переодеваюсь и выхожу в гостиную.

Дэнни вскидывает глаза и спрашивает:

— Ты взял финансовые отчеты, которые подготовил Ноа?

Я подхожу к кофейному столику и просматриваю файлы. Подобрав тот, что четко помечен «Финансы», протягиваю ей.

— О… спасибо.

— Подвинься, — шепчу я, и когда она освобождает место, сажусь рядом.

Когда она открывает папку, я наклоняюсь ближе, чтобы видеть цифры, и мы погружаемся в работу.

Через час я поднимаю руку и кладу её на спинку дивана. Теперь моё тело прижато почти вплотную к телу Дэнни.

— Стоимость Take3 — пятнадцать миллиардов, верно? — спрашиваю я.

— Угу, — бормочет она.

Я тянусь к одной из страниц в папке и чувствую, как Дэнни напрягается. Мой взгляд стреляет к её лицу. Её губы приоткрыты, ресницы опущены. Она делает глубокий вдох, а затем поднимает глаза на меня.

То неистовое притяжение, которое я всегда чувствую рядом с ней, начинает расти, пока не становится невозможным думать о чем-либо другом.

Мне нужно просто наклониться и взять то, чего я всегда хотел.

То, что она молчит и продолжает смотреть мне в глаза, заставляет моё сердце биться быстрее.

Боже, а что если?..

Мой мозг еще прокручивает варианты, а тело уже начинает медленно клониться к ней.

Дыхание Дэнни учащается, и уголок моего рта невольно ползет вверх.

Но прежде чем я успеваю её поцеловать, звонит её телефон, вдребезги разбивая всё то предвкушение, что искрило между нами.

Дэнни вскакивает, бросает папку на стол и отвечает: — Да, Джеймс.

Зная, что это её личный ассистент, я беру ноутбук и открываю его. Этот разговор затянется надолго, так что лучше вернуться к делам.

Я открываю черновик предложения, но просто смотрю в экран, прокручивая в голове то, что только что произошло.

Это притяжение не может быть односторонним. Дэнни среагировала. Ведь так?

Она не отодвинулась, не велела мне сосредоточиться на отчетах. Её глаза были прикованы к моим. Я был в паре секунд от поцелуя, и она не пошевелила ни мускулом, чтобы меня остановить.

Я поднимаю взгляд: Дэнни меряет шагами комнату на другом конце гостиной.

Она бросает на