Отцы подруг для булочки - Бетти Алая

Сука, какая же она тугая! Крошка моя…

Нимфа хватает меня за волосы, стягивает до боли. Вжимает в ароматную киску. Ей хорошо. Чертовски хорошо.

— АААХ! — выгибается и кончает, орошая собой мой язык.

Сладко. Выпиваю эту неземную девочку. Всю, до самого донышка. Языком очищаю киску от влаги. Господи, это ахуенно!

— Хочу ее… пиздец хочу… — рычит Сева, надрачивая себе, — яйца сейчас взорвутся.

Он уже умудрился стянуть брюки и спустить трусы.

— Не стоит… она видишь, немного не в сознанке, — хмыкаю, затем ложусь с другой стороны от Ули.

Разворачиваю девочку спиной к себе, прижимаюсь. Обхватываю ее бедра. Сева укладывается спереди и начинает мять пышные сиськи.

— Ты эти соски видел? — бормочет, захлебываясь слюной, затем бросается на грудь нимфы.

Она снова стонет. Блядь, какой же сладкий у нее голос. Записать бы эти ее крики, да во время дрочки слушать. А лучше и вовсе не дрочить. Забрать Улю к себе, сделать своей… и трахать, трахать, трахать.

От мысли, как это юное сладкое тельце будет извиваться на моих шелковых простынях, хочется выть.

— Трахну, — рычит Сева, вылизывая алые сосочки.

Что же делать…, а вдруг девчонка девственница? Она же молоденькая совсем. Вполне возможно. Но если не кончу, у меня дым из ушей повалит. О! Придумал.

Спускаю брюки, затем приспускаю боксеры. Мне похуй, что выгляжу как извращенец. Просто не могу. Меня тащит от этой девочки.

— Смазка есть? — хриплю, возвращаясь к пышным бедрам.

— Да, глянь в столе… и не отвлекай меня, блядь… — он снова принимается самозабвенно сосать идеальную грудь нимфы.

Шарю рукой в тумбочке, нащупываю тюбик смазки. Быстро наношу на член, растираю. Аж дрожу весь в предвкушении. Затем возвращаюсь к попке Ули. И аккуратно толкаюсь между ее бедер.

— Блядь… мягкая какая… я точно сплю, — шепчу, надавливая на бедро девушки, вынуждая сильнее сжать ножки.

Ее нежная молочная кожа трется о головку. Я так не продержусь долго. Но это компромисс…

Иначе уже недопустимо. Тыкаюсь носом в плечо девушки, вдыхаю аромат ее волос. Какая же она…

Трахаю девчонку между бедер, стараюсь головкой задевать ее набухший клитор.

— Уля… — слышу шепот друга, распахиваю глаза.

И вижу, что девочка обхватила рукой член Севы. Мать твою! Таращусь на это зрелище во все глаза. Горский откидывает голову, стонет. А я ускоряюсь…

— Не могу больше… блядь… — рычу, затем рукой нахожу клитор Ули.

Эта девочка не уйдет без еще одного оргазма. Массирую ее чувствительную вершинку, чувствую, как малышка вся напрягается.

— Давай, — шепчу на ее ушко, — кончи для нас, девочка… давай… сожми меня сильнее своими ножками.

— АХ! ААА! ЕЩЕ! — стонет она, затем громко и протяжно кричит.

— Дьявол! — рычит Сева, толкается в ее руку и замирает.

А я со звериным ревом изливаюсь на пышные бедра этой сладкой девочки. Опустошив яйца, шумно выдыхаю.

— Так и не проснулась, — тихо говорю, глядя на безмятежное сонное личико Ули, — она точно реальна, Сев?

— Не знаю…, но кажется, я влюбился…

На меня накатывает усталость. Сам не замечаю, как отрубаюсь и засыпаю блаженным сном. Давненько девушка меня так не доила… как Уля своими бедрами.

Я обязан пригласить ее на ужин с последующим закреплением сегодняшней ночи.

— Подъем! — слышу грубый голос над головой.

Похмелье врывается нежданно-негаданно. Морщусь.

— Не ори… — с трудом получается вспомнить, что было вчера.

— Она ушла…

— Кто? — бормочу, судорожно вспоминая, почему я лежу в кровати Горского в одних трусах….

— Нимфа наша. Уля.

— Уля…

УЛЯ?!

Распахиваю глаза.

— В смысле ушла? — сажусь на кровати, смотрю по сторонам. — Она вообще была?

— А вот… я встал, ее нет. Хотя точно помню, что утром мял ее сиськи. Сбежала…

Встаю, натягиваю брюки. По-хорошему бы в душ сходить, но сейчас все мои мысли заняты малышкой Улей.

— Скорее всего это одна из подруг моей дочери, — хмыкает Сева, — и мы с тобой ее чуть не трахнули. Это пиздец.

— Пусть сама нам скажет, — натягиваю рубашку, затем расплываюсь в порочной ухмылке, — когда мы ее поймаем…

Глава 4

Ульяна

Чуть ранее утром…

Господи! Лежу, хлопаю глазами. Не понимаю, почему под кожей расплывается жар от прикосновения этого бородатого мужчины к моей голой груди.

Не сон! Не сон!

Эти слова набатом гремят в голове. Разворачиваюсь. Второй мужчина выглядит моложе. Светло-русые волосы, трехдневная щетина и безумно красивое лицо. Морщинки в уголках глаз выдают возраст за сорок.

Боже…

Неужели они…

И тут бородатый брюнет, которому я во сне (о Господи!) дрочила, убирает руку с моей груди. Я осторожно выползаю из порочного плена двух горячих и сексуальных мужских тел.

Встаю. Осматриваю себя. На бедрах что-то белое, засохшее. О нет…

Сперма? Мои ноги в мужской сперме?

Блондин резко переворачивается на другой бок. Обливаюсь потом, замираю. Хоть бы не проснулся, боже! Но он затихает. Грудь мужчины высоко вздымается.

В комнате стоит тяжелый аромат, в котором смешались запахи потных тел, порока и алкоголя.

Тихонечко беру платье, аккуратно натягиваю. Затем хватаю трусики, распахиваю дверь и бегу к лестнице. Может, удастся прокрасться незаметно и вызвать такси?

— Уля! — громкий голос Ирки вдребезги разбивает надежду на уход по-английски.

— Ира, доброе утро, — натягиваю улыбку на лицо, прячу трусы за спину.

— Хреново выглядишь, — она осматривает меня, — тебе в душ нужно.

— Да я поеду, наверное, — бормочу, — меня родители обыскались. Лучше вернуться…

— Нет, так не пойдет, — подруга тащит меня в спальню, распахивает дверь.

Направо! Нужно было идти направо! Блин, вот дурочка!

— Ты даже кровать не расстелила? — качает головой Ира. — Уль, так не пойдет. Иди в душ и приведи себя в порядок. Папка мой тут вернулся с отцом Катьки. Не ждала я его, блин… он-то наверняка в курсе, что мы опустошили его месячный запас Просекко, но у нас с ним договоренность, что я тусуюсь, не показывая последствий своих тусовок. А ты сейчас одно сплошное кричащее последствие. И тебе нужно переодеться… хм…

Повисает неловкая тишина. Дело в том, что Ира и Катя вполне себе форматные девчонки. То есть стройняшки почти модельной внешности. А я, кхм, мягко говоря, чуть крупнее.

И вряд ли у неё есть вещи моего размера.

— Пойду у папы возьму футболку. Пока иди в душ и приведи себя в порядок. Мы сегодня в клуб едем, не хватало еще, чтобы папка включил опять сурового родителя и посадил меня дома.

Отец Иры…

Отец Кати…

Это же не могли быть они? Я же не… боже, что я натворила?! Срочно нужно бежать!

Бегу в душ и быстро смываю