Рискованное приключение - Джо Беверли

Недовольство Аманды Бристолем, по мнению Эльф, объяснялось тем, что та не выносила частых отлучек мужа.

— Уверена, это всего лишь на несколько дней.

— На неделю! Целую неделю! И ты не представляешь всех последствий. Этот несносный человек оставил нас без всякого сопровождения на случай выхода в свет. Если только, — добавила она в порыве вдохновения, — не привлечь твоих братьев к исполнению этой обязанности. Стефену послужит уроком то, что я проведу вечер в обществе Ротгара.

Эльф подавила улыбку:

— Это твоя тайная мечта? Я была бы рада осуществить ее, милая, но он отправился в Портсмут с Шоном.

— А Брайт? — с надеждой спросила Аманда.

— Он в Кенделфорде, — покачала головой Эльф, — и крепко засел там — Порция должна скоро родить.

— Бранд?

— Уехал по семейным делам. Отчасти поэтому я здесь. Они не хотели вставлять меня одну.

— Увы, — уныло вздохнула Аманда. — Значит, нас обеих безжалостно бросили.

Эльф положила ломтик ветчины на булочку.

— Не совсем…

Беспокойные мысли продолжали одолевать девушку, не давая ей спать полночи, и новые обстоятельства только подбросили Дров в огонь. Наливая себе шоколад из фарфорового кувшинчика. Эльф загадочно улыбалась. В голове ее созрел фантастический план.

— Мы не брошены, Аманда, — наконец вымолвила она, — а оставлены без защитников.

— Разве это не одно и то же?

— Не для меня. — Эльф отрезала кусочек ветчины, наслаждаясь ее пикантным вкусом и такими же мыслями, вихрем кружившимися в ее голове.

— Я всегда так боялась дать повод втянуть моих драчливых защитников в дуэль, что соблюдала все приличия. Но сейчас никого из них нет. Может, мне в конце концов удастся пережить нечто такое…

— Что именно? — насторожилась Аманда.

— Что-нибудь неприличное, разумеется. — Эльф усмехнулась, увидев ошеломленное выражение лица своей подруги. — Да нет. Но давай съездим в Воксхолл.

— Воксхолл? Ну, это едва ли неприлично. Мы обе там бывали много раз.

— Без спутников. Вечером. На маскарад, который состоится в честь Летней ночи[4].

— Ты это серьезно? — изумилась Аманда.

— Многие господа из общества посещают такие костюмированные балы.

— Ты хочешь сказать, многие мужчины.

Отлично сознавая, что поддается шальному порыву. Эльф спросила:

— А почему все развлечения должны доставаться им?

— Я совсем не уверена, что там так уж забавно.

Минутная причуда превратилась в навязчивую идею. Эльф чувствовала, что сойдет с ума, если не совершит поступка, совершенно ей несвойственного.

— Послушай, Аманда, — проговорила она, наклонившись вперед, — обещаю быть не слишком безрассудной. Мы наденем домино. Нас никто не узнает. — Она взяла Аманду за руку. — Я просто хочу узнать, каково это — изображать кого-нибудь всего одну ночь.

— Кого? — простонала Аманда.

— Не знаю. Во всяком случае, не леди Эльфлед Маллоран, сестру могущественного маркиза Ротгара — только посмей приблизиться! — возможно, обыкновенную женщину…

После некоторого колебания Аманда стиснула ее руку:

— Эльф, я не видела тебя в таком состоянии с тех пор, как мы были детьми. И всегда считала, что Шон был заводилой в ваших проказах.

— Может быть, мы с Шоном похожи.

— Пожалуй.

— Аманда, мне необходимо это сделать.

— Понимаю. — Аманда озабоченно нахмурилась. — Но в какой-то степени я отвечаю за тебя.

— Я старше тебя на шесть месяцев!

— Но я замужем. — Серьезные карие глаза испытующе посмотрели на подругу. — Пообещай, что мы все время будем вместе.

— Конечно. Что стало с твоей жаждой приключений? Ты не была такой робкой, когда мы были детьми.

— Потому что мы были детьми. Не считаю все это забавным. Наверняка там будет тесно, душно и шумно. — Минуту она молча изучала выражение лица Эльф и затем улыбнулась. — Но если тебе так нужно приключение, моя дорогая, ты его получишь.

Десятью часами позже Эльф, высоко приподняв шелковые юбки, шагнула из лодки на каменные ступени причала в Воксхолле. Ее кровь бурлила от волнения, которого она не испытывала со времен юности.

Обе девушки были одеты в просторные домино, шелковые плащи, полностью скрывавшие платья с кринолинами, с капюшонами, накинутыми на напудренные волосы. Отделанные белыми перышками маски закрывали их лица, оставляя лишь губы и подбородок. Даже если им не повезет и они встретят близкого родственника, их невозможно будет узнать.

Домино Аманды было серебристо-голубым, а Эльф — ярко-алым. Вообще-то они поменялись ими на одну ночь. Предполагая, и не без оснований, что это ее единственный шанс пережить настоящее приключение, Эльф хотела использовать его как можно лучше. Шанталь — настоящий деспот, поддерживаемый всеми знакомыми Эльф, — утверждала, что насыщенные красные тона несовместимы с бледной кожей и рыжеватыми волосами. Даже если Эльф сама покупала что-нибудь красное, оно бесследно исчезало.

Этим вечером, однако, собираясь быть в маске и с напудренными волосами, Эльф убедила Аманду обменяться домино. Затем потребовала от Шанталь достать платье в алую полоску с ярко-красной нижней юбкой. Разумеется, горничная бессовестно утверждала, что оно безнадежно испачкано.

— Каким же образом, — поинтересовалась Эльф, — оно может быть грязным, если его никогда не носили?

Хотя вкус Шанталь исключал всякую романтику, честность ее не вызывала сомнений. Ей пришлось найти платье и нижнюю юбку в сундуке на чердаке Маллоран-Хауса. Получив соответствующее указание, — она даже нашла красно-белые полосатые чулки и подходящий корсет из красного с черным шелка, отороченный золотым кружевом. При виде его горничная прослезилась:

— Только не это, миледи, вы будете похожи на мак! Умоляю вас!

Эльф была непреклонна, хотя даже беспечная Аманда зажмурилась, глядя на ее костюм, и согласилась, что корсет, пожалуй, de trop[5].

Однако Эльф надела все. Кто знает, представится ли ей еще возможность одеться так, как хочется? Возможно, в ее жизни больше не будет приключений. Она намеревалась насладиться каждым мгновением предстоящей ночи. Этим вечером Эльфлед Маллоран, молодая аристократка, отличающаяся безупречным поведением, станет совершенно другой женщиной.

Лизетт, окрестила она даму в красном, отражавшуюся в зеркале. Лизетт Белхарди — такое имя вполне подходит к уверенной в себе красавице. Мадемуазель Лизетт из Парижа, смелая и дерзкая, какой никогда не будет Эльфлед Маллоран.