Развод, сволочь. С треском и без скидок - Марика Мур

Я посмотрела на неё с любовью, но покачала головой.

— Кать, у меня на работе перемены небольшие. Нужно быть на месте, контролировать всё. Но я обязательно приеду ещё, обещаю. Да и малышу нужен покой, — добавила я, заглянув в комнату, где Вова сладко спал.

Но тут Илья неожиданно поддержал Катю:

— Свет, а ведь она права. Ты могла бы остаться хоть на пару дней. Посидела бы с внуком, помогла Кате.

Я удивлённо посмотрела на него. Обычно он сам всегда торопился домой, к работе, а тут вдруг уговаривает меня остаться.

— Ну… — я задумалась, уже готовая согласиться, но Катя вдруг махнула рукой.

— Да нет, мамуль, может, к выходным приедете тогда уже вместе с папой? Так и мне проще будет — привыкну к распорядку, а потом приедете и поможете уже со всем этим хаосом.

Илья неохотно как-то кивнул:

— Хорошая идея.

Я тоже согласилась, и на этом вопрос был решён. Мы с Ильёй попрощались с Катей и Димой, ещё раз обняли Вову.

Когда мы вошли в квартиру, я первой прошла в ванную. Горячая вода приятно стекала по уставшему телу, смывая напряжение дня. Я закрыла глаза, наслаждаясь моментом, пока не услышала, как Илья зашёл в ванную.

— Вода ещё горячая, — сказала я, выходя из душа и закутываясь в полотенце.

— Отлично, — коротко ответил он и шагнул под струи.

Я прошла в спальню, накинула лёгкую ночную рубашку и легла на кровать, обдумывая прошедший день. Встреча с внуком… Всё было так тепло и душевно, но её слова о том, что Илья стал каким-то странным, снова всплыли в памяти.

Он вышел из ванной, вытерся, надел штаны и лёг рядом. Я повернулась к нему, прижалась щекой к его плечу.

— Хороший день был, правда? — тихо сказала я, надеясь, что он откликнется.

Но он вдруг повернулся на бок, отвернувшись от меня.

— Ага. Светик, спать хочу нереально… Завтра рано вставать, — пробормотал он, зевая.

Я замерла.

Раньше он никогда не отказывался от таких разговоров. Обычно мы обсуждали всё — день, эмоции, планы… Но теперь он просто устал.

Я медленно отодвинулась и легла на спину, глядя в потолок.

— Спокойной ночи, — тихо сказала я.

— М-м, — пробормотал он в ответ, уже погружаясь в сон.

Но я долго ещё не могла сомкнуть глаз.

А потом его телефон издал звук входящего сообщения…

Телефон Ильи лежал на прикроватной тумбочке, экран загорелся на секунду, освещая темноту комнаты. Я повернула голову, но не стала тянуться к нему сразу.

Поздний час. Кто это мог быть?

Я резко отогнала эту мысль, но она уже засела в голове, как заноза.

Раньше, если что-то срочное, ему звонили. Кто пишет так поздно?

Я посмотрела на Илью. Он дышал ровно, глубоко, будто и правда спал.

Я снова перевела взгляд на телефон. Сомнения начали разъедать изнутри. Стоит ли мне взять его и посмотреть?

Сердце забилось быстрее.

Я никогда не лазила в его телефон. Между нами всегда было доверие, но теперь…

Катя ведь сказала, что он стал странным. Мой муж, которого я знаю больше половины своей жизни, вдруг начал скрывать что-то?

Я сжала пальцы на простыне.

Что, если это просто рабочие вопросы?

Но что, если нет?

Я медленно протянула руку к телефону. Почти дотронулась до него, но вдруг почувствовала, как внутри всё сжалось от ужаса.

А если я увижу что-то, что не смогу развидеть?

Я отдёрнула руку.

Нет. Это глупо.

Я повернулась на бок, закрыла глаза и заставила себя дышать ровнее.

Но заснуть уже не могла.

* * *

Я уже почти уснула, но телефон снова коротко пиликнул, и я вздрогнула.

В темноте экрана не было видно, но внутри всё сжалось в тревожный ком. Второе сообщение. В такое время.

Я ещё какое-то время боролась с собой, заставляя не думать глупости. Но что-то внутри подсказывало: я должна это увидеть.

Я осторожно потянулась к телефону, стараясь не потревожить Илью. Взяла его, провела пальцем по экрану, и он разблокировался. Пароля нет и это хороший знак. Не так ли?

Сообщение было от какого-то Славы.

Я нахмурилась.

Слава?

Странно. В это время? Среди ночи?

Я быстро пробежала глазами по переписке. Ничего необычного. Всё по работе. Какой-то объект, сроки, смета…

Я напряжённо выдохнула.

Может, он в командировке? Илья отправил его куда-то по работе возможно? Время у нас разное, вот и пишет. Или просто не сообразил, что поздно.

Но всё равно внутри что-то царапало.

Я медленно пролистала вверх, но всё было в том же рабочем ключе.

Уже собиралась положить телефон обратно, но внезапно, будто на автомате, открыла контакт и переписала номер Славы себе.

Зачем?

Не знала. Просто какое-то внутреннее ощущение заставило.

Я только положила телефон на тумбочку, как Илья вдруг резко повернулся ко мне лицом.

— Ты с каких пор мой телефон проверять начала? — голос был ровный, спокойный, но в темноте он прозвучал особенно напряжённо.

Я почувствовала, как по спине пробежал холодок.

— Он пиликал. Я просто хотела звук убрать, чтобы не будил нас, — ответила спокойно, глядя на него.

Илья молчал несколько секунд, потом спросил всё так же спокойно:

— Ну и? Там что-то интересное?

Я пожала плечами, стараясь выглядеть так же безразлично, как и он.

— Тебе там Слава писал. Среди ночи и по работе.

Илья коротко кивнул, потянулся и забрал телефон с тумбочки.

— Ага. По работе.

Я молча смотрела, как он мельком проверил экран и спокойно заблокировал его, кладя к себе под подушку.

Что-то в его поведении было слишком… ровным.

Слишком контролируемым.

Но я не подала вида.

— Спи, Свет, — бросил он, отвернувшись.

Я ещё долго лежала, глядя в потолок.

И впервые за много лет рядом с ним чувствовала не тепло, а холодную тревогу.

Я проснулась от запаха кофе и… ванили.

Голова была тяжёлая после тревожной ночи, а внутри скребло ощущение беспокойства. Я повернулась и увидела, что место рядом со мной пустое.

Из ванной доносился шум воды, а потом — пение.

Я напряглась.

Илья поёт?

Он никогда не пел по утрам. Обычно он еле волочил ноги до душа, бормотал что-то невнятное и только после кружки кофе начинал приходить в себя. А тут…

Я села в кровати, прислушиваясь.

Голос его звучал бодро, весело. Будто ему не просто хорошо, а прямо очень хорошо.

Я нахмурилась.

Вскоре он вышел из ванной, растирая волосы полотенцем, и улыбнулся:

— Доброе утро, Светик!

Я моргнула.

— Доброе…