Звезда моей любви - Виктория Баринова

— Не расстраивайтесь. — Евгений накрыл ее руку своей ладонью. — До завтрашнего вечера еще далеко.

— С вами невозможно разговаривать! — Аля, смеясь, отдернула руку. — Мне даже рот раскрывать не надо, вы и так все знаете!

— Я строю предположения. Ничего больше!

— У вас хорошо получается.

— Я стараюсь все делать хорошо.

Что-то в его взгляде неуловимо изменилось. Аля почувствовала — он не успокаивает ее, а, наоборот, будоражит. Странное лицо было у Евгения… Вроде бы простое, незапоминающееся. На следующий день и не вспомнишь, как он выглядит. Но в то же время его лицо способно без слов выразить все, что угодно: от сочувствия и понимания до… вожделения.

— Тогда вы подаете хороший пример своим ученикам, — сказала Аля, стараясь не отводить глаза от лица Евгения.

— Да… Наверное…

«Все девчонки-старшеклассницы влюблены в него, — без всякой логики подумала Аля. — Я бы точно влюбилась, если бы он преподавал у меня».

— О чем вы думаете? — быстро спросил Евгений.

— Должно быть, ваши ученицы поголовно влюблены в вас.

— Может быть. Я познакомлю вас с ними, если вы приедете в гости. Увидите сами.

— Вы так настойчиво приглашаете меня к себе, как будто живете в соседнем доме, — рассмеялась Аля.

— Всего-то пять часов на самолете до Томска! А потом немного на машине.

— Пять часов?

— Оно того стоит. Вы не представляете себе очарования тайги. Такого неба, как у нас, вы больше нигде не увидите. А леса? А озера, прозрачные как слеза? Даже в городе у нас совсем не так, как в Москве. Там чувствуешь себя частью природы, здесь — жалкой песчинкой в душном метро или километровых пробках…

— А как же насекомые? Непроходимые дороги? Грязь и холод?

— Это мелочи. Вас же не пугает в большом городе уровень преступности или отравленный воздух. Хотя эти вещи куда опаснее комаров.

— Да…

— Так что добро пожаловать к нам на Листвянку, если появится желание пообщаться с природой, — улыбнулся Евгений, — или со мной.

— Вы очень интересно рассказываете. Может быть, когда-нибудь…

— Не когда-нибудь, а в июле.

— Почему?

— В конце июля мы празднуем день основания нашего города. Это незабываемое зрелище. Ручаюсь, вы такого еще не видели.

Он опять гипнотизировал Алю своим проницательным взглядом.

— Вы очень интересно рассказываете, — улыбнулась она. — Но летом я ужасно занята. Меня никто не отпустит…

— Не могу поверить, что такая необыкновенная женщина кому-то подчиняется.

— Необыкновенная женщина?

— Да, — кивнул он. — Красивая, как богиня, нежная, загадочная и волнующая…

Аля прижала ладони к раскрасневшимся щекам.

— Вы не боитесь, что я начну воображать?

— Я боюсь только одного. — Евгений резко наклонился вперед, вцепившись в край стола. Маска безмятежности вмиг слетела с него, и Аля увидела напряженное, искаженное страстью лицо. — Что мы выйдем из этого кафе, и я больше никогда вас не увижу.

После кафе они поехали к Але и жадно, как обезумевшие от страсти подростки, целовались в лифте. Не возбуждение, а отчаянное любопытство подстегивало Алю. Три с половиной года она спала с одним-единственным мужчиной. Сможет ли другой пробудить в ней желание?

Они познакомились пару часов назад, и это придавало ситуации пикантность. Хватит жить по правилам! Она будет делать то, что взбредет в голову, не думая о последствиях. Пора становиться взрослой, независимой от другого человека. В эту ночь, занимаясь любовью с посторонним мужчиной на супружеской кровати, она отомстит Илье за все!

Евгений был нежен и внимателен, но Аля пожалела о том, что не догадалась выпить вина или шампанского. Чужое мужское тело, незнакомые запахи, непривычные жесты, всплески нестерпимой сердечной боли — все это мешало Але почувствовать своего партнера. Она представила себе, как ее муж вот так же занимался любовью с другими женщинами. И от этого покрывалась холодным потом.

В такие минуты Аля ненавидела всех мужчин, в том числе и того, кого по доброй воле привела в свою квартиру. Каждый раз Евгений безошибочно угадывал ее настроение и тотчас отпускал ее. Але становилось стыдно, и она первой целовала его. Она надеялась, что разум перестанет властвовать над плотью и страсть возьмет верх.

Утром, проснувшись в объятиях Евгения и увидев его ласковую улыбку, Аля почувствовала — боль последних четырех дней чуточку притупилась…

— Тебе обязательно сегодня уезжать?

— Да, — кивнул он. — Пора.

Натянув простыню до подбородка, Аля смотрела, как одевался Евгений. Вчера она не успела разглядеть его фигуру. Зато сейчас с удивлением обнаружила, что он хоть и тонок в кости, но необычайно крепок. Такое подтянутое сильное тело могло быть у спортсмена, но не у кабинетного учителя.

— Ты физкультуру преподаешь?

— И физкультуру тоже, — улыбнулся Евгений. — У меня много специальностей.

— Тебе нравится твоя работа?

Он на секунду задумался.

— Пожалуй, да. Хотя это тяжело…

— Мне почему-то кажется, что ты замечательный учитель.

— Я надеюсь. Иначе нет смысла.

— Хотела бы я посмотреть, как ты работаешь.

— Кто знает… Я ведь жду тебя в гости, помнишь?

— Да, — улыбнулась она.

— Давай я расскажу тебе, как до нас добраться. — Евгений присел на край кровати.

— Но я вряд ли смогу приехать.

— Ты не знаешь, что будет завтра.

— Отлично знаю. Последний спектакль в этом сезоне, а потом съемки в фильме…

— Какая у тебя интересная жизнь. — Евгений протянул руку и пропустил прядь темных Алиных волос сквозь пальцы. — Что за фильм?

— Рабочее название «Комната страха». Я буду играть авантюристку, которая ищет старинный клад, сталкивается со всякими чудовищами…

— И находит любовь?

— Угадал!

— Кто будет играть героя?

— Илья.

Аля побледнела. Недавно она радовалась, как ребенок, когда ей предложили сыграть в одном фильме с Ильей. Но как теперь работать вместе с ним?

— Вот видишь, — сказал Евгений, правильно истолковав ее молчание. — Все может измениться за один день. Да что там! За одну минуту.

— Но у меня обязательства. Я подписала контракт… Я должна…

— Ты что-нибудь придумаешь.

Аля подняла глаза на Евгения. Она подумала, что никогда не встречала кого-либо, кто мог бы одной фразой вселить в нее небывалую уверенность в себе.