Всё сначала - Бренда Пек

— Комната у нас есть, — сказал Чесси грубовато. — Только, думаю, я не буду больше ее сдавать. Гости меня теперь утомляют…

Ответ поразил девушку. Всего две недели назад у них останавливались знакомые рыбаки, которые на целый день уходили на лодке в озеро. Чесси говорил тогда, что приятно для разнообразия принимать гостей. Они с Лорен готовили для этих двоих разные особенные блюда. А какое удовольствие было готовить свежую рыбу, которую их постояльцы приносили каждый вечер!..

Дядя увидел удивление на ее лице и отвернулся. Соломон Кейд тихо сказал:

— Я не доставлю вам хлопот.

И опять ей почудился какой-то невысказанный намек на что-то известное обоим мужчинам. Чесси смотрел на Соломона хмуро.

— Пожалуй, не стоит…

— Мне просто необходимо отдохнуть. — Голос Кейда зазвенел. Потом он добавил: — Я не отдыхал целый год, очень хотелось бы пожить в тишине и покое.

Дядя смотрел уже не так сурово, на лице отразилось колебание.

— Не хочется вас огорчать, но могут возникнуть проблемы…

— Со мной? Никаких проблем не будет, — сказал Соломон, упорно глядя на дядю.

— Хотел бы я этому верить. — Голос Чесси прозвучал сердито, даже зло.

Лорен заметила, как Соломон дернул широкими плечами. Еще немного — и он отступится, подумалось Лорен, уж очень неприветлив был Чесси. Она невольно придвинулась к Соломону и посмотрела на дядю.

— Я буду готовить, Чесси. Правда, никакого беспокойства не будет.

Дядя повернул к ней тяжелую седую голову, и она увидела, как сжались его бескровные губы. После короткой паузы он пожал плечами и кивнул. Соломон повернулся и тоже посмотрел на нее. Она ответила ему легкой улыбкой и взяла под руку.

— Ну вот, Чесси согласен, вы можете оставаться. Пойдемте, я покажу вам комнату. Вид из окна там удивительно успокаивает. Оно выходит прямо на озеро без конца и края.

Дом был очень старый, построенный еще в семнадцатом веке из местного камня. Стены вдвое толще обычных, чтобы выдержать напор штормовых ветров, с глубоко утопленными окнами и широкими подоконниками.

— Пригните голову, — сказала Лорен, смеясь, потому что все мужчины, входившие в их дом впервые, ударялись головой о притолоку.

Но Кейд, будто предчувствуя это, уже пригнулся. Видно, высокий рост приучил его к таким предосторожностям. Он выпрямился, только когда они стали подниматься по лестнице.

Лорен открыла дверь в свободную комнату, и Соломон вошел. Подойдя к окну, облокотился на подоконник и стал смотреть на темнеющее озеро. Луна уже выплыла из облаков, и бледные ее лучи падали на волны. Они ясно слышали шум воды и перекатывание гальки.

— Отсюда озеро выглядит пустынным. — Он не отрывал глаз от расстилающегося перед ним простора. — Вам оно не надоедает?

— Нет, — ответила она просто.

— И не бывает скучно одной?

Вопрос был задан легко, без нажима, но Лорен опять почудился какой-то подтекст. Она покачала головой. Соломон распахнул окно, с металлической задвижки посыпались кусочки ржавчины. В комнату ворвался ветер, перепутал Лорен волосы, бросил их в лицо Соломону, и тот ощутил их свежий запах. Он рукой отвел пряди и задержал на пальцах, разглядывая их серебристый оттенок.

— Красивые волосы.

Они стояли очень близко. Он разглядывал ее волосы, а она — его черные глаза, в которых вокруг зрачков мелькали желтые и синие искры, не видимые на расстоянии.

— У вас есть какой-нибудь багаж? — спросила она застенчиво, чувствуя его взгляд.

— Да, в машине.

Он отпустил ее волосы, и Лорен рукой отбросила их за спину.

— Вы очень голодны? Ванная комната здесь, за стеной, а я спущусь вниз и займусь ужином. — Она пошла к двери. Соломон наблюдал за ней, не двигаясь. Уже выходя, Лорен обернулась и спросила: — Есть ли что-нибудь, чего вы совсем не едите?

— Да, грибы. У меня от них бывает сыпь.

— Запомню, — сказала она, улыбнувшись. — А я не могу есть землянику. Одна ягодка — я краснею с ног до головы.

В маленькой гостиной Чесси заводил старинные мраморные часы, принадлежавшие еще его деду. Взглянув через плечо, он спросил хмуро:

— Все в порядке?

Лорен ответила озадаченно:

— Конечно. Чесси, ты видел его раньше? Ты с ним знаком?

Он отвернулся, с подчеркнутой осторожностью поправил часы и ответил после короткого молчания:

— Нет.

Она поняла, что он лжет. Она знала дядю слишком хорошо, он совсем не умеет притворяться. Теперь у него покраснели уши, а это было верным признаком.

Лорен ушла на кухню, закрыв за собой дверь, и принялась готовить ужин. Достала бекон, яйца, порезала помидоры. Ужин будет простой, но сытный. Накрыла стол в кухне, потому что они всегда здесь ели, так было проще. Нарезала хлеб и поставила на стол масло. Когда вскипел чайник, заварила чай. Бекон на сковороде весело зашипел, запузырился, распространяя аппетитный запах. Лорен разбила на сковороду несколько яиц. В духовке у нее был уже готовый ревень, но его следовало подогреть, поэтому она включила духовку и пошла звать дядю. Но не успела дотронуться до дверной ручки, как ясно услышала в гостиной голос Кейда:

— Конечно, есть риск, не надо мне постоянно напоминать. Но я готов взять все на себя.

— Не нравится мне это. — Голос Чесси звучал хрипло, слышно было, что он взбешен.

— Сочувствую, — произнес Соломон сердито, никакого сочувствия в его голосе не было. — В конце концов, это мое дело.

— Только твое?

— Тише! Ты что, хочешь, чтобы она услышала? — Голос Соломона приблизился. — Дверь закрыта?

— Твое дело? Что ты имеешь в виду? — не отвечая на вопрос, продолжал настаивать дядя. — Если Лорен заподозрит…

— Она ничего не узнает.

— Нечего, тебе было сюда приезжать, Сол.

— Не собирался я с ней заговаривать. Сказал же тебе, она стояла на самом краю скалы, и мне показалось…

Голос Соломона прервался, он хрипло выдохнул.

— Ты извини меня, извини. — Чесси смягчился, подобрел. — Это, наверное, было для тебя шоком.

— Шоком? — Соломон зло рассмеялся. — Да я в жизни так не пугался. Мне показалось, я не успею до нее добежать.

Они замолчали. Лорен слушала, нахмурив лоб. Значит, все-таки она оказалась права: Чесси знает Соломона, обращается к нему на ты, называет сокращенным именем. Причем что-то между ними было. И это «что-то» сердило дядю.

Вдруг она услышала яростное шипение сковороды и бросилась снимать ее с плиты. Разложила яичницу на тарелки, подала на стол остальную еду и позвала Чесси. Через минуту он явился, и Лорен сказала:

— Кушать подано.