Капитуляция в брачную ночь - Клэр Коннелли

Эммилин безразлично пожала плечами:

– Полагаю, что такой вариант нельзя исключить.

Он задумчиво прищурился. Оказывается, Эммилин не так проста, как кажется. За внешней вежливостью и воспитанностью дамы светского общества и богатой наследницы таится острый ум, проницательность и юмор, граничащий с сарказмом. Не женщина – огонь.

– Вы ошибаетесь. Я не стал бы игнорировать отцовские обязанности, – строго сказал он.

Эммилин немедленно ему поверила. Он выглядел серьезным и ответственным.

– В таком случае вашу матушку ждет разочарование. Но, по крайней мере, она удовлетворится тем, что имя ее сына не треплют на страницах светской хроники по неподобающим поводам.

Она поднялась и нервно заходила взад-вперед по комнате, напомнив ему его собственное поведение во время его предыдущей встречи с Колом.

– Вам придется вести себя более осмотрительно, – продолжила Эммилин. – Я не намерена краснеть за ваше поведение. Мы должны показать всем, что у нас нормальный брак. Думаю, нам придется время от времени появляться вместе на публике, изображая счастливую пару. Дома вы вольны делать что угодно и с кем угодно.

– Значит, если ты застанешь меня с любовницей в супружеской спальне, тебе не будет до этого никакого дела?

Ее сердце оборвалось, но внешне она оставалась спокойной.

– Меня волнует только вопрос гигиены, – парировала она.

– Понятно. – Ее прямота вызвала улыбку, но он вовремя сдержался.

– Папа предлагает не откладывать свадьбу. Если она состоится в следующем месяце, я успею записаться в университете на изучение нескольких предметов в следующем семестре.

– Предметов? – недоуменно повторил он. Затем вспомнил о ее планах учиться в Риме.

– Да, в университете. Думаю, папа сказал вам об этом?

– Было дело, – согласился Пьетро.

– Ну вот, видите, я не собираюсь путаться у вас под ногами. Я буду занята учебой.

– Но здесь может возникнуть проблема, – задумчиво начал Пьетро. – Я ценю твою готовность предоставить мне полную свободу личной жизни, но не уверен, что могу быть столь же толерантен в отношении тебя.

Эммилин непонимающе уставилась на него:

– Что вы имеете в виду?

– Я не собираюсь жениться на женщине, которая будет встречаться с другими мужчинами и спать с ними.

Эммилин скорчила смешную гримасу. По правде говоря, подобная мысль не приходила ей в голову. Но его выпад привел ее в замешательство.

– Почему?

Его глаза опасно блеснули.

– Потому что у людей может сложиться впечатление, что я не удовлетворяю свою жену.

– Я вас умоляю! Кому придет в голову сомневаться в огромном либидо такого мачо, как вы? – Она закатила глаза цвета карамели.

– Для меня это будет нарушением сделки, дорогая.

Эммилин облизнула нижнюю губу. Она и не думала заводить бойфренда. Но сейчас ей казалось несправедливым предоставлять ему одностороннюю свободу личной жизни.

– В таком случае вам придется дать обет воздержания, – съязвила она.

– Весьма неразумное предложение.

– Почему? По-моему, это справедливо.

Он приближался к ней медленно и плавно, словно готовящийся к прыжку тигр. Сердце Эммилин затрепетало, словно пойманная в силки птичка.

– Потому что я обожаю секс, – проурчал он низким баритоном, остановившись в шаге от нее. – Я настоящий мужчина, и секс – неотъемлемая часть моей жизни. Если ты настаиваешь, чтобы я не имел отношений с другими женщинами, остаешься только ты… – Он многозначительно замолчал.

– Ладно, ладно. – Эммилин вскинула руки вверх в жесте «сдаюсь». – Никакого секса. Я имею в виду, вы можете продолжать в своем духе. – Она на мгновение зажмурилась. – А если я встречу кого-то, я прежде посоветуюсь с вами. Согласны?

Он пристально взглянул на девушку – горящие щеки, расширенные зрачки, прерывистое дыхание, подрагивающие губы. Завораживающее зрелище. Интересно, она просто сердится или он возбудил в ней другие эмоции?

– Да, – ответил он.

Судорожно сглотнув, она сказала:

– Значит, мы поженимся.

– Нам нужно обсудить еще кое-что, – добавил Пьетро.

– И что же это?

– Твой внешний вид, – безапелляционно заявил он.

Эммилин застыла.

– А что с ним не так? – выдавила она, отодвигаясь подальше от него.

– Никто не поверит, что я сам выбрал себе невесту.

Он сказал это так просто, словно не хотел ее оскорбить подобным заявлением. И она ему поверила.

– Почему? – спросила она, стараясь звучать равнодушно.

– Потому что, как ты сама справедливо заметила, в Интернете полно моих фотографий с подругами. И мой тип женщин тебе известен.

Это было сущей правдой. Эммилин погуляла по Сети и увидела, с кем проводит время Пьетро – высокие, стройные, сладострастные красотки.

– Мне нравится, как я выгляжу, – твердо ответила она, внутренне проклиная себя на чем свет стоит за эту ложь. Скрывать фигуру за бесформенной одеждой – ее старая привычка, и Эммилин не уверена, что хотела бы от нее избавиться.

– Небольшие изменения не составят для тебя труда, – миролюбиво предложил он, оценивающе осматривая ее с головы до ног. Она была красива естественной красотой. Почему она это скрывает?

– Нет, – отрезала она.

Пьетро сжал губы, стараясь подавить улыбку от ее детского упрямства.

– Если мы намерены пожениться, то я хочу, чтобы ты одевалась по последней моде. Моя жена должна выглядеть дорого и стильно в глазах окружающих.

– Шутите? – Ее глаза походили на блюдца.

– Отнюдь, дорогая. Ты в Риме. В твоем распоряжении все модные бутики и одежда всемирно известных брендов. Побалуй себя. Научись боготворить свое тело. А там посмотрим.

Его высокомерный тон и суровый, едкий приговор вызвали в душе Эммилин бурю негодования, но стремление к желанной свободе, которая была так близка, не позволило ей дать достойный отпор этому самоуверенному наглецу. Эммилин не впервой мириться с несправедливостью ради обретения того, что обычным людям дано Богом. А что, если отказаться? Не только выполнить требование Пьетро изменить внешний вид, но вообще от предложения отца об их свадьбе? Что, если взять кредитку и скрыться?

Она подумала об этом не впервые. Но мысль о том, как отреагирует на такое отец, немедленно отрезвляла. Она не может ранить отца. А сейчас она может получить свободу и порадовать отца. Все в ее руках.

– Хорошо, – согласилась она, хотя в глазах читалось сопротивление.

– Ну и славно, – коротко кивнул Пьетро.