Любовь и удача - Дженна Эванс Уэлч

– Что сказал бы твой брат, знай он про твои тайные вылазки? – спросил Кабби, как обычно, растягивая слова, но я заметила волнение в его голосе.

– Иэн? Хороший вопрос. Ты меня ему сдашь? – Я ткнула его пальцем в грудь.

– Не-а, – ответил Кабби, широко улыбаясь.

Иэн не знал, что я здесь. Он не знал, что мы с Кабби всегда встречаемся после тренировки, что его ладонь легко ложится ко мне на колено, будто там ей и место. А я и не думаю ее стряхивать. Потому что мне это нравится.

Я не собиралась рассказывать об этом Иэну по многим причинам, но в первую очередь потому, что в последние несколько лет голос моего брата неуловимо менялся, когда он заговаривал о Кабби. Как будто ему подсунули горькую шоколадку вместо молочной. А этой ночью мне хотелось думать не об одобрении или неодобрении Иэна, а о себе и своих желаниях.

И о Кабби.

* * *

– Ты уверена, что хочешь здесь остановиться? – скептически уточнил Иэн. Мы припарковались у облезлого серо-оранжевого дома, больше похожего на тюрьму, поскольку окна были забраны железными решетками. Интересно, это чтобы никто туда не залез или чтобы не сбежал оттуда?

– Мне кажется, местечко очень милое, – ответила я. – Домашнее. Уютное.

Мы с Роуэном переглянулись. Нам с трудом удалось уговорить Иэна остаться в Дингле на ночь. Он рвался дальше, но задание из путеводителя указывало на пляж Инч-Бич, а погодка была далеко не пляжная. К тому же мы рисковали простудиться, и риск этот возрастал с каждой минутой.

К сожалению, была одна загвоздка: туристический сезон. То есть мест нигде не было, кроме хостела «Край радуги» с умопомрачительно радужным и заманчивым веб-сайтом, где обещали, что там «ВСЕГДА ЕСТЬ МЕСТА!!!». Теперь, стоя перед этим очаровательным зданием, я понимала почему.

– Где-то над радугой^[11], – сказал Роуэн, вынимая ключ зажигания. – Очень по-ирландски.

– Брось, Иэн, все лучше, чем ехать сквозь такую бурю, – добавила я.

– И ты сможешь поработать над статьей, – подсказал Роуэн. – Тебе наверняка надо упорядочить мысли после посещения Буррена и мыса Сли-Хед.

– Что правда, то правда, – согласился Иэн. – Лучше каждый день понемножку записывать, чтобы потом не потонуть под объемом работы. Да и мне надо в блог зайти, что-нибудь опубликовать.

– Отлично! Пойдем, – сказала я. За полдня, проведенных в салоне Клевер, у меня затекло все, что только можно, и я с радостью вылезла с заднего сиденья.

Для места под названием «Край радуги» хостел выглядел удивительно блекло. Внутри все было коричневое: лестничные площадки, ковер, линолеум, медный светильник, в котором горели три из пяти лампочек. Даже запах казался коричневым: воняло подгоревшим хлебом и тушеным мясом.

Я подошла к хлипкому на вид деревянному столу. На нем валялись бумаги, а поверх грязноватой папки стояла чашка кофе.

– Эй? Есть здесь кто? – позвала я. Мой голос утонул в коричневой тьме.

– Не похоже, – заметил Иэн. – Пойдем в другое место.

– Больше некуда. Поверь мне, мы искали. – Я обошла стол и направилась вперед по темному коридору. Из-под одной двери сочился желтый свет. – Ау? – позвала я, приоткрывая дверь. – Есть тут кто?

Там сидел, положив ноги на стол, парень с копной светло-пепельных кудряшек и резался в видеоигру. Его голову венчала пара огромных наушников.

– Прошу прощения. – Я потянулась похлопать его по плечу, но не успела: он резко развернулся и с грохотом рухнул на пол.

– Ты в порядке? – Я поспешно помогла ему встать. Он снял наушники и ответил:

– В порядке? Да не то чтобы.

На вид парню было лет двадцать; загорелый невысокий крепыш, мускулистый, как скалолаз. Акцент у него был совершенно точно не ирландский. Может, австралийский? Британский? Парень широко улыбнулся, и меня поразили его ярко-белые зубы, контрастирующие со смуглым лицом.

– Как твое ничего?

Как мое ничего? И что полагается отвечать? Хорошо? Плохо?

Крепыш не стал дожидаться ответа:

– Извини, что с матрасами так вышло. Ну, наверное, поэтому и цены у нас невысокие. Да и давай начистоту, ты же не спать на Изумрудный остров приехала, а исследовать окрестности!

Я вскинула брови, не понимая, о чем он говорит:

– Боюсь, ты меня с кем-то перепутал.

С тем, с кем разговаривал до меня.

Он выпучил глаза:

– Ох. Значит, ты не из той группы немецких туристов? Слушай, забудь все, что я говорил про матрасы. «Спать на краю радуги – все равно что спать на облаке!» – пропел он.

– Неплохо выкрутился, – усмехнулась я. – У вас найдется место для троих человек?

Он похлопал меня по плечу:

– Ты табличку, что ли, не видела? Места есть всегда. Про матрасы ты уже знаешь, но послушай и про достоинства нашего скромного «Края радуги». У нас тут потрясная ночная жизнь. Каждый вечер после сумерек на улице перед хостелом вечеринка, людей куча, пиво льется рекой – не жизнь, а красота! – Он подмигнул, и я растерялась. Это шутка или правда? – Кстати, я Брэдли. Добро пожаловать в «Край радуги», самый западный молодежный хостел Европы!

– Я Эдди. – Я пожала ему руку. – Это не ты, случайно, сделал ваш сайт?

Он энергично закивал:

– Я, Эдди, именно я. За двое суток сварганил. Лагает иногда, но благодаря ему работы у меня меньше, и днем я могу заниматься серфингом.

– У мыса Сли-Хед? – уточнила я.

– Я что, похож на самоубийцу? – Он скрестил руки на груди и окинул меня оценивающим взглядом. – Складывается впечатление, что ты сюда приплыла. Неужели гуляла в шторм?

– Ехала. У нас машина не водонепроницаемая.

– А-а, – протянул Брэдли, словно для него такое не в новинку. – Знаешь, мне приказано до вечера никого не заселять, но случай экстренный. Тебе бы в горячий душ.

– Да, хорошо бы, – с благодарностью ответила я.

Он взял со стола пыльную белую папку на кольцах и принялся листать страницы, исписанные именами и телефонными номерами. Видимо, это была регистрационная книга хостела.

– Вы откуда?

– Из Сиэтла. То есть мы с братом из Сиэтла, а еще один парень из Дублина.

У меня за спиной раздался жуткий скрип, и в дверной проем заглянули Иэн с Роуэном. Брэдли тут же к ним ринулся:

– Ты, должно быть, брат. А ты – еще один парень. Я Брэдли. – Он приветливо пожал им руки. – А почему вы не такие мокрые, как она? Я думал, у вас машина не водонепроницаемая.

Роуэн поморщился:

– Сзади она сильнее протекает.