Обретенная мечта - Мэй Макголдрик

Пирс не представлял, какое такое дело могло так долго задерживать Порцию. Впрочем, он даже не хотел думать об этом.

Наконец-то на лестнице послышался стук каблуков. Пирс остановился и устремил взгляд на дверь.

– Мистер Пеннингтон?.. – с некоторым недоумением произнесла Порция, войдя в гостиную.

– Что, мисс Эдвардс? – сурово откликнулся он.

– Вы все еще здесь?

– Извините, сударыня, но вы не сказали, что я могу быть свободен.

– Да нет, это я должна извиниться! Оставила вас одного. Поверьте, я не хотела вас обидеть. – На щеках девушки проступил румянец. – Как хорошо, что капитан Тернер вас не видел! А внизу меня задержала миссис Крис, хотела поподробнее узнать, где я теперь буду работать. – Порция закусила губу, и тут же ее лицо озарилось очаровательной улыбкой. – Разве это не здорово, мистер Пеннингтон?

– Что именно? – недовольным тоном спросил Пирс.

– Я имею в виду свое новое место работы. Разве вы не слышали?

– Я слышал лишь не очень-то понятный разговор насчет каких-то сведений для адмирала Миддлтона, – пробурчал Пирс. – У меня сложилось впечатление, что вы намерены шпионить в пользу британских военных.

– Ну что вы!.. Ничего подобного! Это не связано с политикой. У меня действительно есть возможность получить работу у адмирала, но лишь в качестве компаньонки для его дочери. Чтобы заниматься с ней французским.

– То есть вы намерены стать компаньонкой своей предполагаемой матери?

– Почему же предполагаемой?.. Она на самом деле моя мать. – Радостно улыбаясь, Порция подошла к Пирсу. По ее улыбке было видно, насколько она обрадована и взволнована. – Вчера утром мы наконец-то встретились. И хотя времени было мало, нам все же удалось поговорить. Мои надежды оправдались. Теперь я знаю, что Елена вполне нормальная. У нее проблемы со зрением. Однако ее держат взаперти. Именно Елена все и придумала. Потребовала, чтобы ей наняли компаньонку, знающую французский, и…

– Все это произошло после того, как вы, злоупотребив мои доверием, на ходу выскочили из экипажа? И затем играли в прятки с моим грумом, отвлекая меня от беседы с адмиралом Миддлтоном? Да-да, я видел, как вы дурачили Джека и лазили по деревьям. В общем, времени вы зря не теряли.

– Ой!.. Да не будьте таким занудой.

Пирс хотел возразить, но Порция продолжила:

– Да, именно так все и было. Приношу вам свои извинения зато, что использовала вас и вашего грума в собственных целях. Но вы отказались помочь, и у меня не оставалось другого выхода.

– Вы, как обычно, раньше делаете что-то, а уже потом извиняетесь.

– Вы несправедливы ко мне! – воскликнула Порция и уже тише добавила: – Вам следует учесть важность случившегося. Понять, какое значение имеет эта встреча не только для меня, но и для моей матери. Вы не можете не признать, что все мои поступки совершались ради доброго дела и никому, в конце концов, не причинили зла.

– Да как вы можете об этом судить? – усмехнулся Пирс. – Не уверен, что вы способны отличить добро от зла. Вам все равно, к кому обращаться за помощью. Будь то друг или совершенно незнакомый человек. И вам, похоже, совершенно наплевать, насколько пагубными могут оказаться для них ваши действия.

– Возможно, мистер Пеннингтон, я и доставила вам некоторые хлопоты, однако было бы крайне несправедливым утверждать, что я использую всех подряд.

– А это место в доме адмирала Миддлтона, которому вы так обрадовались?.. Разве вы не использовали капитана Тернера, чтобы получить его? Разве не использовали свою подругу, дочь Джеймса Тернера, которая познакомила вас с капитаном, а затем обеспечила приглашением на бал? А как насчет пастора Хиггинса и его жены?

– Достаточно! – Голос Порции дрогнул – Вы, сэр, добились своего!

– Чего именно?

– Доказали мне, что я законченная эгоистка. А теперь прошу оставить меня. Хочу поразмыслить над своими недостатками, которые вы столь красноречиво описали.

Пирс сожалел, что позволил эмоциям взять над ним верх. Ему очень хотелось привлечь Порцию к себе и утешить, смягчить резкость только что сказанных слов.

У нее, разумеется, есть недостатки. Но у кого их нет?.. И не путает ли он ее с другой женщиной? Не пора ли ему изгнать из памяти призрачный образ Эммы?

– Итак, вы приступаете к своим новым обязанностям со дня на день? – уже более мягким тоном осведомился Пирс.

Две слезинки выкатились из глаз Порции.

– Надеюсь, вы не собираетесь мне помешать?

– Нет, конечно.

– Спасибо, – тихо произнесла она. Пирс шагнул к девушке.

– И как вы намерены добираться до Норт-Энда и обратно?

– Разумеется, пешком. Как и большинство жителей Бостона.

– Ну а в ненастье?

– Ничего страшного, мистер Пеннингтон. От дождя не растаю.

– Капитан Тернер, вне всякого сомнения, охотно стал бы вас возить.

– Просить его об этом я не собираюсь. Во всяком случае, вам, сэр, не стоит беспокоиться. Я вполне способна о себе позаботиться.

– Начиная с этого самого момента?

– Именно так.

– И от меня вам больше ничего не нужно? Порция, вспыхнув, опустила глаза.

– Ничего, мистер Пеннингтон. Еще раз приношу извинения за свою навязчивость и доставленное беспокойство. А также за то, что вам пришлось из-за меня прятаться за занавеску.

Взяв Порцию за подбородок, Пирс приподнял ей голову и заглянул в ее изумительные глаза.

– Значит, мы расстаемся окончательно? Вы больше не желаете меня видеть?

– По-моему, это вы не желаете, – тихо ответила Порция. Он провел пальцем по ее влажной щеке.

– Ну а вы хотели бы встретиться со мной снова?

– Вряд ли в этом есть смысл. – Порция еще больше зарделась и отвела глаза. – При каждой встрече мы либо ссоримся, либо нам мешают нежданные гости.

– Ссориться или нет, зависит от нас самых. А чтобы нам никто не мешал, это я могу устроить.

Склонив голову, Пирс попробовал на вкус ее солоноватую от слез кожу. Порция молчала, явно пребывая в нерешительности, но когда он обнял девушку и прильнул к ее губам, они разомкнулись, уступая напору его языка. Все ясно. Его влечет к ней, только и всего. Внутреннее чутье подсказывало Пирсу, что он не успокоится, пока не овладеет Порцией. Прижимая Порцию к себе, скользя ладонями по ее спине, Пирс вспомнил совет Натаниеля.

– Завтра, когда стемнеет, я пришлю за тобой Джека, – прошептал он, лаская губами мочку ее уха. – Мы поужинаем у меня дома, на Перчез-стрит.

– Ничего хорошего из этого не получится. У меня и без того полно проблем.

– Мы всего лишь поужинаем. Вдвоем, без посторонних. Обещаю вести себя по-джентльменски. Расскажешь, как вы с мисс Миддлтон собираетесь наслаждаться изысками французской поэзии.