Внебрачный ребенок - Слава Доронина

Несколько мгновений Быстров молча рассматривал мое лицо. Не выдержав, я отвернулась от него и открыла шкафчик. Достала кастрюлю, и подошла к раковине.

— Ты уже приглашаешь его домой? Каким будет следующий шаг? Позовешь к себе в спальню?

— Паша…

— Вы только что обнимались! А если бы я не появился?

— Перестань, прошу…

— Может быть, предложишь мне молча наблюдать как из-под моего носа уводят любимую женщину? Это что сейчас было, Полина? Ты в курсе, что на все мои просьбы и слова оставить тебя и Сафину в покое, Шалимов твердит одно: что его дочь воспитывать чужой мужчина не будет? Я предлагал тебе брак, но ты как будто намеренно тянешь резину, чтобы угодить в его ловушку? Только ведь я тоже не железный. С чего ты взяла, что я буду на это молча смотреть и довольствоваться вторыми ролями? С самого начала я желал только тебя, был всегда рядом с тобой. Ты правда не понимаешь, что делаешь?

— Паша, пожалуйста, тише… Я договорилась с Алёной, она вечером посидит с Сафиной, а мы встретимся и обо всем поговорим…

Все я понимала, чего от меня добивался Быстров, но что я могла ему ответить сейчас? От одной только мысли отправиться с ним в ЗАГС, мне становилось не по себе. Да, я мечтала об этом шаге, но только не при таких обстоятельствах!

— Тише? Ты просишь меня быть тише? А его просила убрать от себя руки, когда он тебя лапал несколько минут назад? Что-то я не заметил, чтобы ты сопротивлялась…

Я опустилась на стул, не чувствуя больше сил стоять на ногах.

— Даже когда Сафиной забеременела не было внутри столько сомнений, как сейчас… Пожалуйста, не дави на меня!

Одно мгновение полностью поменяло всю мою жизнь. Навсегда. Я верила Шалимову, что он не навредит нам с дочкой, но ровно до того момента, пока я буду играть по его правилам. Но и делать из себя добровольно его пленницу я тоже не хотела. Должен же быть выход?

— Полина, ты только подумай какое блестящее будущее тебя ждет рядом со мной! Мы создадим свою семью, у нас будет общее дело, а ты…

— Общее дело, Паша? Но это ты мечтал, чтобы я поднималась вверх по карьерной лестнице, вписывал меня во все эти доверенности, поручался за меня перед своим компаньоном, а сама я об этом не мечтала! Кредит погасить, на ногах прочно стоять — это моя основная цель была. И мне безумно нравилась и нравится моя предыдущая должность. Сейчас я прошу лишь об одном: не давить на меня. Что сложного я прошу?

— Ну да… Ну да… Предлагаешь мне подождать, пока вы не вырастите общего ребенка, и быть все эти годы твоим платоническим воздыхателем?

— Ничего не предлагаю. Но затевать войну с Шалимовым, и бежать с тобой в ЗАГС назло ему я не хочу. Не хочу ничего менять таким образом, понимаешь? Не в этих условиях, когда на меня без конца давят со всех сторон принять какое-то решение. Я очень тебе благодарна за все, что ты делал и делаешь для нас с Сафиной, но соглашаться с тобой на брак, рвать нервы себе, нашим детям… К тому же вот так, внезапно… К такому я не готова.

— Он угрожал тебе? Шантажировал, что заберет дочь, да?

— Говори, пожалуйста, тише! Никто мне не угрожал. И я очень надеюсь на твое понимание, Паша. Мне безумно сложно сейчас решаться на какие-либо шаги. Я лишь об этом пытаюсь тебе сказать.

Быстров покачал головой.

— Ладно, — шумно выдохнул он. — Мне нужно, чтобы ты подписала эти документы, — он бросил стопку бумаг на стол. — Завтра у меня командировка. Я уеду на несколько дней. И очень надеюсь, что к тому времени, когда вернусь, вас с Сафиной не запрут в каком-нибудь замке, до которого мне уже никогда не добраться. Вот тогда, возможно, ты вспомнишь о моих словах, но будет очень поздно, — повисла пауза, а я опустила глаза. — Вечером возьми документы с собой. Не буду больше отвлекать, — развернулся, и ушел.

— На твоем месте я бы никуда сегодня не пошла, — Алёна сидела на кухне и пила чай, пока я собиралась на встречу с Быстровым. — Лучше бы поехала с Шалимовым в Казань…

— Если это шутка, то не очень удачная.

— Ну о чем вам говорить с Быстровым, когда он не слышит тебя? Он будет гнуть свою линию, но ты ведь сама понимаешь, что с Робертом нельзя сейчас портить отношений. Позвони Быстрову, скажи, что плохо себя чувствуешь. Не ходи никуда, а? Давай, я сбегаю за шампанским, мы Мышонка уложим, и с тобой вдвоем посидим? Пусть сам заедет, заберет свои документы и баста. А еще лучше передай их ему вместе с Шалимовым…

— Что ты несешь? — я недовольно свела брови, посмотрев на подругу. — Ты может быть с собой что-то принесла из аперитива, и сидишь, в чай незаметно, подливаешь?

— Нет! На вот понюхай! Бергамотом пахнет. Без всяких примесей, — улыбнулась Алёнка. — А признайся, он же тебе хоть немного нравится? Ты говорила, что той ночью тебе было с ним хорошо…

Щеки начали пылать огнем. Сговорились они что ли все против меня?

— Еще одно слово и я поеду ночевать к Быстрову… — пригрозила я.

— Ладно. Молчу.

— Вот так-то. Все, я пошла, Алён.

— Учти, я засекаю время. Если Быстров не вернет тебя домой через два часа, то я звоню Шалимову, ясно?

— Да, додумайся. Мне в обед хватило их двоих в моей квартире. Хочешь, чтобы по-настоящему драку устроили?

— Ладно, я шучу. На самом деле ситуация, конечно, ужасная. Понимаю, как тебе тяжело…

— А еще стыдно, местами больно и очень горько, — я тяжело вздохнула, и направилась к Мышке в комнату.

Поцеловала ее и вернулась в гостиную, проверяя все ли взяла: документы посмотрела и подписала, телефон на всякий случай зарядила. А то днем Паша не смог до меня дозвониться, потому что он сел.

— Два часа, — напомнила Алена, когда я направилась в прихожую. — А если не вернешься ночевать, я позвоню в полицию. Я говорю серьезно. Не хватало еще, чтобы твой врач тебе что-нибудь подмешал в питье и начал соблазнять…

— Алёна! — я закатила глаза. — Ты детективов начиталась что ли?

— Криминальные сводки часто листаю на новостных порталах. Там столько ужасов на почве ревности, алкоголя и людской агрессии…

— Все, прекращай. Мышку укладывай через час. Я быстро, — чмокнула Алёну в щеку, и вышла из квартиры.