Бред сивого кобеля - Екатерина Вильмонт

Можно было жить красиво

Можно было просто жить.

Из песен Б.Абарова

Снег падал медленно, крупными красивыми хлопьями, как в «Пиковой даме». Когда-то, будучи ученицей Хореографического училища, она участвовала в сцене бала. «Мой миленький дружок, прелестный пастушок…», а молодая Елена Образцова гениально играла старуху-графиню. Германна пел Атлантов… Боже, какая я старая! Что я помню! Правда, тогда я была еще совсем ребенком, и все-таки…

Какая странная, она все время уходит куда-то. Может, у нее горе? Зачем мне это? Я не хочу, у меня и своих неприятностей хватает. Может, изобразить телефонный звонок, извиниться, подвезти ее до дома, и пусть себе думает о чем угодно без меня? У него в кармане всегда лежало два телефона, разной конфигурации. И стоило нажать на кнопку одного, как второй аппарат начинал звонить. Это было весьма удобно. Он уже сунул руку в карман, но тут она вдруг встряхнула волосами, улыбнулась виновато…

– Маруся, вы всегда такая грустная?

– Грустная? Да нет…

Ей тут же вспомнилось, как она нагишом отплясывала чардаш в номере Кирилла…

– А хотите я вас рассмешу?

– Хочу! Очень хочу!

– Знаете, когда-то давным-давно в одном провинциальном театре оперетты собирались ставить спектакль, где моя… бабушка должна была петь такую арию: «На паровозе-возе-возе-возе-возе я улечу в сияющую даль…

Он вдруг схватил ее за руку и допел:

– Жила я раньше в родном колхозе, а нынче прошлого ни чуточки не жаль!

– Господи, откуда вы это знаете? – потрясенно спросила Туся.

– А либретто писал мой дедушка вместе со своим другом!

– Это сочинил ваш дедушка?

– Представьте себе! Я как-то еще в студенческие годы нашел у деда в архиве эту прелесть. Писалось в ранней молодости, и отнюдь не всерьез. Грант Айрапетов и Евгений Рубин, они вдвоем старались… Вот уж не думал, что хоть кто-то еще это знает.

– Вас назвали в честь деда?

– Конечно. Только я не Айрапетов, а Айрапетян. Кстати, я тут недавно заказал билет на самолет, и там написали Аэропетян. Здорово, да?

– Ну что ж, для авиапассажира очень даже недурная фамилия! – захохотала Туся.

– А ваша бабушка пела в свердловской оперетте?

– Да, только на самом деле она мне не бабушка, это я для простоты сказала, она подруга моей бабушки. Кстати, она жива и находится в добром здравии.

– Маруся, вот моя машина! Поедем куда-нибудь, поужинаем, а? Надо же отметить наше знакомство и, как выяснилось, почти родство?

– С удовольствием! – искренне воскликнула Туся. Ей вдруг стало хорошо. Никакой он не преступник, этот капитан Грант Аэропетян!

Машина оказалась спортивным «мерседесом», двухдверным, с низкой посадкой.

Он открыл перед ней дверцу:

– Прошу, садитесь, Маруся!

– Послушайте, капитан Грант, а вы вообще кто? – вдруг осведомилась она.

– В каком смысле?

– По профессии?

Но тут стремительно подкатила черная «Волга», оттуда выскочил Трунов с криком:

– Ах вот ты где, шалава несчастная! – Он схватил Тусю и поволок за собой.

Грант на секунду опешил. Однако Трунов уже успел запихнуть яростно сопротивляющуюся секретаршу в машину и заблокировал дверцу. И буквально тут же откуда-то набежали люди в форме, схватили капитана Гранта и принялись обшаривать карманы. Все было как в сериале – руки на капот…

– Боже, что это?

– Ну нельзя же быть такой курицей! Это как минимум задержание.

– А как максимум? – машинально спросила ошалевшая Туся.

– Как максимум – зона. Лет на пять.