Когда ты вернешься ко мне - Эмма Скотт

Мы с Холденом выскользнули через парадную дверь и поспешили по моей подъездной дорожке. Тем временем сумерки уже сменялись ночью. Я чувствовал себя вором, ограбившим собственный дом.

– Давай возьмем твой внедорожник, – предложил Холден и махнул водителю, прислонившемуся к черному «Кадиллаку», припаркованному чуть в стороне.

– Почему? Куда мы направимся?

– Я не хочу, чтобы ты потом обвинил меня в своем похищении. – Он бросил на меня горящий взгляд. – Но, в основном, я просто хочу посмотреть, как ты ведешь машину.

Черт.

Все, что этот ублюдок говорил или делал, каждый его мимолетный взгляд, было чертовски сексуально.

– Что касается того, куда мы едем, – произнес он, когда мы забрались в кабину моего «Шевроле», – не беспокойся об этом. Сориентирую.

Я завел мотор, и черная машина уехала.

– Это был твой личный водитель?

– Он самый. – Холден с усмешкой повернулся ко мне. – Сегодня вечером это ты.

И снова, черт!

В сгущающейся темноте мы покинули мой район для представителей высшего среднего класса и направились на юг. Дома становились все больше, их разделяли ворота и густые деревья, обеспечивавшие уединение. Это была короткая поездка. Всего через несколько минут мы поднялись на холм, и перед нами раскинулся океан; его темно-синяя поверхность оттеняла оранжевый диск заходящего солнца.

– Вот этот.

Холден указал на огромный современный дом белого цвета с окнами необычной геометрической формы, обрамленными черной сталью.

Все окна были темными.

Я тихо присвистнул и начал сворачивать на подъездную дорожку.

– Ты здесь живешь?

– Припаркуйся на обочине, – велел он. – Не нужно следить колесами на подъездной дорожке.

Я припарковался, заглушил двигатель и собрался было вылезать вслед за Холденом из машины, когда меня осенило, черт побери.

– Дерьмо. Подожди! Что мы делаем? Я же совершенно бросил Вайолет. – Я выудил свой телефон из кармана смокинга. Меня уже ждало сообщение от нее.

Я здесь. Ты скоро?

– Мне нужно вернуться. Нельзя так с ней поступить.

– Она переживет, – сказал Холден. – Поверь мне.

– Откуда, черт возьми, ты знаешь?

– Я же говорил тебе. Она с одним из моих лучших друзей – родственные души.

– На вечеринке мне так не показалось, – возразил я, а затем вспомнил убийственный взгляд Миллера Стрэттона, когда я присоединился к Вайолет в чулане.

– Миллер – твой друг?

Холден кивнул.

– Мы должны дать им шанс.

– Но… она согласилась пойти на танцы со мной. Я не могу просто ее кинуть.

– Можешь, если это для благого дела. А так оно и есть.

Я покачал головой.

– Ну не знаю…

– Не мог бы ты, пожалуйста, на одну чертову секунду подумать о себе? – неожиданно резко бросил Холден. – Ты этого хочешь? Быть с Вайолет? Ответь мне честно. Если так, тогда я вылезу из машины, и ты сможешь вернуться в школу, танцевать, надеть корону и продолжать заниматься своими обычными делами. Или…

– Или?

– Останься со мной.

Проклятье, глаза Холдена в свете салона автомобиля пронзали насквозь, буквально затопили меня возможностями, которые были гораздо ближе к моим желаниям. Ближе к тому, кем я был. Настолько близко, что мне достаточно только руку протянуть и прикоснуться. К нему.

Я с трудом сглотнул, и пальцы на автомате напечатали сообщение Вайолет.

Я не смогу. Прости.

– Прекрасный выбор, – просияв, похвалил Холден. – А теперь тихо. Этот район полон скучных любопытных соседей. Мне не нужно, чтобы кто-то потом жаловался моим тете и дяде.

– Ты не живешь со своими родителями?

– Они погибли в трагической аварии на воздушном шаре над Панамским каналом.

– Что?..

– Шучу. Они живы и здоровы в Сиэтле. К сожалению.

Он продолжил путь, и мне пришлось поторопиться, чтобы поспеть за ним. Мы тихо поднялись по безукоризненно чистой дорожке к дому. При свете своей золотой зажигалки он набрал код безопасности на черной консоли. Раздался механический звук, а затем дверь со скрипом приоткрылась.

Я прошел за Холденом внутрь, задаваясь вопросом, как далеко собираюсь зайти в этот тайм-аут. Сердце бешено колотилось в груди.

В коридоре было темно, но Холден не стал включать свет. На белой стене темнели квадраты фотографий, лица на них различить было невозможно. Из коридора открывался вид на свободную планировку дома: гостиная плавно переходила в кухню. Обстановка была элегантной и современной, а окна выходили на задний двор, залитый кипенно-белым цементом со сверкающим живописным бассейном, подсвеченным подводными огнями. За бассейном под полной луной простирался Тихий океан.

– Симпатичный домик, – заметил я.

– Соглашусь. – Холден подошел к холодильнику и порылся в нем. – Во, прекрасно. Пиво. Ты ведь любишь пиво, верно? Или, может быть, что-то покрепче?

– Я за рулем. Пиво подойдет.

Что бы ни происходило сегодня вечером, я не собирался напиваться с Холденом Пэришем. Я и так уже позволил событиям зайти дальше, чем мог себе представить. Еще и потерять над собой контроль точно не вариант.

Я засунул руки в карманы брюк.

– Ты собираешься включить свет или как?

– Мне больше нравится в темноте, – сказал Холден со злорадной усмешкой, протягивая мне бутылку пива. Он прошел в гостиную, где в полумраке принялся оглядываться, пока не нашел мини-бар. – А, вот и он. Будь другом и посмотри, есть ли в холодильнике оливки.

– Ты не знаешь?

– А по мне что, похоже, что я хожу по продуктовым магазинам? – съязвил Холден, мешая водку со льдом и мартини в серебряном шейкере.

Я нашел банку зеленых оливок в холодильнике из нержавеющей стали. Хотел уже было захлопнуть дверцу, как желтый свет упал на магнит с семейной фотографией на другой дверце. Мама, папа, двое детей, все темноволосые, с белоснежными улыбками, контрастирующими с их темным цветом кожи. Они позировали на фоне золотого храма, окруженного огромным бассейном с водой. Внизу была небольшая надпись: «Наша поездка домой!» Амритсар, Индия, лето 20…