Я беременна от вас, босс! - Виктория Вишневская

Так и знал, не носит она то бельё, что моя незнакомка. Ну и пофиг на неё. Всё. Перегорело.

– Поэтому я могу вам помочь только добрым словом.

– Ртом? – уточняю.

– Ну, да-а, – немного теряется. – Губами.

Я усмехаюсь.

Губами так губами.

Подаюсь вперёд и, сам того не ожидая, порывисто целую свою помощницу. Она у меня одна такая. Вообще находка. И как работник очешуенный, и как человек просто золото. И это золото – моё.

Сминаю податливые губы. Господи, сколько же я о них мечтал… Думал постоянно. Почти месяц. Хотел поцеловать, а Вита всё повода не давала. А я бы сам не нарушил наши рабочие отношения.

Хотя… Что я сейчас делаю?

Правильно.

Нарушаю.

Очень и очень хорошо.

Но Виталина не сопротивляется.

Нам нравится. Обоим.

Даже не замечаем секретаршу, которая заходит в кабинет. Слышу звук её каблуков. Приоткрываю один глаз и машу рукой, чтобы катилась отсюда. А сам захватываю в плен этот до безумия вкусный рот.

Если так продолжится, чувствую, я сойду с ума.

Ладно. Это всего лишь раз. Да, точно, только один…

Виталина

С момента нашего безумного поцелуя проходит чуть меньше недели. Неловко ли мне после того случая? До горящих щёк. Между нами отношения стали теплее. И чуть… неформальнее. Нет-нет, мы не целуемся на каждом шагу. Просто… Я всё чаще и чаще начала замечать, как Эмир Тагирович то по попе ладонью проведёт, то по талии…

Вся эта неделя была такой.

Или я просто придумываю то, чего нет?

Не знаю…

Но время летит быстро.

Эмир забирает меня у дома. Мы вместе едем в аэропорт, идём на свой самолёт. Босс летает только чартерами, поэтому в салоне мы с ним вдвоём. А ещё стюардесса, которая крутится вокруг Эмира.

Я сжимаю ручку и еле сдерживаюсь, чтобы не исколоть ей всю спину.

Я жутко ревную, да. Хотя… не должна.

Это просто всё малыш чудит. Повезло, что таблетки от токсикоза немного помогают. Я начала снова жить. Надеюсь, на празднике ничего не случится. Надеюсь…

Мы прилетаем уже через несколько часов в нужный город. Поправляю пуховик, шарфик и шапку. Зима на дворе! Снег вон как не в себя идёт!

Ловлю языком летящую снежинку.

– Ты как ребёнок, – усмехается мужчина рядом.

– Сами вы такой, – отвечаю, надув губы.

– Мы не на работе, – говорит ни с того ни с сего. Идёт вперёд, пытается снять с себя шарф. А я его по руке бью. Я сама завязала. Чтобы не простудился. А то ходит… Рубашка и пальто нараспашку.

– Это вы к чему?

– Можешь на «ты».

– А…

Тяжеловато будет!

– Я попробую.

Дальше мы садимся в машину, предоставленную Бахрамовым. Братом Эмира. И едем на турбазу, в которой празднует свой день рождения бывшая Добровольская. Хорошая девушка. Мы быстро сдружились и даже несколько раз переписывались в мессенджерах.

По приезду отряхиваемся от снега, заходим в дом. Где нас уже встречают. Тимур, брат босса, выглядит немного усталым. Мне хочется спросить, что случилось, а потом я замечаю округлившийся животик его жены.

И почему-то улыбаюсь.

Две беременные женщины в одном доме – беда.

Особенно, когда мы приехали на два дня.

– Чего задумалась? – Эмир снимает с меня шапку, шарф, пока я смотрю на Асин животик. – Давай раздевайся.

Я не сразу понимаю, к чему он. Даже краснею.

Вспоминаю наш диалог в кабинете. Про рубашку.

Уже думаю, он прям тут, при всех…

И всё же щёки покрываются жаром. Скидываю с себя пуховик, смущённая, направляюсь к остальным. Ох, чувствую, эти выходные запомнятся мне надолго.

Глава 18

Я, наверное, плохая гостья, потому что, как только мы вливаемся в тусовку, где оказывается уже трое беременных… я никого не замечаю. Взгляд сам падает на стол с разнообразной едой, от которой у меня выступают слюнки.

На застолье я сижу рядом с боссом. Мне так комфортнее, потому что я никого не знаю, кроме Аси и Тимура. А компания у них шумная. Один только смуглый здоровяк, который вечно орёт своей беременной жене не есть сладкое, перекрикивает всех остальных.

Поэтому жмусь к Эмиру и пихаю помидорку в рот, смотря на всех с удивлением. Неадекватные, но очень весёлые люди.

– В тебя куда столько лезет? – звучит над ухом. Я мурашками покрываюсь от его неожиданного вопроса и тёплого дыхания.

– Кушать хочу, – признаюсь честно. Я пока только и делаю, что ем. Добавляю в праздничное оливье немного кетчупа. Пока никто не видит. На вкус отвратительно, но именно этого сейчас хочется сильнее всего.

– Смотри не отравись,– предупреждает Эмир. Ох, я боюсь, это отравление ещё как минимум месяц будет, хотя… С таблетками, может быть, токсикоз быстрее пройдёт. Однако на них никакой надежды.

Пока ем – слушаю остальных. Те рассказывают байки, весёлые моменты. Ася, именинница, предлагает поиграть в фанты. Я не понимаю, что это такое, поскольку ни разу не участвовала. Босс мой – тоже.

– А что это? – подаю голос.

– Ты чего? – у неё глаза на лоб лезут. – Я раздам сейчас листочки, каждый напишет действие. Потом тянуть будем.

Блин, у нас вроде разница с ней четыре года, а я чувствую себя старпёршей. Не знаю, у меня детства толком не было – я постоянно училась, на тусовки не ходила, и мы точно никогда не собирались так с друзьями.

Но чтобы не выбиваться из коллектива – беру бумажки, пишу на них безобидные действия. Отдаю в мешочек. Босс что-то там строчит, усмехается, и я надеюсь, его бумажки не попадут мне.

– Ну, что же, начнём, – хитро усмехается Ася. Все берут по листочку, читают задания. В принципе, всё безобидное в стиле «поймай ртом оливку». Кстати, мужчина, которого все зовут «Дикий», три оливки подряд в рот закинул.

Когда очередь доходит до меня, немного напрягаюсь. Достаю фант, и сразу же знакомый почерк бросается в глаза.

О нет!

Почему именно мне достаётся действие Эмира? Я же видела, с каким он лицом их писал! Улыбался так кровожадно, что я даже испугалась!

Читаю каждую букву и хочу поменять фант.

– Ну, что там? – говорит девушка напротив. Вика, кажется. Ещё одна беременная в нашей компании.

Я прикрываю листочек и сминаю его, прочищая горло.

– Съесть оливье с кетчупом, – выдавливаю из себя. Хватаю тарелочку с соусом и вываливаю себе в тарелку. Хоть поем нормально.

– Господи, у кого такие вкусы извращённые? – спрашивает Тимур.

А я молюсь, чтобы никто не откликнулся!

Потому что нет такого