Новые мосты - Галина Дмитриевна Гончарова

Капитан «Лихой Медузы», Марселло Гатто, вгляделся. Подозвал к себе помощника:

– Ченцо, ты этот корабль не знаешь?

Помощник тоже пригляделся. Сплюнул на палубу коричневой от жевательного табака слюной.

– Кажись, знаю. «Голубка» это… Купеческая.

– Это хорошо… на Девальс, интересно, или с Девальса?

– Интересно, – подтвердил Ченцо. Вопрос был определяющим. Если НА Девальс, им достанутся деньги, а то и купцы, которых потом выкупят. Если С Девальса – то товары, а их еще надо пристроить. И сами купцы, опять же. Лучше бы, конечно, НА Девальс. – Вроде как туда идут…

Марселло кивнул:

– Вот и мне так кажется. Глянь, как глубоко сидит? Оттуда они обычно не такими идут.

Ченцо тоже кивнул.

Девальс.

Остров, конечно, замечательный. Но железа там нет, руды нет, все металлическое приходится везти с материка, от гвоздей до мечей, да и остальное тоже…

Вино – там нет винограда.

Зерно – там сложно выращивать пшеницу.

Много чего еще везут на Девальс оборотистые купцы. А оттуда – предметы роскоши. Места они занимают частенько не меньше, а по весу легче получается!

Что тяжелее? Бочонок с гвоздями – или бочонок с кофейными зернами?

– Что ж. Тогда понятно. Убежать не смогут, захотят откупиться.

Ченцо хмыкнул и сплюнул еще раз.

– Пойду скажу ребятам, чтобы кольчуги нацепили и арбалеты взяли.

– Давай.

Капитан «Голубки» был не первым, кто думал обмануть пиратов. Но дураки в море долго не живут. Тем более в их промысле… Их рыбы быстро скушают.

Так что… доверяй, но с осторожностью. Человек десять с арбалетами Ченцо посадит. Если что…

Не впервой!

Мертвым купцом больше, мертвым купцом меньше…

Море – все спишет.

– Сближаемся.

Чезаре наблюдал за происходящим, стоя в дверях каюты.

«Голубка» убрала паруса и легла в дрейф.

«Медуза» подошла к ней вплотную – и полетели, связывая два корабля накрепко, абордажные крюки. Правда, пираты на палубу не посыпались.

Доля в добыче – оно хорошо. Но сейчас-то вроде как и без боя предлагают? Чего скакать бешеной макакой? Проще подождать чуток.

Капитан пиратов на палубу «Голубки» и вообще не перешел. Вместо него перепрыгнул Ченцо.

– Сдаетесь, сухопутные?!.

Уго, капитан «Голубки» демонстративно поднял руки:

– Сколько вы хотите, чтобы пропустить наш корабль?

– Это зависит от того, что у вас есть, – хмыкнул Ченцо. – Давай сюда всех пассажиров и опись груза! Покажу капитану, он и решит.

– Понятно, – кивнул Уго.

И это было сигналом, по которому свистнула первая стрела.

Подавился табаком Ченцо. Ему уже не получить двойной доли.

Вскочили и разом выпалили пираты. Но это как раз предусмотрел и капитан. На борту «Голубки» раздались крики раненых, но было их меньше, чем у пиратов. Все знали о сигнале, все попадали навзничь, и большая часть пиратских болтов свистнула мимо.

А потом на палубу «Голубки» хлынула темная волна.

Пираты немного обиделись и собирались отомстить и за помощника капитана, и в принципе. За вероломство!

Чезаре рвано выдохнул:

– Черт побери!

И Энцо с ужасом увидел, что в плече воспитателя, охранника, учителя, а наверное, еще и друга торчит арбалетный болт. Короткий, черный…

Грязно выругался Леоне. Опустился на колени.

И ведь Чезаре упал вместе со всеми. Его на излете и клюнуло!

– Так… это надо ломать болт… насквозь он не прошел… будет больно.

Чезаре злобно сплюнул:

– Это ж надо! В мякоть угодил, тварь!

Кольчуга у него была облегченная, без рукавов, чтобы руками свободнее действовать. Вот и попало – в мякотку. Целился бы, так промазал!

Леоне кивнул Энцо:

– Живо сюда. Надо это вытащить будет и рану сразу перевязать.

Энцо, недолго думая, опустился на колени:

– Что делать?

– Что-что… на ноги ему ложись! Чезаре… прости.

– В рот что-нибудь дай, а то прощать нечем будет, язык откушу. – Чезаре огрызался вполне привычно. Хотя понимал, что дело дрянь.

Болт порвал какой-то крупный сосуд, и одежда быстро набухала красным. Может, он от этого и не помрет – сразу. Но от сильной кровопотери будет недееспособен. Надо срочно ее вытащить, перевязать… и то еще, как он сражаться сможет? Вот вопрос?

А надо.

Леоне сунул ему в рот первое, что попалось, – сложенный вдвое ремень. Чезаре закусил его зубами и напрягся…

– Ай-й-й…

Там и кроме «ай-й-й» было много чего сказано. Но непечатное. Потому как Леоне резко надавил на болт, тот прошел через мягкие ткани, высунув острие с другой стороны руки, – и Леоне сломал наконечник одним движением сильных пальцев. А там и вытащил болт из раны.

Хлынула кровь.

Чезаре сознания не потерял, но матерился…

Энцо метнулся с перевязкой. Мазь, бинт, корпия…

– Сейчас я… минуту…

Да, этому его тоже обучили. Дану не подобает?

Энцо и думать-то про эти слова забыл. А сейчас вот вспомнил, всплыло откуда-то из памяти…

Ага, не подобает! А человек кровью пусть истечет, пока найдется тот, кто захочет и, главное, сможет перевязать его рану. Так, что ли?

Энцо действовал почти автоматически.

Пережать, прополоскать вином из фляги, приложить корпию с мазью, перевязать…

Леоне тоже не стоял без дела.

Он охранял.

Пираты постепенно занимали палубу «Голубки». С криками, гиканьем, воем… обнаженными клинками… конечно, и в них тоже стреляли, но потерь у негодяев было явно меньше.

С другой стороны, какая разница?

Сдохнуть волком – или сдохнуть бараном? Волком как-то приятнее. И кровь у врага вкусная…

Мысли не мешали Энцо перевязывать рану Чезаре. И руки по локоть в крови – тоже. Кровь и кровь, не видел он той крови, что ли?

Леоне шагнул вперед, зазвенели клинки, запели песню стали…

Недолго.

Настоящий бой не зрелищный. В реальном бою надо не фехтовать, а убивать, что Леоне и проделал. Стилет в его ладони словно ожил, вылетел, клюнул пирата между ребрами…

Только вот на смену ему спешил второй, третий, завертелась смертельная карусель… Энцо закончил перевязывать друга и подхватил клинок.

Рукоять скользнула в ладони… кровь?

И кажется, на лице тоже кровь?

Энцо поднес ладонь к губам… доля секунды перед тем, как вступить в бой.

Царапина? Или нет?

Мальчик неосознанно слизнул с ладони кровь. Соленую… или сладкую?

А потом в голове словно черный шар взорвался. И больше Энцо ничего не помнил…

Паскуале понимал, что будет резня. Что шансы уцелеть у них невысокие. Но куда деваться?

Пираты же!

Крысы, подонки, отребье… договариваться с крысой? Ладно, крыса – животное умное, зря он ее так сравнил… а пираты – мразь со дна общества. Слова они не держат, захочется им позабавиться – и тебя просто протянут под килем. Раз, два, три…

Или к мачте прибьют, что тоже реально.

Или еще что хорошее сотворят.

Отдавать себя в руки этой нечисти? Вообще ума не иметь надо. Договоры с плесенью всегда кончаются победой лишь плесени.

Пусть даже капитана и матросов отпустят, что не факт. Может, «Голубку» захотят в качестве трофея. Но у Паскуале, во-первых, пропадет прибыль за рейс. Лаццо богаты, но это ж не повод все разбазаривать? А во-вторых, и он, и Энцо окажутся в полной власти негодяев. А полагаться на их милость…

Э, нет!

Лучше уж сразу сдохнуть!

План капитана идеальным не был. Но и бегать от пиратов… помрешь уставшим[8].

Лучше уж выбрать момент там