Я с тобой играл - Кира Сорока

Не дождавшись ответа, спокойно захожу в его кабинет, потому что папа не закрывает его на ключ. Считается, что Снежане туда входить нельзя, да и нам, кстати, тоже. И отец почему-то уверен, что его никто не ослушается.

Не сегодня.

Я подхожу к столу и сразу вижу, что стеклянной рамки с фотографией нет. Этой фотке лет пять. Отец запечатлел нас с Русланом и засунул в рамочку. А теперь фотография просто лежит рядом с ноутбуком отца.

Заглянув в урну, нахожу осколки от рамки. Значит, Ева не соврала…

А я ведь очень рассчитывал, что её слова окажутся выдумкой, и сейчас несколько удручён неожиданно изменившимися реалиями.

Мой отец и горничная!.. Всё ещё не укладывается в голове, если честно.

Покинув кабинет, иду в столовую и застаю там бабушку. Она пьёт кофе. Увидев меня, сразу начинает суетиться:

– Давай блинчики пожарю? Твои любимые… Давно вроде не их не готовили?

– Да ладно тебе, ба, – чмокаю её в щёку. – Сейчас попрошу, чтобы мне пару яиц сварили, и всё.

– Ну, конечно… Только и ешь свои яйца и творог, – она почти силой усаживает меня за стол и уходит на кухню, бросив напоследок: – Руслан сегодня не в духе, может, хоть ты заставишь его позавтракать.

Вот делать больше нечего! Однако вслух я отвечаю бабушке с улыбкой:

– Без проблем!

В этот момент Рус появляется в столовой. И правда, выглядит чернее тучи. Наверняка из-за той синеволосой.

Брат плюхается за стол напротив меня и сразу наезжает:

– Ведь это ты подстроил всё это вчера?

Я скрещиваю руки на груди, приготовившись к долгой словесной дуэли:

– Всё это? Ты о чём?

– Я о той идиотке с синими волосами! – гневно выплёвывает Рус. – Сколько ты ей заплатил?

– Ничего я ей не платил.

Хотя я ведь ещё должен ей остался, вообще-то. И обязательно отдам долг, когда вновь увижу её. Если увижу…

Руслан пытается вновь что-то сказать, но я прерываю его, спросив с преувеличенным волнением:

– Ты мерина хоть нашёл? Мы ведь с Элей сразу за тобой пошли, но тебя уже и след простыл. Нам пришлось до дома на такси добираться.

– Мерина нашёл, – скривившись, отвечает брат. – На нём спустило колесо, и синеволосая просто бросила тачку на дороге. А ключи оставила в замке зажигания. Ладно хоть больше никто не угнал. И хорошо ещё, что она никуда не въехала.

– Да уж… Повезло! – говорю с участием. – Хорошо, что всё хорошо закончилось, верно?

Позволяю себе расплыться в улыбке, вспомнив остаток вечера с Элей. Теперь Руслан точно отстаёт от меня по всем позициям, ведь мы явно сблизились с моей Золушкой. И за это спасибо синеволосой, естественно.

Вскоре бабушка приносит блинчики, джем и две чашки кофе. Она частенько готовит сама, игнорируя прислугу, потому что хочет быть полезной. Мой брат не может устоять перед вкусным ароматом, поэтому от еды не отказывается.

Мы с Русом вовсю завтракаем, когда в столовую заходит Ева. Уже проснулась, чёрт возьми!

Практически потребовав у бабушки стакан тёплого молока, она садится возле меня, и её губы внезапно прикасаются к моей щеке. Я отшатываюсь и смотрю на неё ошарашенно. Руслан присвистывает. А Марк, тоже появившийся в этот момент в столовой, начинает ржать.

– Крутая получилась ночка, – с ехидной улыбочкой шепчет Ева. – Надо как-нибудь повторить, да?

Кусок блина, который я только что откусил, неминуемо застревает в горле. Я закашливаюсь. А Руслан присвистывает ещё раз, чёрт бы его побрал!

– Кажется, мы чего-то не знаем? – поигрывает он бровями.

Когда приступ кашля проходит, я гневно бросаю Еве:

– Ты о чём, мать твою?!

– Демьян, – одёргивает меня бабушка, поставив стакан молока перед Евой. – Кто научил тебя так разговаривать с девушками?

Правда в глазах бабушки я читаю, что она и сама послала бы куда подальше всю эту напыщенную семейку.

– Прости, ба, – отвечаю ей, не особо виновато, и вновь смотрю на девчонку. – Тебе сон, что ли, приснился? Фантазия разгулялась?

– Да перестань! – она картинно машет рукой. – Ну хорошо. Если ты стесняешься, то я и рта больше при остальных не открою.

– Нет уж, ты поведай нам всем, что было ночью, – воодушевляется Руслан, поставив чашку с кофе на стол.

Теперь я и на брата смотрю уничтожающе. Ведь он понимает, что Ева лжёт. Определённо должен это понимать!

– Нет и нет! – она вскидывает руки в знак капитуляции. – Раз Демьян не хочет, то и я ничего не скажу, – и сразу томно шепчет мне: – Это будет нашей тайной, да?

Так вот чего она хочет? Будет молчать об отце и горничной, если я взамен буду играть по её правилам. И все вокруг должны подумать, что я и она… Что мы… это… того самого… славно повеселились этой ночью, да?

Твою мать! Вот же зараза!

Марк и Руслан, не моргая, смотрят на меня, словно ждут реакции на её слова. Что я сделаю? Буду отрицать? Промолчу? Признаюсь?

Чёрт!

– Можно тебя на минуточку, Ева? – цежу сквозь зубы, едва сохраняя спокойствие.

Вскочив со стула, хватаю девчонку под локоть и тоже вынуждаю подняться. Вывожу её в гостиную, потом во двор к бассейну.

– Ты в своём уме? – рычу ей в лицо, оттесняя подальше от парадного входа, к деревьям.

– А что здесь такого? – она невинно хлопает ресницами. – Ну подумаешь, все будут считать, что между нами было. И что?

– А то! – рявкаю. – Отец меня пополам распилит. Тебе шестнадцать, чёрт возьми!

– Не распилит, – отрезает Ева уверенно. – Особенно теперь, когда у тебя есть на него такой компромат. Ты представь, Демьян, какой я подарок тебе сделала! Теперь ты можешь перечить отцу. Шантажировать его в свою пользу.

Да она не понимает, о чём говорит! И совсем не знает моего отца! Шантажировать? Ага, конечно!

– Взамен я всего лишь хочу быть с