Найденные любовью - Кара Фьер

Напротив меня, в таком же укромном коридоре стоит Виктория и качает головой, глядя на меня.

— Стой на месте. — одними губами показывает она и я застываю.

Здесь так темно, что увидеть ее знаки было практически невозможно, если бы не свет луны, который проникает через окна. Я обращаю внимание, что дождь стих и видимо тучи рассосались.

Виктория показывает на свой телефон и приставляет его к уху. Если я правильно расцениваю ее жест, то она сообщила Луке и скоро они будут здесь. Мой телефон остался наверху, потому что я слишком глупая, чтобы подумать взять его с собой. Или за два года просто отвыкла от такой роскоши как собственный телефон.

— Найдите мне их. Они точно где-то в доме.

От этого голоса волоски на моем теле встают дыбом. Я вжимаюсь в стену, чтобы стать как можно незаметнее. Мимо меня проходит амбал, даже не замечая и направляется он прямо к лестнице.

Боже мой, там Стелла…

Совсем одна и безоружная.

Я в панике смотрю на Викторию, и она в это время что-то быстро печатает на телефоне. Я просто надеюсь, что предупреждает Стеллу запереться и никого не впускать.

***

Стелла

Что-то происходит и Габриэлла не убедит меня в обратном. Она выглядела как смерть, когда уходила. Гроза закончилась, и теперь в доме стало еще тише.

Нервно расхаживаю по комнате и сгрызаю очередной ноготь до крови.

Я так и знала, что вся эта работа Сантино не доведет до добра, а сейчас убеждаюсь на своем опыте. Телефон вибрирует и экран загорается новым входящим сообщением.

Я подхожу к столику и вижу сообщение от Сантино.

Сантино: Запрись и никуда не выходи.

Бегу к двери и закрываю замок на три оборота. И только потом позволяю себе испугаться.

Я: Заперлась. Что происходит?

Нервно стучу ногой, сидя на диване и смотря на три точке на экране.

Сантино: Виктория написала, что в доме Северо и его люди.

Мои глаза расширяются от ужаса, и я чувствую подступающую тошноту.

Как они могли здесь оказаться, когда нас охраняет 50 человек? Следующее сообщение отвечает на мой вопрос.

Сантино: В доме подземные ходы. Прошу тебя, никуда не ходи и веди себя как мышка. Договорились?

Мне хочется нервно рассмеяться, потому что я не могу сидеть здесь, пока Габриэлла и Виктория там. Среди людей, которые хотят их убить.

Новое сообщение.

Сантино: Я знаю, что ты хочешь спуститься к ним, но прошу тебя НЕ СМЕЙ. У них есть оружие, обе обучены элементарной самозащите и сейчас вместе. Мы уже едем. Потерпи 20 минут. Ради меня, моя рыжая бестия.

Сантино: Ответь, чтобы я знал, что ты получила мое сообщение.

Сантино: СТЕЛЛА

Я: Я тут. Сижу тихо.

Сантино: Молодец.

Я: Здесь есть окошко, я могу открыть его и попытаться привлечь внимание охраны снаружи.

Сантино: Нет. Не привлекай внимания. Велика вероятность того, что половина из них люди Северо, предавшие наш клан. Фабио уже пытался связаться с ними, как только Виктория сообщила о происходящем. И они не выходят на связь.

Сантино: Спрячься куда-нибудь, Стел. Найди неприметное место.

Я: Почему?

Сообщение приходит только через несколько минут.

Сантино: Человек Северо поднялся на второй этаж, и он вас ищет. Спрячься и веди себя тихо. Потерпи еще немного. Люблю тебя.

***

Габриэлла

Виктория убирает телефон и берет свой пистолет. Я делаю тоже самое и смотрю на нее, ожидая дальнейших указаний. Я совершенно не представляю, что делать. В голове пустота.

Блондинка чего-то выжидает и когда появляется очередной человек Северо — прыгает на него сзади и в мгновение ока перерезает горло. Тот даже вскрикнуть не успевает, а она уже в три шага перебегает ко мне.

— Пошли. — хватает меня за руку и тащит куда-то по коридорам и в итоге мы оказываемся в подсобке. Девушка бесшумно закрывает дверь и запирает ее на замок.

Включает фонарик на телефоне и роется в многочисленных коробках в поисках чего-то.

— Нам нужно сообщить охране снаружи. — наконец говорю я, когда прихожу в себя.

— Нельзя. — она достает упаковку влажных салфеток и вытирает свой клинок. Тот самый, который одалживала мне на встречу с Майклом. — Среди них есть предатели. Мы не можем так рисковать. Если нарвемся не на нашего человека, то просто выдадим свое местоположение. Так у нас хотя бы в этом есть преимущество.

Я взглядом нахожу бутылки с водой.

— Они все равно нас найдут. Дом не настолько огромен. — я залпом выпиваю всю воду.

— Я сообщила Луке, и они уже едут. Нам нужно продержаться 20 минут.

Она поворачивается ко мне, и я вижу, что ей чертовски тяжело сохранять спокойствие, но она старается. Еще и меня успокаивает.

— Поверить не могу, что в моем собственном доме есть подземные туннели! — гневно шепчет она и прислоняется спиной к стене. — Я просто поверить в это не могу!

— Я не понимаю, как так получилось, что многие из охраны — предатели?

Для такого могущественного человека как Фабио это очень странно. Его боятся, и все знают как он поступает с предателями. Безжалостно их убивает. И его совершенно не интересуют их оправдания. Так с чего вдруг они так осмелели?

— Он был далек от своего отца и всей семьи в течение двух лет. Люди подумали, что он отошел от дел, вот и решили рискнуть и заработать побольше денег и власти.

Мы замолкаем и Вики отключает фонарик, когда за дверью слышатся шаги. Я задерживаю дыхание.

— Одна дверь на втором этаже заперта изнутри. Там точно есть кто-то, но не подает ни звука. — говорит грубый мужской голос.

— Выбей. Они там. Вот мы повеселимся сейчас. Уже соскучился по своей маленькой игрушке. — хмыкает Северо.

Я морщусь и запускаю руку в волосы, хватая Викторию за руку.

— Сколько времени прошло? — я спрашиваю тихо у самого уха.

— Мы здесь две минуты.

Мне хочется рыдать. Я спускаюсь вниз по стене, оседая на пол. Виктория делает тоже самое.

— Мы можем только ждать.

— Там Стелла. И они доберутся до нее раньше, чем приедет Фабио.

Я на грани отчаяния. Чем я заслужила такое? Почему меня постоянно то похищают, то накачивают наркотиками, то снова похищают, отбирают сына, а теперь я вынуждена прятаться от убийц?

— Доберутся. — соглашается Виктория. — Мы не сможем ей ничем помочь сейчас. Если выйдем, то вероятнее всего, нас убьют. Всех. А так…

— А так только одну. Стеллу. — заканчиваю я, не в силах даже думать о том, что я только что сказала.

Никогда.