Ректорша со шпаргалкой - Ксения Мур

За дверью вряд ли слышали мой угрожающий шепот, а дальше если и так, то меня это не пугало больше. Насколько я поняла, бояться разоблачения стоит теперь не мне, а лорду. Его накажут за проступки доченьки, а меня пожалеют. К тому же, раз сама академия приняла иномирянку, то и им придется. Так я считала, по крайней мере.

— Проводите господина дознавателя к тайре Алиссии, — кивнул мне мужчина, — и побыстрее.

— Слушаюсь, милорд!

Глава 8

Ох, ну конечно, Алиссию же считают пустым местом, с чего бы этому внезапно измениться? Они будут слушаться кого угодно, только не меня! Ну ничего, это своеволие ненадолго, совсем скоро я покажу, кто здесь главный. Нужно только немного времени.

— Что собираетесь говорить дознавателю? — мне нужно было согласовать версию, чтобы она не рассыпалась, словно карточный домик, на который немного подули. — Вы ведь понимаете, насколько важно сейчас говорить одно и то же?

— Я все еще не могу поверить в происходящее, — хмуро рассматривая стену, отозвался лорд, — но если то, что ты сказала правда, от действовать действительно нужно сейчас, а не ждать. Если же это ложь, то я всегда могу сообщить королю о тебе.

— Разумно, согласна. Так, что будем говорить?

— Думаю.

Думает он! Времени мало, нужно единую версию выдвигать. А то придет сейчас дознаватель, солидный такой дядечка, ну или солидная женщина, в официальном костюме или что там у них. С серьезным выражением лица достанет из папочки бумагу и перо, поправит очки и начнет скрупулезно записывать ответы на свои вопросы. А что вопросов будет тьма тьмущая, которые обязательно будут повторяться в той или иной вариации, я совершенно не сомневалась. А он подумать решил!

— Можно побыстрее? — пытаясь принять сидячее положение, я кряхтела и пыхтела, словно столетняя старуха. — Время не ждет!

Громкий хлопок входной двери оповестил о приходе посетителей. А спустя пару мгновений на пороге моей спальни уже стоял дознаватель, недовольно кривя свою физиономию. Очков на нем не было, как и папочки под мышкой, а в остальном я не ошиблась представляя его. Невысокий, крепко упитанный, скорее даже грузный, с неприятным взглядом, от которого снобизмом несло за десятки миль.

Глядя на этого сеньора, мне в голову пришла мысль, что проще начать наш разговор с озвучивания требуемой суммы, поскольку жажды справедливости мы точно не увидим в ходе разговора.

— Лорд Ваэльсикй, что за срочность? — дознаватель не соизволил представиться, а начал сразу демонстрировать свое отношение. — У меня не так много времени, чтобы распивать чаи или выслушивать благодарные оды от девиц.

“Мразота!”, — единственное слово, которое вертелось у меня на языке и которое ни в коем случае нельзя было произнести. Разговорчик будет не из приятных, это я осознала сразу.

— Разумеется, я понимаю, — вежливо кивнул лорд. Нужно будет взять у него пару уроков самообладания, вон как держиться! — Речь как раз пойдет о подозреваемом Ингирисе.

— Невиновном, позвольте уточнить, — вставила я свои пять копеек. — Ингирис не виноват в том, в чем его заочно все обвинили.

Папенька бросил на меня короткий взгляд, ничего не выражающий, вроде как, но на самом деле, подозреваю, что таким образом мне велели заткнуться.

— Что за дурь? — фыркнул дознаватель и то запрещенное слово едва-таки не сорвалось с языка.

— Моя дочь говорит, что ситуация была интерпретирована нами не верно, — продолжил лорд как ни в чем не бывало. — Ее супруг, — выделил он, — всего лишь пытался помочь, а вовсе не убить свою жену.

— Это как же? — ехидно ухмыляясь, дознаватель окинул меня сальным взглядом. — Насколько мне известно, тайру нашли на полу в собственной крови, а тайр даже не пытался отрицать своей вины.

— И что, признал вину? — снова встряла я, несмотря на неозвученный приказ молчать.

— Он не отрицал, — с нажимом протянул мужичок. Ситуация его наверняка забавляла.

— Но и не признавал ее, не так ли? Молчание не равно признание, при всем уважении, господин дознаватель. А признать вину он не мог, так как ничего не совершил.

Мужичок перевел вопросительный взгляд на лорда и клянусь, я готова была в этот момент закричать! Что за отношение, в конце концов? Нет, я все понимаю, может в академии Алиссию действительно ни во что не ставили, но за ее пределами-то откуда знали об этом? Или тут все королевство в курсе взбалмошности горе-ректорши?

— Почему вы смотрите на моего отца? — практически прорычала я, привлекая внимание и дознавателя и лорда. — Кажется, Ингириса обвиняют в покушении на мою жизнь? Так почему же вы мои слова пропускаете мимо ушей?

— Алиссия, — начал было папаша, видимо желая усмирить меня, но только не тут-то было!

— Я не права в чем-то? Или это вы, отец, были в моей ванной, когда все случилось? Почему господин дознаватель пытается узнать у вас правдивы ли мои слова, когда вы в это время находились далеко отсюда?

Толстяк недовольно скривил свою физиономию, словно ему под нос кучу дерьма сунули, закатил глаза и сердито выдохнул, поправляя при этом свой галстук. Не понравилось, похоже, дознавателю, что его ткнули мордой в такой нелицеприятный момент.

— Тайра, ваши слова необходимо чем-то подкрепить, — снисходительный тон бесил до чертиков. — Пока, вы не предоставили никаких доказательств.

— Простите? — тут уже лорд вмешался, пораженно глядя на служащего. Очевидно, его тоже крепко покоробила формулировка. — Что значит, доказательства? Моя дочь, на которую как раз якобы и было покушение, как она весьма точно подметила, утверждает, что это ошибка. А вы требуете доказательств?

— Лорд Ваэльский, я в первую очередь беспокоюсь о самой тайре. Ведь, вполне возможно, что ее принудили сказать о невиновности некого Ингириса. Вы же не хотите, чтобы покушение повторилось, только в этот раз успешно?

У меня внутри все бурлило и кипело. Злость настолько сильно разливалась по венах, что казалось, я сама скоро совершу покушение! Этот толстый, мерзкий боров, похоже, то ли денег хотел, то ли точил зуб на моего супруга.

Думать об Ингирисе, как о своем муже получалось весьма плохо. Сей факт царапал каждый раз сознание, словно заноза, загнанная неудачно в палец. Ее бы вытащить и вздохнуть свободно, только,