Мой любимый тиран - Ирина Кириленко

Сергей чувствовал, что от него что-то важное ускользнуло. Какой-то маленький незначительный нюанс, который мог бы дополнить мозаику и показать картину случившегося более развёрнуто и полно.

Очевидно, что Нина была знакома с этим Оксаниным крёстным. И даже, возможно, между ними что-то было. Наверное, какая-то ссора, получившая сейчас развитие. А он просто стал триггером, спровоцировавшим скандал…

Молодой человек решил не давить и ни о чём сейчас не расспрашивать. Тем более, что девушка сидела рядом с абсолютно отсутствующим выражением лица. Надо дать ей время. Потом, если будет готова, Нина сама ему объяснит некоторые вещи… если посчитает нужным.

Он тепло попрощался, когда они, наконец, подъехали к Нининому дому и пообещал звонить. Девушка его сильно зацепила. Мужчина бы очень хотел продолжить с ней развивать отношения… Но не сейчас… Сейчас она была в шоке… Пусть успокоится. А вот тогда… Тогда он пригласит её на свидание.

Нина, как-то совсем автоматически, чуть ли не рефлекторно, кивнула на прощание Сергею и, взяв чемодан, побрела домой.

Напрасно Валя с Серёжей думали, что у неё в голове происходит сумбур. Это было вовсе не так.

Какое-то чёрное, липкое, заполонившее душу чувство безысходности и тоски сжало своими цепкими пальцами сердце… В голове крутилась лишь одна мысль… «Ну вот и всё, - тысячу раз повторяла себе Нина, - Ну вот и всё…».

* * *

Понедельник, как всегда, протекал неуютно и беспокойно. Нину кто-то постоянно дёргал, задавал нелепые вопросы, просил объяснить… Девушка не успевала отдышаться.

Время обеда наступило внезапно. Люда со Светланой Николаевной уже ушли. Закончив трудиться над последним расчётом, Нина отложила бумаги и отправилась на обед в столовую.

Она забилась в самый угол, высмотрев там незанятый столик и, не чувствуя вкуса, принялась за еду.

Внезапно в столовой наступила необычайная тишина. Всегда стоящий здесь гул неожиданно стих и, оторвавшись от своей тарелки, девушка заметила, что все, как по команде, повернули головы в сторону двери.

Подняв взгляд выше, Нина поняла, что заставило всех присутствующих напрячься и затаить дыхание. Появление в столовой Большого Босса было, поистине, невероятным событием! За три прошедших года, что она здесь, девушка никогда не видела его не только в столовой, а, вообще, нигде! А тут он решился спуститься в народ…

Беркутов на мгновение застыл у двери, окидывая внимательным взглядом зал, а потом, видимо, разглядев, что искал, решительно направился к столику Нины.

Девушка натянула на лицо вежливо-равнодушное выражение, наблюдала, как он отодвинул стул и сел.

- Нина, нам нужно поговорить, - словно не замечая возникшего из-за него оживления, начал босс, - Во-первых, я хочу извиниться…

Девушка безэмоционально заглянула ему в глаза и промолчала.

- Я вёл себя, как… в общем, недопустимо… - он надолго замолчал, подбирая слова, - Ну хочешь, обзови меня как-нибудь? Не стесняйся! – растерянно пробормотал он, не дождавшись никакой реакции.

Нина отложила вилку и устало вздохнула.

- Константин Сергеевич… Извиняться уже входит у Вас в привычку. Наверное стоит задуматься, как научиться себя контролировать, чтобы потом не пришлось унижаться… Хорошо, я Вас прощаю… У Вас всё? Я бы хотела закончить с обедом.

Беркутов ожидал какой-угодно реакции… упрёков, обзывательств… может быть, даже скандала… Но Нина просто сидела и разглядывала его равнодушно. Словно глупого мотылька, который суетливо и безрезультатно снова и снова бился о стекло.

- Нин… - наконец он решился нарушить затянувшуюся паузу, - я хочу всё вернуть…

Кажется, девушка этого не ожидала. Во всяком случае, именно эти слова проделали брешь в этой стене холода и отстранённости. Она вспыхнула, сжала губы и едко спросила:

- А что? Разве есть, что возвращать?

- Ну… - мужчина смутился, - наше общение… разговоры… наш чат…

- Константин Сергеевич, - не дала она ему продолжить, - у меня складывается впечатление, что по развитию Вы недалеко ушли от своей Оксаны…

- Нин, я серьёзно…

- Хорошо, - она снова вспыхнула и рассерженно сверкнула глазами, - если Вы сами не понимаете, я объясню… Наше «общение» - это разовый трах в туалете и постоянные с Вашей стороны придирки… «Разговоры» - это, когда Вы меня унижаете или орёте, а я иногда пытаюсь ответить… Наш «чат» - это угрозы увольнением, если я сделаю что-то, что Вам не будет угодно… Вы собираетесь это «вернуть»???

- Ну, если всё именно так формулировать, то конечно… Но было же и что-то хорошее, Нин! – он заглядывал ей в глаза, словно ребёнок, выпрашивающий шоколадку.

Сердце девушки дрогнуло, и она, пытаясь всеми силами сдержать внезапно накатившие слёзы, очень устало произнесла:

- Константин Сергеевич… хорошего было так мало… Лучше бы мне было Вас вовсе не знать!

Он, проглотив ком, застрявший в горле, хрипло, почти шёпотом, произнёс:

- А если я скажу, что теперь будет всё по-другому? Если пообещаю, что постараюсь…

- Вы "постараетесь"?! Серьёзно?! – настроение Нины резко переменилось, - Константин Сергеевич, я никогда не буду настолько пьяной, чтобы публично лезть к Вам в штаны! Вы ведь именно к такому привыкли? Мне более чем достаточно было в жизни одного кобеля! И давайте, наконец, закончим этот непродуктивный разговор! Пашка, по крайней мере, старался как-то вуалировать свою натуру…

- Пашка! – босс тоже повысил тон, - Ты сравниваешь меня со своим блудливым мужем?!

- Скажите спасибо, что не с Семёном или Сергеем! На их фоне…

- Ах вот как?! С Сергеем?! – уже не заботясь о том, что они стали предметом пристального внимания всех присутствующих, внимательно вслушивающихся в их разговор, мужчина вскочил, с грохотом откинув стул, - Нина Владимировна! Попрошу Вас не забывать, кто Вам платит зарплату! И постараться впредь относиться более трепетно к своему начальству! С Сергеем она ещё меня будет сравнивать!!! Совсем распустились!!!

В ярости сжимая кулаки и бешено вращая глазами, мужчина ринулся к выходу, а Нина, смущённо оглядываясь на коллег, мечтала провалиться со стыда сквозь землю…