Сын для инопланетного воина - Хани Филлипс

— Не волнуйся, моя мири. Я уверен, что все в порядке.

Кестов остановил повозку перед воротами во двор.

— Может быть, тебе стоит подождать здесь.

Ее глаза сузились.

— Почему?

— Если это дом цире, он может оказаться более благосклонен к встрече со мной одним, чем к встрече с парой.

— А если он ужасный рабовладелец, то может подумать, что ты такой же, и расслабиться, — заметила она.

— Возможно, ты и права, — и он предпочел бы, чтобы она была

рядом. — Хорошо, — согласился он. — Просто держись позади меня.

Мэрайя закатила глаза, но кивнула и пристроилась позади него. Хвост потянулся к ней и обвил ее запястье, и она благодарно его погладила. Она не нервничала, но абсолютная тишина была странной. Слышалось отдаленное мычание скота, но кроме него доносился лишь слабый шелест ветра. Если бы это был фильм в жанре вестерн, то следовало бы ожидать, что мимо пронесется перекати-поле.

Кестов толкнул ворота, петля скрипнула достаточно громко, чтобы заставить Мэрайю подпрыгнуть. Внутри двор был таким же заброшенным. По краю открытой веранды с одной стороны увядшие цветы, а декоративные солнечные часы были сбиты с постамента. Выложенная плиткой дорожка, ведущая к входной двери, была покрыта пылью и потертыми следами. Ее надежды снова начали угасать. Конечно, ее сестры здесь нет? Она не могла представить себе Джудит, живущую в такой неопрятной обстановке. Но тут ее взгляд зацепился за мелькнувший под кустами ярко-красный предмет.

Она дернула Кестова за хвост и указала на него. Яркий цветной мячик, очевидно, детская игрушка, лежал наполовину скрытый в зарослях. Воин увидел его и кивнул, сжимая в руке оружие. «Пожалуйста, — взмолилась Мэрайя, — пожалуйста, пусть они будут здесь».

Тропинка вела к веранде и большим двустворчатым дверям, обитым металлом. Рядом с ними висел небольшой колокольчик. Жестом велев Мэрайе отойти в сторону, Кестов потянул за колокольчик. Неожиданно мелодичный звон разнесся по двору, противореча гнетущей тишине. Они ждали, но в доме по-прежнему ничего не происходило. После долгой паузы он постучал в дверь кулаком.

— Уходите. Я уже говорила вам, что не знаю, где находятся бумаги.

Голос был, несомненно, женский, но молодой и испуганный. Не ее сестра. Сердце Мэрайи заныло, но она не могла не отреагировать на ужас в нежном голосе.

— Мы здесь не в поисках бумаг. Мы пытаемся найти человека. Вы можете нам помочь? — Она еще раз оглядела заброшенный двор. — Или может вам нужна помощь?

Еще долго длилось молчание, и она уже начала отчаиваться, что ей ответят, но тут послышался звук отпираемого засова. Дверь распахнулась. Там стояла симпатичная молодая граниканка с лавандовыми волосами, в дрожащих руках она держала пистолет и смотрела на них. Ее взгляд переместился с Мэрайи на Кестова, ее глаза округлились, краска исчезла с ее лица.

— Кто вы? — прошептала она.

Пока она говорила, белокурая головка показалась из-за края ее юбки. Маленький мальчик даже не взглянул на Мэрайю, а смотрел прямо на Кестова.

— Папа! — закричал он и со слезами на глазах бросился к ее мужчине.

Кестов инстинктивно распахнул руки и подхватил мальчика. Малыш всхлипывал у него на шее, и воин бросил на Мэрайю беспомощный взгляд. Она уставилась на них двоих, и он увидел, что в это мгновение она пришла к тому же выводу, что и он. Его брат — его брат-близнец — был тем самым подлым цире, который купил человеческую женщину в качестве рабыни.

Потрясение и горе захлестнули его. Как мог Братан совершить такое? Братан, которого он помнил, никогда бы не нарушил столь фундаментальный принцип их общества — но более того, он был по-настоящему добрым мужчиной, всегда готовым помочь словом или делом. Как он мог опуститься так низко? А если и так, то Кестов мог винить только себя. Как сильно изменился Братан с тех пор, как покинул их корабль, и все потому, что Кестов не смог понять мечты своего брата. Его ненависть к себе была так велика, что ему потребовалась минута, чтобы понять, что мальчик говорит с ним.

— Где ты был, папа? Деви сказала, что ты никогда не вернешься.

Мальчик нахмурился и посмотрел на девушку, которая все еще не сводила глаз с Кестова, словно увидела привидение. Неудивительно, если она приняла его за Братана. Но где был его брат? Неужели он усугубил свои грехи, бросив рабов в этом пустынном месте? Кестов не мог — не хотел — верить в это, но альтернатива была еще более болезненной. Его сердце болело, и он крепче обнял мальчика.

— Чарли. Чарли, ты помнишь меня? — настойчиво проговорила Мэрайя.

Мальчик покачал головой и снова зарылся мокрым лицом в шею Кестова.

— Деви — это твое имя? — спросил Кестов.

— Деводжи, — поправила граниканка, не отрывая взгляда.

— Где мой брат? Где Братан?

— Твой брат? — Она слегка пошатнулась на пороге, и Мэрайя потянулась за ней. Девушка повернулась, чтобы поблагодарить ее, и ее рот приоткрылся, когда она взглянула на нее еще раз. — Вы… вы родственница госпожи Джудит?

— Да, родственница. Она моя сестра. Вы можете сказать мне, где ее найти?

— Я… я думаю, вам лучше войти.

Деводжи зашла в дом, и они оба последовали за ней. Мальчик все еще цеплялся за шею Кестова, и его ручки практически душили его, а хвост успокаивающе поглаживал его по спине. Внутри все окна были закрыты ставнями, но он хорошо видел, что дом был в гораздо лучшем состоянии, чем снаружи, скудно обставлен, но чист и ухожен.

— Где он? — поинтересовался он, как только за ним закрылась дверь. — Где мой брат?

— И моя сестра?

Мэрайя встала рядом с ним, положив руку на спинку Чарли. Малыш наконец поднял голову и посмотрел на нее.

— Ты похожа на маму.

— Да, похожа. Это потому что мы сестры. Я знала тебя, когда ты был совсем маленьким.

— Вовсе нет. Я уже большой мальчик.

— Да, ты такой. Такой большой. — Ее глаза наполнились слезами. — Твоя мама когда-нибудь упоминала обо мне? Меня зовут Мэрайя.

Он наклонил голову, рассматривая ее.

— Это ты поешь?

— Да, верно. Я раньше пела тебе тоже.

— Спой для меня, — попросил мальчик.

— Обязательно, но сначала нам нужно поговорить с Деводжи.

Мэрайя подняла глаза, чтобы встретиться с ним взглядом, и Кестов увидел в ее глазах тот же ужас, который наполнял его сердце. Если то, что он подозревал, было правдой, Чарли не нужно слушать этот разговор.

— Чарли, ты можешь показать Мэрайе свою комнату? — спросил он.

— Нет, — руки Чарли снова обвились вокруг его шеи. — Не хочу оставлять тебя,