Великолепный - Джилл Барнет

– У нас неприятности, милорд! – Детина запыхался и с шумом втягивал в себя воздух.

– Что случилось?

– Видите ли, милорд, стены замка...

Роджер нагнулся поближе к Меррику и прошептал:

– Слушай, похоже на то, что от пения твоей невесты потрескалась главная стена замка.

– Это бы меня ничуть не удивило. – Меррик поморщился. – От ее пения у меня едва не лопнули барабанные перепонки. – Граф перевел взгляд на здоровенного стражника.

– Так что же случилось со стенами?

Детина замялся.

– Как бы это поточнее выразиться, сэр? Дело-то, в общем, не в стенах, а в том, что творится рядом с ними. Хотя, возможно, и в стенах тоже. Кто тут разберет? Так вот, милорд, под стены замка подступили волки.

– Волки?

– Истинная правда, милорд! – Глаза солдата округлились, в них ясно читался страх. – Прямо у самых стен стоят, зверюги!

Меррик и Роджер с минуту озадаченно молчали, потом Роджер громко, в голос, расхохотался, да и у Меррика губы тоже стали подергиваться от сдерживаемого смеха.

– Их много, милорд, целые стаи!

Роджер заливался вовсю. Его разбирал такой смех, что он – от избытка чувств – принялся колотить по столу кулаком.

Стражник, однако, нисколько не развеселился и смотрел на графа с прежней серьезностью во взоре.

– Они задрали морды и воют, глядя на стены, милорд. Как на луну в ночь полнолуния.

Буквально на следующий день будущий супруг и повелитель в корне пресек замыслы Клио по переустройству облюбованной ею удобной кладовки в алхимическую лабораторию, где она могла бы хранить травы, специи и экспериментировать с ними. Это помещение из соображений обороны Меррик решил превратить в склад для воинских доспехов и оружия, включая пустотелые горшки, готовые принять в себя любое содержимое, в том числе и то, о котором с таким воодушевлением беседовали за столом рыцари.

Клио стояла у окна своей комнаты и поглядывала на шатер, видневшийся в отдалении. «Странно, что они не утыкали его острыми шипами, – мрачно думала девушка, – опять же исходя из соображений обороны».

Там, в шатре, граф совещался сейчас с мастером Джеймсом – архитектором и старшиной гильдии каменщиков монастыря Святого Георгия. Утром Меррик прислал в ее покои вестника с настоятельной просьбой принять участие в этой встрече, но Клио решила не торопиться. «Черт его знает, о чем там они будут совещаться, – подумала она. – Может, о том, чтобы отобрать у меня платья, набить их соломой, сделать чучела и выставить на парапетах вдоль стен – на страх грозным валлийцам. Разумеется, из соображений обороны, кто же в этом усомнится?»

Клио оперлась ладонями о подоконник, подняла голову и окинула взглядом небо в надежде узреть хотя бы самое маленькое облачко. Но на небе, как назло, не было ни единой тучки.

Циклоп, урча, как горшок с пчелами, мирно почивал в углу. Клио отвернулась от окна и некоторое время в молчании созерцала спящее животное. Если бы собирался дождь, ее питомец не был бы таким спокойным и кротким, да и Грош не дремал бы так мирно на своем подсвечнике...

Тяжело вздохнув, Клио снова устремила взгляд на шатер, стараясь представить себе, каково будет его обитателям, если вдруг грянет гром и разразится сильнейший ливень.

«Просто безобразие какое-то! – сказала она себе. – С чего это солнце сегодня рассиялось, как ненормальное? Было бы куда лучше, если бы началась буря».

Девушка бросилась на свой соломенный тюфяк и, уставив глаза в потолок, принялась перебирать четки. Через несколько минут это занятие ей надоело. Она вскочила и принялась мерить шагами комнату, повторяя вслух буквы греческого алфавита: – Альфа, бета, гамма, дельта...

Покончив с греческим алфавитом, Клио принялась за французский, но, прервав себя на полуслове, вдруг затанцевала по комнате, старательно выполняя изящные па каприоля. Одновременно она нараспев спрягала французские глаголы. Потом, когда ей наскучило и это, она стала читать по-латыни Евангелие от Иоанна.

Ровно через два часа после того, как удалился посланный от Меррика человек, Клио вышла из своей комнаты и направилась к лестнице.