Море, остров, девушка... - Люси Гордон

— Ну-ка, расскажи! Я умираю от любопытства.

— Я поведал им о том, как Фантом сбил меня с ног.

— Ты правда рассказал им эту историю? — восхитилась Харриет. — Почему?

— Ты мне посоветовала, — ответил Дариус.

— Но меня же не было с вами. Я гуляла с Фантомом.

— Была. Ты всегда рядом. Ты не знала?

— Нет, — пробормотала она.

Его взгляд стал настойчивее.

— Думаю, ты о многом не знаешь.

— Похоже на то.

— Значит, не я один сбит с толку.

Дариус говорил о чем-то желанном для нее, во что Харриет очень хотелось верить. Не словами, но взглядом, нерешительным голосом, своей неуверенностью он подсказывал, что все в ее руках.

Выигрывая время, она заявила:

— Великий финансист не может быть сбит с толку.

— Он был в этом уверен, — согласился Дариус. — Поэтому, когда все произошло, он не знал, как с этим бороться.

В ноутбуке что-то зажужжало.

— У тебя письмо, — заметила Харриет. — Я пойду спать. И тебе советую немного отдохнуть.

Она вышла и бросилась в свою комнату, убеждая себя, что рада внезапному завершению разговора, спасшему ее от слов и поступков, о которых она могла пожалеть.

Марк и Фрэнки безумно радовались прогулкам. Они устали от городской жизни, и побег на остров уносил их на седьмое небо. Они плавали на яхте Харриет и веселились, когда отец называл ее капитаном. Несколько раз женщина заметила, что дети понимающе переглядываются.

Как-то после очередной прогулки она отправила Дариуса в кабинет разбираться с делами, а сама стала помогать Кейт с ужином.

— Папа не будет ужинать с нами? — спросил Марк.

— Бедняга должен немного поработать — ведь он весь день провел с вами. Я отнесу ему ужин.

— Вы с папой поженитесь? — поинтересовалась Фрэнки.

— Рано об этом думать, — быстро ответила Харриет. — Пока мы только друзья и никуда не торопимся. Не вздумайте спрашивать его об этом.

Харриет уставилась на дверь кабинета. Она надеялась, что он ничего не слышал.

Позже Дариус присоединился к ним, и, пожалуй, только Харриет заметила, что он необычайно молчалив. Когда дети ушли спать и все в доме стихло, ее не удивил стук в дверь.

— Извини. Фрэнки поставила тебя в неловкое положение, — сказал Дариус, входя. — Она слишком маленькая, чтобы понять… что все происходит не так быстро.

— Ты прав, — согласилась Харриет. — Неторопливость может уберечь от массы ошибок.

— Что это значит? Харриет, не отгораживайся от меня. Только не сейчас.

Она вздохнула:

— Я выскочила замуж за Брэда… слишком молодой. Ох, ну…

— Не останавливайся, — взмолился Дариус. — Поговори со мной. Ты все держишь под замком, а это неправильно.

— Я так долго скрывала правду, что теперь сложно что-либо поменять… Соседи называли нас идеальной парой, и меня это устраивало. Мне было бы стыдно, узнай они правду. Я любила Брэда, а он считал это чем-то само собой разумеющимся и делал что хотел.

— Продолжай, — нежно произнес он. — Харриет, пожалуйста, расскажи мне все.

Она подошла к окну и запрокинула голову, тяжело дыша. Ей казалось, что она разрывается на части. Мужество покинуло женщину. Дариус с нежностью смотрел на нее, и она протянула к нему руки, едва это осознавая.

Он тут же оказался рядом.

— Скажи мне, — повторил он. — Не отталкивай меня. Если бы ты понимала, насколько это важно.

— Почему? — прошептала Харриет.

Вместо ответа Дариус нежно коснулся ее губ своими губами:

— Теперь понимаешь?

Она вглядывалась в его лицо.

— Не знаю. Я в замешательстве.

— Доверься мне, Харриет. Это все, чего я прошу.

Она положила голову ему на плечо:

— Наш брак был ошибкой. Я влюбилась, а позже не хотела признать, что Брэд оказался не тем человеком, за которого я его приняла. Сомневаюсь, что он хоть единожды был честен со мной. В итоге Брэд оставил меня ради женщины, которую встретил в Америке… Он уехал к ней, и они вместе погибли в автокатастрофе. Я до сих пор храню его последнее письмо с требованием немедленного развода, потому что его любовница беременна. Это сильно ранило меня. Я мечтала о детях, а муж просил не спешить. Странно, но я прежде всего не могу простить ему того, что он бросил Фантома. Бедный пес обожал его. Когда Брэд уезжал, он сидел у окна, высматривая хозяина, а потом сходил с ума от радости, встречая его. Уходя от меня, Брэд заявил, что оставляет пса. Я не могла поверить, что он может быть так жесток. Это все из-за нее. Она не любила собак, и Брэд просто вышвырнул Фантома из своей жизни.

Дариус грубо выругался.

— Я сказала ему примерно то же самое, — согласилась Харриет. — Никогда не забуду тот день. Фантом наблюдал, как Брэд грузит вещи в машину. Он начал скулить, потом завыл и бегал за Брэдом. Клянусь, пес понимал, что происходит, и упрашивал его не покидать нас. Брэд накричал на него и оттолкнул. Затем сел в машину. Пес бежал за ним, а потом вдруг остановился и сел посреди дороги, глядя вслед. Я возненавидела Брэда. Я готова была простить ему измену, но не это. Фантом целыми днями сидел у окна, ожидая его возвращения. Потом лежал, глядя в пустоту. Он понял, что все кончено. Я пыталась подбодрить его. Говорила, как сильно люблю его, и обещала, что мы никогда-никогда не расстанемся.

— Харриет, ты говоришь так, будто Фантом — человек.

— Я так и воспринимаю его. Только он более верный и любящий. Надеюсь, что со мной он счастлив. Интересно, горюет ли он по Брэду?

— Возможно, это зависит от тебя, — осторожно начал Дариус. — Если бы он знал, что ты все еще тоскуешь по Брэду…

— Но это не так, — возразила Харриет. Слишком быстро, как показалось Дариусу. — Пес — часть моей прошлой жизни. Как я могу не любить его, когда он такой милый?

— И он напоминает тебе о муже. Не лжешь ли ты самой себе? Ты действительно забыла Брэда?

— То была другая жизнь, другой мир.

— А что с этим миром? — спросил Дариус, аккуратно подбирая слова.

— Этот мир только и имеет значение. Но очень сложно понять, какому миру принадлежу я.

— Тут я готов тебе помочь, — заявил он, накрыв ее губы своими, и прошептал, не прерывая поцелуя: — Ты принадлежишь этому миру, моим рукам и моему сердцу.

Харриет ответила ему мягким касанием губ. Осторожно лаская пальцами лицо Дариуса, она прижала его голову к себе. Как бы больно ни было потом, она рискнет ради этих чудесных мгновений.

Почувствовав, что он ведет ее к постели, она охотно поддалась. Харриет хотела, чтобы это произошло. Она отмела страх и недоверие, чувствуя, что возрождается к жизни. Сейчас она стала такой, какой должна была быть — женщиной, которая с радостью отдается страсти, но для которой нежность значит столько же, если не больше.