Море, остров, девушка... - Люси Гордон

— Добрый вечер, миссис Коннор.

Ей показалось, или он действительно сделал ударение на слове «миссис»?

— Добрый вечер, мистер Фэлкон. Как неожиданно. Вы не сообщили, что приедете.

— Внезапное решение. Вы не пригласите меня войти?

— Конечно.

Харриет провела его наверх, держа Фантома за ошейник, чтобы тот не вздумал проявить дружелюбие. Но ей не стоило бояться. Как только они оказались в квартире, Фантом забрался в самый дальний угол и улегся, недоверчиво глядя на Эймоса.

Закрыв дверь, Харриет обратилась к нему:

— Если вы хотели увидеть Дариуса, его здесь нет.

— Я знаю, что он в Лондоне. Мы виделись пару раз. — Старик посмотрел на нее. — Он вам об этом не говорил? Странно.

Улыбка его была холодной, и Харриет вспомнила, что Дариус описывал отца как жестокого, хитрого и безжалостного человека. Зачем он прилетел к ней?

— Значит, вы не знаете, что с ним? — Веселый тон Эймоса показался ей фальшивым.

— Я не спрашиваю Дариуса о его делах, — ответила Харриет. — Сомневаюсь, что я в них что-то пойму.

— Возможно, но если мужчина решает свои проблемы, причем решает успешно, это не так сложно понять. В любом случае это не важно. Нам надо кое-что обсудить.

— Кофе? — вежливо предложила Харриет.

— Да, спасибо. Вы мне очень понравились при первой встрече. Вы замечательная молодая женщина. Вы не только спасли моего сына, но и владеете таким магазином. Он стоит гораздо больше, чем можно предположить с первого взгляда.

— Откуда вы знаете, сколько он стоит?

Эймос пожал плечами:

— Эту информацию несложно раздобыть. Магазин принадлежал вашему мужу, но у него было мало времени, так что все легло на вас. Меня впечатлило то, что я выяснил. Прибыль магазина выросла в два раза, и я готов заплатить за него хорошие деньги.

— Он не продается.

Эймос усмехнулся:

— Я не сомневался, что вы так ответите.

— Он действительно не продается.

— Конечно. Но не стоит терять время. Мы оба знаем ему цену. Вы оказали большое влияние на моего сына, но теперь он возвращается к прежней жизни, и я не хочу, чтобы он вспоминал о вас. Борьба еще не закончилась, и ему понадобятся все силы, чтобы вернуть прежнее положение.

Харриет сделала то, что делала крайне редко: она вышла из себя и бросила на Эймоса такой взгляд, что старик отпрянул.

— Я не буду обсуждать с вами Дариуса, — заявила молодая женщина. — Если он хочет порвать со мной, пусть скажет об этом сам, и я отпущу его. Я не собираюсь держать его мертвой хваткой, а вам не придется меня покупать. Это понятно?

Эймос Фэлкон доброжелательно улыбнулся ей, и Харриет захотелось его убить.

— Конечно, понятно, и я уважаю вашу силу духа. Но позвольте мне выразить свое уважение двойной ценой за магазин. Больше такой возможности у вас не будет.

— Вы безумец, — выдохнула она. — Думаете, все продается?

— Нет, я думаю, что вы надеялись на долговременные отношения. После того, как ваш муж столь ужасным образом бросил вас, вы стремитесь обезопасить себя.

Ее словно окатили ледяным душем.

— Ужасным образом? Дариус рассказал вам об этом?

— Не совсем. Это я рассказал ему.

— Когда?

— На свадьбе Мэри.

Харриет потеряла дар речи, ее глаза расширились от ужаса.

— Он повел себя как рыцарь, — продолжал Эймос. — Заявил, что это ваше дело. Но мне кажется, он был немножко расстроен, выяснив, что, притворяясь открытой, вы на самом деле остаетесь замкнутой.

В голове Харриет все поплыло. Она вспомнила тот сладкий миг, когда доверилась Дариусу и поведала ему самую сокровенную тайну.

Оказывается, все это время он знал и молчал.

— Вон, — выпалила Харриет, — вон отсюда!

— Правильно! — послышался голос.

Харриет и Эймос повернулись и увидели Дариуса. Его лицо пылало от ненависти.

— Ты слышал ее? — обратился он к отцу. — Уходи. Прочь с этого острова. И никогда не возвращайся.

— Что ты здесь делаешь?! — рявкнул Эймос.

— Когда я узнал, что ты отправился сюда, то последовал за тобой. Я не сомневался, что ты попробуешь провернуть нечто подобное. К счастью, я появился вовремя.

— Я пытался помочь тебе, — прорычал Фэлкон-старший. — Тебе многое удалось сделать за эти дни.

— Да. Я кое-что исправил, не все, но этого достаточно, чтобы выжить. Я возвращаюсь на остров. Навсегда. Моя штаб-квартира разместится здесь, в «Большом маяке», и я буду решать проблемы отсюда с помощью моей жены.

— Жены?! — воскликнул Эймос. — Значит, ты попросил ее руки? Чертов дурак!

— Нет, я не сделал ей предложение, — ответил Дариус, взглянув на Харриет. — И после всего, что ты наговорил, у меня не так много шансов. Но я никогда не сдаюсь. Если я что-то решил, то добьюсь своего. Ты научил меня этому, и я благодарен тебе за урок. Конечно, это будет непросто. Ни одна женщина в здравом уме не захочет стать членом нашей семьи. Но я постараюсь, чтобы Харриет простила меня и поняла, что я не смогу жить без нее.

Харриет пробовала заговорить, но слезы застилали ей глаза и в горле стоял комок.

— Теперь уходи, — тихо сказал Дариус отцу.

Эймос понял, что проиграл. Сердито взглянув на сына и Харриет, он стремительно вышел.

— Каждое мое слово — правда, — заявил Дариус. — Я люблю тебя, Харриет. Я хочу всегда быть с тобой. В Лондоне я все приготовил для переезда сюда. Конечно, следовало бы спросить тебя, но это не в моих правилах. Я делаю как удобно мне, а людям остается принять это. Как только я понял, что хочу жениться на тебе, у тебя уже не было выбора. Харриет, не плачь. Я готов на все что угодно, лишь бы ты стала моей женой. Тебе придется терпеть меня. Не плачь, милая, пожалуйста.

Но Харриет не могла успокоиться. Слезы радости и надежды текли по ее лицу. Дариус отнес Харриет в спальню и рассказал ей о своей любви уже по-другому. Она ответила ему с сердечной нежностью, и они осознали, что их взаимопонимание стало более полным.