Принц и нищенка - Алина Кускова

Да какая у нее личная жизнь?! Юлька вздыхала, поднимая с Голубцовым в квартиру Зои Терентьевны генератор. Тележку они оставили в подъезде. С ней он вообще оказался неподъемным.

– Я дверь забыла закрыть! – вспомнила Юлька, когда генератор водрузили на кухню.

И понеслась вниз. Пусть Хомяков ищет иные пути проникновения в дом, может быть, судьба смилостивится, и он застрянет в подвальном окошке.

Юлька едва не налетела на оставленную тележку! Кто-то подхватил ее в объятия и остановил. Знакомый аромат парфюма не оставил никаких сомнений, кто позволил себе такую вольность. Юлька обмякла сразу, как сорванный полевой цветок без живительной влаги, не в силах найти нужные слова, да что там говорить, она и соображала-то с трудом.

– Я, – прошептал Сергей, прижимая Юлю к себе крепче, – там искал… катушку, она слетела…

– Это я слетела с катушек, – нервно хихикнула Юлька, позволяя ему делать с ней все, что захочется. Ужас-то какой! И как она себе такое позволяет?! А зато как приятно… – А под окнами стоял ты?

– А есть другие варианты? – прошептал Сергей и поцеловал Юлю в макушку.

Она замерла и больше ни о чем не спрашивала. Сергей понял это как одобрение и поцеловал ее в щеку. Затем он нежно коснулся языком ее губ. Юлька продолжала стоять, не шелохнувшись, как партизан на допросе. Тогда Сергей властно приник к ее губам страстным поцелуем. Снежная королева отмерла и ответила не менее страстно, обвив его шею руками. Сергей чувствовал, как сильно забилось ее сердце, повторив бешеный ритм его, как Юля начала воспламеняться, словно охваченная огнем спичка, как он сам превращался в пожар…

Сгореть от нахлынувших чувств им не дали. Другой вариант поспешил нарисоваться сразу, как только Юлька попыталась перевести дыхание.

– Что это вы тут делаете?! – осветил пару фонариком Толик.

– Целуемся, – ответил ему Сергей.

– Нашли время для развлечений! – возмутился Толик, обиженно глядя на Юльку.

– Это не развлечение, – заявил сопернику Сергей, – это любовь.

– Что?! – обомлел Толик и принялся поправлять съехавшие от недоумения на переносицу очки. – Нашли время… м-да… х-м… А там, – он показал вниз, – уже прораб орудует!

Юлька попыталась вернуться в суровую реальность происходящего. Ах, как она увлеклась! О, как же она увлеклась! Ей захотелось прошептать Сергею, как героине любовного романа: «Милый, это было божественно!» – потому, что это действительно так и было. И она чуть не прошептала, но почти взяла себя в руки и сказала:

– Это божественно…

– Ты думаешь? – ревниво удивился Толик, не понимая, что с ней происходит.

Он только что докопался до какого-то металлического ящика, и его отвлекли на самом интересном месте. Кто-то, вполне возможно, что прораб Хомяков, действительно лез в подвальное окошко! Он побежал, чтобы предупредить остальных, и увидел такое, такое, что у него не находилось слов для описания подлинного коварства Юлии Ворошиловой. А если в ящике окажутся сокровища купца Кутейкина?! Он опоздал всего лишь на час или два. Юлька об этом очень пожалеет! Но она не виновата, ее соблазнил этот московский хлыщ. У него на лице написано, что он бабник и соблазнитель, Толик еще с ним разберется. А пока нужно разбираться с прорабом.

– У-у-у-у-у-у, – завывал кто-то в подвале.

– Хомяков, – подтвердила Юлька, начиная осознавать действительность. – Или призраки провинившихся крепостных, погрязших в пьянстве. Их замуровали в фундамент при строительстве дома.

Она несла полную чушь! Нет, все-таки еще не оправилась после потрясения. А кто в здравом уме и твердой памяти сможет нормально мыслить после того, как на тебя в темноте налетел любимый мужчина? И не просто налетел, а еще к тому же сжал в объятиях и поцеловал. Ах, как хорошо он целуется, нужно будет повторить обязательно. Разумеется, Юлька осознает огромную разницу, полярно разделяющую их, и не позволит себе по-настоящему увлечься Сергеем. Но он говорил про любовь… Он говорил про любовь?!

– Так вы идете?

Толик повернулся и пошел обратно в подвал.

– Пойдем, – твердо сказала Юлька, беря Сергея за руку и увлекая за Толиком. – Нужно ему помочь.

– Мочить прораба? – усмехнулся Сергей, позволяя увести себя этой девочке хоть на край света.

Они пробирались по каменному полу за слабым светом мобильных телефонов, когда Сергей внезапно понял, что не знает номер Юлиного телефона. Он остановил ее и предложил ему позвонить, продиктовав свой. Юлька удивилась, это можно было сделать потом, когда вся эта история закончится. Но, с другой стороны, это противостояние может тянуться бесконечно, а как приятно обменяться парой фраз с Сергеем…

Сергей почувствовал себя увереннее, когда номер мобильника Юли отразился на его экране. Мало ли что может произойти, Юля и ее странные друзья ходят по острию ножа.

– У-е-е-е-е-е-у-у-у!

– Что, гад, застрял?!

Юлька остановилась перед ямой, выкопанной Толиком. Яма-ловушка зияла чернотой без каких бы то ни было признаков живого существа. Существо выло с противоположной стороны, там, где должны быть окна. Так и есть! В одном из них она увидела застрявшую грузную фигуру.

– Что, Хомяков, – кружил над склонившимся к полу мужиком Толик, – взываешь к жалости? А нет ее у нас к тебе! Палец о палец не ударим, чтобы помочь тебе выбраться из затруднительного положения. Сечешь, прораб?! Злые мы и бессердечные. Не удалась твоя мерзкая затея! Все, и дни твои сочтены. Сейчас заткну рот кляпом, и никто не придет на помощь. Станешь еще одним призраком, оставшимся в фундаменте этого дома. Похоронят тебя вместе с ним, ты же этого хотел, подлюга?!

– Не-е-е-е, – заблеял мужик, – по фигу мне, что хотел Хомяк. Я сам по себе.

– Прикидывается ветошью, – хмыкнул Толик. – Думает, что в темноте мы не определим, кто есть кто.

– А ты посвети ему в лицо фонарем, – предложил Сергей.

– Да я и без этого знаю, кто он, – Толик начал красоваться перед Юлькой. – Хочешь, Юль, я ему рот скотчем заделаю? У Зои Терентьевны скотч есть! А хочешь, Юль, плюнуть ему в рожу наглую, пока я ее скотчем не замотал? Ты можешь ногу ему на башку поставить, а я сниму мобильником и выложу в Интернет! Подпишем: «Так будет со всеми, кто покушается на чужую собственность!»

– Нет, Толь, я в Интернет не хочу, – замотала головой Юлька. – И вправду, давай посвети на него, вдруг это не Хомяков.

– Это не он, – простонал несчастный, – это не Хомяков!

Толик наконец-то внял голосу рассудка и Юльки и посветил ему в лицо.

– Валентин?!

Это был не прораб Хомяков. В подвальном окошке, словно обожравшийся мышей кот, застрял бугай Валентин, в подвале виднелась его бритая голова, плечи и часть туловища с прижатыми к нему руками. Все остальное оставалось на улице.

– Если влезла голова, – прикинул Сергей, – то должно влезть и тело.