Бездушные. Искупление - Дарья Данина

- Доброе. – Руслан салютует мне изящной белоснежной чашкой, и не отрывая от меня пристального взгляда-рентгена, делает глоток.

- Доброе. – Отвечаю в миг охрипшим голосом, и неловко переминаюсь с ноги на ногу.

- В чем дело? – Как ни в чем не бывало, мужчина тихо усмехается и отталкивается от столешницы. Принимает расслабленную позу, облокачиваясь на высокую спинку стула. – Не стесняйся. – Прищуривается, словно выслеживает свою жертву. – Завтрак скоро остынет.

- Я не стесняюсь. – Уверенно машу головой и подхожу к широкому столу. – Просто не ожидала здесь встретить тебя.

Выдвигаю массивный стул и сажусь напротив Руслана.

- Странно. – Он делает ещё один глоток, и звонко ставит чашку на такое же белое блюдце. – Это ведь мой дом.

Я только открываю рот и молча наблюдаю за теми, как Руслан поднимается из-за стола и, поправляя на себе идеально выглаженную рубашку, покидает кухню.

Меня хватает лишь на то, чтобы так же молча закрыть рот, и откашляться в кулак.

Почему он так действует на меня? Я чувствую рядом с этим человеком леденящее оцепенение. Судорожный холод в конечностях и полное отсутствие словарного запаса.

Завариваю себе крепкий кофе, и пока тот остывает, выглядываю в окно. Привычная глазу картина. Мужчины, оружие, собаки... кажется, что жизнь здесь не утихает ни на минуту. Разве что, теперь все покрыто снежной пеленой. Нежной, словно бархат.

...

- Охренеть... - Выпаливает мулат, вдыхая холодный воздух, который тут же превращается в белый пар. – Я чуть всё не проспал.

Наблюдаю за тем, как он прикуривает себе сигарету, и мажет по ветру серым дымом.

- Я и сама заметила случайно. – Пожимаю плечами, зарываясь носом в шарф. Выглядываю из-под капюшона, следя за его пальцами, что сжимали сигарету. За губами, что крепко обхватывали фильтр и напрягались при каждой затяжке. – Чуть не заснула.

- Я ревнивый, Агата. Очень. – Тихо смеётся Нико, и встречает мой любопытствующий взгляд. – Я, конечно, понимаю, что не конкурент Сене... но всё же... я хочу засыпать с тобой.

Он проводит ладонью по заснеженным перилам и сжимает в кулаке маленький сугроб. Его тёмные пальцы смотрятся крайне необычно на фоне сливочного снега.

- О чем ты думаешь, Агата? – Прерывает мои раздумья и выбрасывает снежок, отряхивая руку. – Поделись со мной. Я голову ломаю каждый раз, глядя на тебя.

- Что ты хочешь, чтобы я тебе рассказала? – Его же словами... затем повторяю за ним его движение и морщусь от того, как леденеет моя ладонь.

- Ты ведь не сбежишь от меня?

Он не смотрел на меня. Он пронзал насквозь. Мучительно больно разрывая каждый нерв.

- Нет. – Перехожу на шёпот, не в силах отвести взгляд. – Не сбегу.

Конечно же, не сбегу. Да и куда? Он сам обмолвился, что Хесус будет меня искать. И я, кстати, давно о нем ничего не слышала.

- Ты клянёшься? – Мне показалось, или я на миг заметила мольбу в его глазах?

- Просто защити меня... хорошо?

...

Посторонние грубые голоса вырвали меня из нашего ночного диалога. Оглядываюсь на двери и тут же сцепляю пальцы на всё ещё горячей чашке.

- Ссс! – Шиплю, прижимая обожжённые ладони к металлической маслёнке рядом. Но это не спасает. Печёт.

- Значит, решили. – Подбираюсь вся, когда узнаю голос Ромы. – Как только фура прибудет на пост, таможенники отвлекут всё внимание на подставную лошадку. Никто даже не подумает. Там вас встретит...

Дверь в кухню открывается, впуская в светлое просторное помещение двух мужчин. И здесь становится нестерпимо душно и тесно. Как в клетке с толстенными прутьями.

- Уже проснулась? Что-то ты рано, Снежок. – Николас по-хозяйски обвивает мою талию рукой, и склоняется надо мной. Быстро мажет тёплыми губами по моей щеке. – Доброе утро. – Обжигает кожу свежим дыханием.

- И тебе. – Стараюсь выглядеть непринуждённо под тёмным взглядом раннего посетителя. – Доброе утро. – Киваю Роману и тут же отворачиваюсь. Мне кажется, он меня ненавидит.

Тот отвечает тихим приветствием, а мне кусок в горло теперь не лезет.

- Снежок, - Шепчет Николас мне на ухо. Ласково проводит пальцами по моей руке, и рисует на моем запястье замысловатые узоры. – Не могла бы ты сварить нам кофе? М?

...

Твёрдыми и уверенными движениями я варила самый отвратительный кофе в своей жизни. Я бы ещё вместо сахара добавила соли, но к сожалению, солонку не нашла. Каждым позвонком ощущала тяжесть мужских взглядов. Они заставляли мой пульс то учащаться, то замедляться. Так, что кончики пальцев леденели.

Пока они в пол голоса обсуждали свои чёрные дела, как я поняла, речь шла о контрабанде оружия, я краем глаза наблюдала за тем, как Рома нервозно постукивает носом туфли по соседнему стулу. Его руки то и дело поправляли рубашку, трогали воротник и манжеты. Сплетались в замок на столешнице, и снова искали себе место.

А Нико? Он был невозмутим. Ни один мускул на лице не дрогнул. Руки сложены на груди, а одна нога вальяжно закинута на другую.

Из-за чего Роман так нервничает? Это Николас так на него действует? Или моё присутствие?

Или же он что-то скрывает...

«Это моя работа». Вспоминаю его бешеный взгляд, когда он выцепил меня на третьем этаже. Правда это была или же отвлекающий манёвр, ясно не было.

Наконец, разливаю напиток по небольшим чашками, и ставлю перед мужчинами. Выставляю перед ними сливки и сахар. Сами разберутся.

- Спасибо. – Рокотит Нико, придвигая к себе кофе.

- На здоровье. – Скольжу взглядом по Роману, и тот тут же отводит глаза в сторону. – Приятного аппетита.

Ни без удовольствия слежу за тем, как мулат, проигнорировав сахар и сливки, поднёс чашку к губам. Вытянул один глоток и замер, сжав смуглые губы в тонкую полосу. Не опуская посудину, поднял на меня ядовитые зелёные глаза и пристально посмотрел.

Не долгая пауза показалась мне бесконечностью.

- Estб deliciosa*, Агата. – Не понимаю, что он говорит, но натягиваю на губы учтивую улыбку и складываю руки на груди, подобно ему пару минут назад.

- Что-то ещё? – Перевожу взгляд на Романа.

- Нет, спасибо за кофе. – Отпирается тот, глядя на то, как Нико опускает руку и ставит чашку с кофе на стол. Он проводит под губами языком по передним зубам и бросает на меня хищный взгляд. А мне уже не страшно.

Небольшая шалость мне пришлась по душе.

Зачем он это делает? Для чего просит варить кофе для Романа? Чтобы в очередной раз обмокнуть носом в грязную правду? Чтобы продемонстрировать Роману свою власть надо мной? Это глупо...

Но, раз уж ты захотел хлебнуть кофейку, то, пожалуйста. Кто вообще сказал, что я умею готовить?