Институтка - Алиса Пожидаева

стирки она сейчас сохло на ширме - девушка не готова была променять это на чужое исподнее. Брезгливо отбросив кружева, она продолжила ревизию. Два бальных платья манили роскошью ткани, но вряд ли произвели нужное впечатление в академии. К тому же оба пропитались потом, о чем свидетельствовали желтые пятна на подмышках, подолы обоих были выпачканы в ваксе, а у одного и вовсе надорван шлейф. Амадин решительно отодвинула наряды и перебрала остальное содержимое шкафа. Юбка с растрепанной оборкой, жакет с оторванными пуговицами, пара платьев попроще - все с какими-то то дефектами. Похоже бывшая их хозяйка бросила тут вещи, которые были по ее мнению не годны. Последним нарядом у самой стенки оказалось темно-синее утреннее платье. Украшенное серебряным шнуром, оно разительно отличалось от остальных нарядов неброской элегантностью. Судя по всему, бывшая хозяйка не отличалась ни тем, ни другим, и потому оставила наряд в темном углу шкафа. Амадин достала его и внимательно осмотрела. Главным достоинством, помимо того, что платье оказалось абсолютно новым, являлось то, что его можно было надеть без помощи горничной. Внимательно осмотрев, Амадин бросила наряд на кровать и подхватила поистрепавшееся белье. Вчера она слишком устав от событий просто кинула в ванной и теперь жалела об этом. Амадин не могла даже помыслить надеть грязное, но и натягивать на себя мокрое был не вариант. Самым простым решением было высушить свежестиранные вещи магией, но это было чревато. Насколько девушка успела заметить, рунная защита была очень крепкой, и магичить в этом доме безнаказанно мог только его хозяин. На всякий случай Амадин прощупала магическую сеть плетений и невольно восхитилась элегантностью решения того, кто сотворил подобное. Защита, наложенная на особняк моментально реагировала на любую сформированную матрицу заклинания и вытягивала из контура вложенную силу, отчего та распадалось. В результате то, кто рискнул бы применить магию, лишался силы а сами плетения только укреплялись. Девушка задумалась, а потом, заметив прореху в плетении нерешительно потянулась к одному из узелков. Нити ярко вспыхнули. Затаив дыхание, девушка подцепила обрывок магической нити и легонько потянула. Безуспешно. По всей видимости, для вплетения магии требовалось еще что-то. Взгляд упал на конверт с договором. Не выпуская нить из рук, Амадин подхватила его и, не распечатывая провела над плетением. Узел развязался. Девушка довольно улыбнулась. Все-таки она не зря была одной из лучших. Во всяком случае, мало кто сообразил бы использовать оттиск магии хозяина дома для коррекции охранных чар. Осторожно, чтобы не потревожить основные заклинания, она вплела распознавание своей магии в систему и снова завязала узел. Еще с минуту новое плетение сияло, а потом разом потускнело. Амадин довольно улыбнулась и попробовала наколдовать магический огонек - простейшее бытовое заклинание, первое, чему обучают новичков. Сработало! Огонек, соскользнув с пальцев, плавно взлетел под потолок. Амадин проследила за ним взглядом, и принялась сушить вещи. Несколько отработанных до автоматизма движений, и от рубашки повалил пар. Дождавшись, пока ткань окончательно просохнет, она с удовольствием надела чистое белье, потом платте, на котором пришлось отпарывать бирку, предыдущая хозяйка так и не удосужилась надеть его хотя бы раз. Это воодушевило еще больше. Покончив с одеванием, Амадин неторопливо вскрыла конверт, чтобы переложить вексель. Помимо знакомых документов там оказался еще один лист - приказ Великого инквизитора о том, что с Амадин Гросс снимаются все обвинения. Несколько секунд она вчитывалась в строки, а потом истерично расхохоталась. Стоило столько лет усердно учиться, когда все можно было получить гораздо проще! - Мадемуазель, у вас все в порядке? Лора осторожно постучала в дверь. - Да, не беспокойтесь! присутствие в доме малознакомого человека заставило успокоится. Смахнув выступившие на глазах слезы, Амадин открыла дверь: - Вы что-то хотели? - Всего лишь узнать, надо ли вам еще что-то или я могу идти. - Конечно, не волнуйтесь, я сама справлюсь, - уверила ее девушка. как бы хорошо Лора не относилась к гостье герцога, самой Амадин гораздо спокойнее было одной. Лора присела в книксене и спустилась в холл. Амадин дождалась, пока хлопнет входная дверь и только потом направилась к огромному зеркалу, стоящему у окна. Оттуда на нее смотрела тощая девица в мешковатом платье. Темные волосы оттеняли мертвенно-бледную кожу, щеки впали, а огромные глаза лихорадочно блестели. По всей видимости, герцог любил экзотическую внешность или же просто у него было плохое зрение, иначе трудно понять,почему он все-таки подписал договор. Порывшись в туалетном столике, девушка все-таки нашла булавки, которыми сколола ткань, подогнав платье по фигуре. после чего тщательно расчесала волосы, скрепив их узлом на затылке. подумала, и все-таки выпустила несколько прядей. благо, волосы вились сами и ей не было нужды использовать щипцы или магию. собравшись, она подхватила плащ, который вчера ей накинул на плечи секретарь герцога, и поспешила в академию - срок оплаты истекал как раз сегодня.

4.01

Амадин раньше никогда не бывала в этом квартале. Респектабельный на первый взгляд район находился в отдалении как от шумного центра Сен-Кантена, так и от аристократических кварталов. Тихие улицы, особняки, скрытые от посторонних глаз палисадниками - все свидетельствовало о том, что местные жители не любят публичности. Это объясняло, почему герцог л'Армори купил особняк именно в этом квартале. Пытаясь понять, как ей лучше добраться до академии, девушка оглянулась, но высокие деревья надежно скрывали обзор. Пришлось идти наобум Безошибочно определив направление, Амадин все-таки пару раз свернула не туда, пока, наконец, не вышла на улицу, откуда смогла разглядеть знакомые шпили собора и нарядную крышу дворца на высоком берегу Риры. Наконец, сообразив, где находится, девушка решительно зашагала по направлению к набережной. Дома становились все выше, а улицы - уже. Зато людей на них было несоизмеримо больше. Привычный шум города захватил девушку. С грозотомиехвли экипади, ржвли логвди, ругались извозчики, лоточники наперебой расхваливали свой товар, к зазывалы в лавки старались перекричать друг друга. Академия располагалась на другом берегу реки. Когда-то бывшее аббатством, центральное здание, увенчанное высокими шпилями, тонуло в глубине парка. По случаю ясной погоды адепты высыпали на улицу, свободных скамеек на аллее не было. В летнее время молодые люди, и - неслыханная дерзость - некоторые девушки устраивались прямо на траве. Амадин и сама любила выбраться из тесной кельи на свежий воздух. Центральная аллея, с двух сторон засаженная липами, вела к парадному крыльцу. Амадин прошла по