Клянусь тебе в неверности - Даша Литовская

Все эти года я убеждала себя, что муж главный в семье. Что его мнение всегда весомее моего и спорить с ним было не принято. Мне казалось, что такое отношение единственно правильное. Именно так должна вести себя женщина, рядом с которой мужчине будет по-настоящему комфортно существовать.

И сейчас в голову неожиданно приходят обрывки старых разговоров, порою обидных слов и замолчанных обид. Вот что скрывалось за фасадом идеальной семьи и счастливого брака. Неужели в отношениях кто-то один всегда прогибается?

- Здравствуй, Богдан. – спустя время выдавила я вежливый тон из груди. – Зачем ты пришел сюда?

Муж оглядел меня с ног до головы и сменил выражение своего лица на отстраненно суровое.

- Я не могу зайти к своей жене на чашечку кофе? – довольно мерзко иронизирует он и присаживается на диван в углу офиса.

Тот самый диван, где мы с мальчишкой лежали полностью обнажённые после того, как занимались любовью. Именно тот диван, который помнит каждое запретное прикосновение. Нежные руки, гуляющие по моей коже и настойчивый язык в моем рту.

Не смогла сохранить спокойствие на лице и поморщилась. От чего-то мне погано не от этих воспоминаний, а от того, что сейчас на этом диване сидит Богдан. Будто он способен осквернить отголоски тех прикосновений в моей голове.

- Что, дорогая? Неужели ты не рада меня видеть?- муж не оставил без внимания гнетущую гримасу, которою я неприкрыто транслировала.

 - Я не считаю, что сейчас подходящее время для серьезных разговоров. Я на работе, и…

- Чего тебе не хватало?! – Богдан так проворно поднялся с дивана и подскочил к столу, будто перед этим неделю тренировал свое тело, а не занимался спиртованием крови. Он уперся ладонями и немного нагнулся, приближая свое гневное лицо всё ближе ко мне.

Отшатнулась. По ноздрям ударил устойчивый аромат перегара.

- Я мало трахал тебя, Мирра?! – он обогнул стол, а я уперлась лопатками в угол, ища пути отступления. Но двигаться было некуда.

Всего несколько дней назад на этом же месте стоял мальчишка, вжимая меня в стенку. Тогда мое тело тряслось от неконтролируемого возбуждения.

А сейчас оно трясется от страха. В глазах Богдана бушует настоящая ярость и я совсем не уверена, что он способен ее контролировать.

Таким я увидела мужа впервые. Всегда спокойный и собранный, гладко выбритый и подтянутый, смотрящий на все проблемы этого мира с надменной усмешкой…

Сейчас он был раздавлен. Сломлен. Обижен.

И от этого просто не знал, как справиться с внутренним негодованием.

- Богдан, - тихо произнесла я, маскируя дрожь в голосе неестественно высокими нотами. – Давай поговорим, когда оба успокоимся, ладно? Ты на взводе сейчас.

- И к кому же ты побежишь за успокоением, Мирра? – его губы опять разрезала кривая ухмылка. – К этому щенку? – голос вдруг стал ниже и зазвучал опаснее.

Мужчина без зазрения совести вскинул руку и припечатал мое плечо к стене, будто пытаясь вдавить в поверхность. Вторая его рука незамедлительно легла на бедро, задирая ткань обтягивающей юбки.

Я дернулась и окаменела.

- Ты что творишь?! – скорее прохрипела, наливаясь адреналином, чем просто спросила. – Убери руки сейчас же.

Последние капли надежды, что муж одумается, растаяли, когда в ответ на мои слова Богдан впился губами в шею. Чуть выше воротника шелковой блузки.

Я занесла руку и ни секунды не думая, отвесила ему тяжелую пощечину, приправляя удар килограммом ненормативной лексики.

Кабинет наполнил гнетущий мужской смех. Богдан просто хохотал мне в лицо.

А через миг дернул пуговицы на блузке, оголяя бюстгальтер.

- Ты моя, Мирра. И всегда будешь моей. – давил он словами, гуляя по мне пьяным взглядом. – Запомни это.

Высвободиться из крепких мужских объятий было практически нереально, но я все равно пыталась. Раз за разом безвольно дергалась, пытаясь дотянуться до рабочего стола.

И наконец у меня это получилось. Дотянулась до ручки ящика в столе и потянула ее на себя. Нащупала дрожащими пальцами первое, что попалось под руку и огрела мужчину по голове.

Тот отшатнулся и ошарашенно уставился на меня. Словно в замедленной съемке приложил к затылку ладонь, а потом посмотрел на свои пальцы в крови.

Я стояла, сжав в руке рамку с нашим семейным фото. Ту самую, которая несколько дней назад упала на белоснежный паркет и треснула ровно посередине. Ее острый угол секунду назад оставил на голове мужчины не хилую ссадину. Разбитое стекло я из нее убрала, а рамку спрятала в полку, чтобы лишний раз не спотыкаться о нее взглядом.

- Отойди от меня. – казалось, что в эту минуту мой голос затянулся ледяной коркой, до того он был хладнокровный. Рамку я сжимала перед собой как оружие.

Я часто дышала, пытаясь восстановить внутреннее спокойствие. Но не тут-то было. Кожа бедра горела под задранной юбкой, а шею обжигало от только что прикоснувшихся губ. Эти губы целовали меня тысячи раз за десять лет и изучили каждый квадратный сантиметр тела.

Но сегодня все было иначе. Сегодня Богдан делал это против моего желания.

- Мирра, - ошалело произнёс муж, все еще не веря в случившееся. Раз за разом прикладывал руку к голове. – Ты что делаешь?

- Я что делаю?! – сверкнула злым взглядом. За этот вопрос захотелось ударить его еще раз. Богдан ведь наверняка искренне считает, что совершенно ничего страшного не произошло. Раз мы занимались с ним сексом тысячи раз, то на тысячу первый можно не спрашивать моего разрешения?!

Я швырнула поврежденную рамку обратно на стол и быстро обогнув мужа, подошла к офисному шкафу. Немного порывшись, достала аптечку. Обработала бинт антибактериальным раствором и протянула мужчине.

 - Приложи к голове. – удар был не сильный, и вряд ли нанес серьезное повреждение. Но, все же, я не бездушный тиран, чтобы не оказать вообще никакой помощи.

Богдан поджал губы, но бинт взял. Сел на диван.

Я внимательно проследила за каждым его движением.

- Никаких разговоров сегодня не будет. – жестко отрезала, взглядом указывая на дверь. – И впредь, прежде чем захочешь поговорить, протрезвей. – отчеканила я, звеня холодом голоса.

Запахнула порванную рубашку на груди, и накинула сверху пиджак.

Пожалуй, я еще не отошла от инцидента на улице с тем незнакомым мужчиной, около офиса Славы. А тут