Повелители тьмы - Амелия Винтерс

Когда я проходила мимо лабиринта живой изгороди, я с тоской посмотрела на него, подумав о том, чтобы спрятаться там от всех. Было заманчиво уклониться от процедур и исчезнуть на некоторое время, предпочтительно в объятиях Люка.

Но я продолжала, готовая столкнуться со странными ощущениями процедур и, наконец, узнать, что они должны были со мной сделать.

Я прошла то же самое, что и неделей ранее, с регистратором и сканированием, но на этот раз никакой реакции не последовало. Виктория прибыла как раз в тот момент, когда я шла к Флоре, и ее раздражающая энергия стекала с нее, когда я оставила ее позади.

Флора была рада меня видеть. Мне не нужен был переводчик, чтобы понять это. В тот момент, когда я вошла, ее лицо просияло, и она сказала:

— Уиллоу! Я так счастлива видеть тебя здесь. А теперь, пожалуйста, не убегай от меня на этот раз.

Я почувствовала себя неловко из-за всей этой ситуации, и мои щеки вспыхнули жаром.

— Я очень сожалею об этом, — ответила я.

— Не знаю, что на меня нашло. Я просто отреагировала. Или слишком остро отреагировала. Это нормально — быть на взводе после такой серьезной травмы, — улыбнулась Флора, утешая меня. — Я видела и похуже. Твоя реакция была не так уж плоха.

— Хуже, чем обезуметь, убежать и исчезнуть? — я рассмеялась.

— Хуже, я серьезно, — ответила она. — А теперь давай на этот раз просто перейдем к процедурам, хорошо?

Я кивнула и уселась на белый пластиковый стул под странным колпаком, похожим на фен в салоне красоты.

Я была так напряжена, пока она нажимала кнопки и проводила калибровку оборудования, что чуть не выпрыгнула из кожи вон, когда открылась дверь.

Однако я ожидала увидеть Викторию, поэтому расслабилась и позволила Флоре продолжать.

Но когда она опустила серебряный купол мне на голову, я увидела, что кто-то наблюдает за мной из дверного проема.

Роберт Ремингтон, отец Александра и мой будущий свёкор. Его глаза блестели темно-черным, и, клянусь, я видела, как чернильная тьма скользнула по ним, когда он исчез из виду.

Я могла видеть только внутреннюю часть купола. В ответ на меня уставились мои собственные широко раскрытые глаза.

Глава 15

Я начала паниковать и хотела поднять купол, но он был зафиксирован на месте, а мои руки были связаны. Я попыталась снять их с подлокотников кресла, но каким-то образом, в процессе того, как я устраивалась, Флора обмотала ремни вокруг моих запястий, и я оказалась в ловушке на месте.

— На этот раз я не собираюсь убегать, — сказала я и пошевелила пальцами. — Тебе не нужно меня привязывать.

— Это для твоего же блага, — услышала я приглушенный голос Флоры с другой стороны металлического купола.

— Подожди, пусть процедуры начнут действовать, и ты расслабишься.

— Возможно, ты также поймешь, что происходит.

— Послушай Флору, — сказал Роберт. — Она эксперт.

Я почувствовала, как она накрыла меня тем же металлическим одеялом, которым они пользовались в больнице, и моя паника усилилась. Аппарат начал гудеть, и это заглушило то, что говорила Флора, но я могла слышать ее кокетливый голос, разговаривающий с ним, когда начались процедуры.

Я не видела, как проходит процедуры Виктория, поэтому не могла сказать, было ли у меня так же. Я почувствовала, как кто-то похлопал меня по плечу, и из динамика в куполе донесся голос Флоры.

— Я выхожу, чтобы заняться Викторией.

— Под твоей левой рукой есть зуммер. Ты можешь нащупать кнопку на подлокотнике кресла. Позови меня, если я тебе понадоблюсь.

И я осталась одна в комнате. По крайней мере, я думала, что я одна. Насколько я знала, Роберт Ремингтон мог стоять прямо передо мной и наблюдать за мной.

Я чувствовала себя ужасно неловко и снова боролась, пытаясь освободиться от процедуры. Было не больно, но неприятно. Не только неведение, незнание того, была ли я одна в комнате или нет, но и гул в моей голове, который снова начал раскручиваться в ровный ритмичный темп.

Загорелся зеленый огонек, и я крепко зажмурилась, когда он, казалось, просканировал мое лицо. Когда свет попал мне в глаза, я увидела яркое свечение под веками, очерчивающее кровеносные сосуды и вены, похожие на галактики и созвездия, разбросанные по моей плоти.

Свет не двигался, и чем дольше я смотрела на пятна и линии на своих веках, тем больше они кружились и стягивались в одну большую, темную, вращающуюся черную дыру.

Это было то же чувство, что и раньше, когда я была в церкви… или, лучше сказать, на ритуале. Было важно перестроить свой язык, иначе я продолжу оскорблять людей в моем посткоматозном мире.

Черная дыра вращалась, бесконечно втягивая все вокруг себя во тьму в центре. Я смотрела и наблюдала, как он растет, становясь тем больше, чем дольше я смотрела. Мой желудок начал скручиваться в узел. Это знакомое притяжение вернулось, тяга упасть в темноту и позволить себе раствориться в черной дыре.

Я крепче зажмурила глаза, когда на них навернулись слезы и потекли по краям.

Гул становился громче, и басовая пульсация вибрировала у меня в черепе. Мой мозг казался слишком большим для этого, как будто я не могла вместить его в свой череп.

Стало больно. Больше, чем дискомфорт от давления, расцвела боль там, где мне хотелось отделиться от своего тела и поплыть в бездну.

Я почувствовала, что поднимаюсь. Мои руки были свободны, и я чувствовала себя бескостной, бесформенной. Мои глаза не открывались, я не могла видеть, что происходит, но я чувствовала, как слезы текут по моим щекам, когда я начала исчезать.

Где-то вдалеке заревел сигнал тревоги, звонок клаксона, предупреждающий о том, что со мной что-то происходит. Что- то опасное.

Внезапно все стихло. Я услышала рев Роберта Ремингтона:

— Черт возьми, Флора! Тащи сюда свою задницу! Она не может уйти. Она все еще нужна нам!

Дверь распахнулась, и голос Флоры произнес:

— Боже мой, она…

Флора не закончила фразу. Купол поднялся, и яркий свет залил мое зрение. Я разлепила веки и обнаружила, что смотрю в ее потрясенное лицо. Ужас, царивший там, сбивал с толку, потому что я чувствовала себя фантастически. Я чувствовала себя совершенно новой, как будто меня снова собрали воедино всеми правильными способами, как будто кусочки головоломки наконец-то сложились.

— Что случилось? — спросила я и протянула руку, чтобы убрать прядь волос со лба.

Ее глаза были огромными, когда она