Догнать ревизора, или налог на Золушку - Ирина Успенская

— Ну, откуда мне было знать, — пожала я плечами.

— Вам следует как можно скорее прочесть гримуар!

Я вышла в знакомый коридор, ведущий в центральный холл. Дверь в кабинет Арса была открыта настежь и я услышала мужские голоса. Не удержала любопытства, проходя мимо, остановилась и с улыбкой поздоровалась.

— Добрый вечер, господа.

— Анна? — Пробасил горгул и вскочил из — за стола.

— Леди Анна Серова?

Ко мне повернулся одетый в белоснежный плащ блондин и я поняла, что зря вышла из кабинета…

Глава 15

Мужественное лицо с небольшим шрамом на скуле, льняные волосы небрежной волной и нереально голубые незрячие глаза… Он повернулся в мою сторону и крылья его породистого носа слегка подрагивали. Я же замерла в дверях не в силах отвести взгляд от этого, до боли в груди, знакомого лица. Повзрослевшего, возмужавшего, но все же того самого, лица из моего прошлого.

И как десять лет назад я пропадала…

Острое желание сбежать, исчезнуть, спрятаться накатило так резко, что я сделала шаг назад.

— Анна, познакомься с…

— Мы знакомы, — голос прозвучал хрипло и я откашлялась. — Здравствуй, Богдан. Или в этом мире у тебя другое имя?

— Нет, — медленно ответил мужчина и сделал шаг в мою сторону. — Богдан Селливан. Не ожидал встретить тебя здесь, да еще в таком качестве…

— В каком же?

— Леди Анна невеста лорда Арсийского.

Мы с горгулом заговорили одновременно и замолчали так же одновременно, уставившись друг на друга с недовольством. Я едва не уточнила, что невеста я по контракту и временно, но что-то во взгляде Арса заставило меня прикусить язык.

Богдан прислушался к собственным ощущениям и ответил нам обоим.

— Вот в качестве невесты темного властелина и не ожидал. А то, что ты ведьма я подозревал с нашей первой встречи.

— И чего же не сказал?

— А ты бы поверила?

Он замолчал и протянул руку, в которую я нехотя вложила ладонь. Короткий поцелуй и меня отпустили, медленно скользнув длинными чуткими пальцами по запястью, пуская по телу мурашек и волну неконтролируемого жара. Я прошла к окну и, встав спиной к обоим мужчинам, тихо ответила:

— Нет.

Богдан появился в моей жизни, когда мне только исполнилось пятнадцать. Спокойный, необычный, уверенный в себе и по-взрослому снисходительный, он сразу же завоевал мое сердце. И не только мое. Такой красивый, хорошо одетый, загадочный и… слепой, что не помешало ему дать отпор парочке зарвавшихся придурков. Я млела, краснела, мямлила что-то глупое и мечтала, чтобы этот взрослый парень обратил на меня внимание. Я бы стала его глазам, его сердцем, душой! Мы бы поженились, родили детей, обязательно первым мальчика и потом ему сестричку… И всякий прочий бред, присущий первой любви. Я страдала, мучилась от своего косноязычия при встречах, долго думала, что ему ответить на спокойное: «Привет, Анюта!» и придумывала только когда он уже проходил мимо, шептала в спину: «Привет, Богдан» и чуть не плакала от того что не заговорила с ним… Короче, я была влюблена впервые в жизни — безнадежно, сильно и конечно трагично. А потом он меня пригласил погулять в парк и поцеловал… По настоящему. Это был мой первый взрослый поцелуй. Я тогда чуть в обморок не упала от нахлынувших чувств. Мне казалось, что я летаю высоко-высоко, что у меня выросли крылья, и я никогда не упаду на землю, потому что мой Богдан не позволит…

Упала. Больно ломая крылья. Через три дня он так же целовался с Машкой из соседнего подъезда, а я стояла и глотала злые слезы… Как я тогда не сиганула с крыши от отчаяния, знает только мама, которая почувствовала что-то и увезла меня с собой на конференцию в Питер. Там среди дворцов и парков мое горе притупилось, а после превратилось в грустное воспоминание. Когда мы вернулись, Богдан уже не жил в нашем доме, как сказала Машка-разлучница, он приезжал к бабушке и исчез из моей жизни так же стремительно, как и появился в ней.

Я думала, что вылечилась навсегда, но оказалось, что нет. Сейчас, увидев Богдана, сердце вновь заныло от воспоминаний и несбывшихся надежд.

Так, стоп Анька, ты уже не пятнадцатилетняя глупышка, ты двадцатипятилетний главбух и разведенка, поэтому улыбаемся и машем!

— Так что тебя привело в замок, Богдан? Работа? Или ты прибыл на бал?

Богдан встал рядом и моего носа коснулся легкий парфюм — грейпфрут и полынь. Ему подходит.

— Вчера во всех книгах родов появилось новое имя. Имя хозяйки Пурпурного замка, наследницы древнего рода, ведьмы с максимальным уровнем дара. Инквизиция не смогла оставить это без внимания.

— И?..

Я не очень понимала о ком он говорит, не обо мне ведь? Я же никому не сообщала о своей находке и знакомстве с замковым.

— Анна Серова, дочь Виктора Серова и правнучка Епитафии.

— Вот как… — все что я смогла сказать.

Я слушала голос Богдана, но не вникала в слова, на меня, как и десять лет назад, опять напал паралич. Умные мысли исчезли, оставив после себя розовый туман, а в памяти всплывал наш единенный поцелуй. Да какого черта я так на него реагирую? Это была первая любовь! Была и прошла! После нее я влюблялась неоднократно. Да, но никогда это не было так ярко, так волнующе и желанно, и так болезненно…

— О том, что у Епитафии есть наследница, инквизиция узнала в тот год, когда мы познакомились, — тихо рассказывал Богдан. — Я прибыл в ваш мир, чтобы проверить информацию и оценить потенциал ведьмы. Мы знали в каком доме живет ведьма, но не знали кто именно, поэтому я… кхм… оценивал всех девушек подходящего возраста.

— Хочешь сказать, что ты пытался инициировать ведьму? — хмыкнул горгул.

Богдан сдержано улыбнулся и опять повернулся ко мне.

— Твоя сила не отозвалась на мой призыв. Ты была почти пустышка, минимальный уровень дара, даже ниже допустимого порога.

— Хочешь сказать, что поцелуй был проверкой? — безразлично произнесла я, старательно сдерживаясь, чтобы не сжать кулаки и не выдать, как сейчас больно у меня на душе. — Ты знал, что я была в тебя влюблена?

Сзади закашлялся горгул, Богдан же только виновато улыбнулся.

— Знал, конечно.

— Ясно, — кивнула своим мыслям. Сволочь. Беспринципная расчетливая сволочь. — И что теперь?

— Мне нужно подтверждение, что родовой гримуар тебя принял. И если это окажется правдой, то…

— Замок мой, — закончила я за него и улыбнулась. — Я ведь получу все бумаги на