Хорошая девочка - Юлия Резник

— Звучит заманчиво. А вот и наш заказ…

Разговор на время прерывается. Кто-то и впрямь проголодался. Полинка стучит ложкой, Марьяна со стонами удовольствия поглощает десерт, а я нянчусь с Пашкой, который очень быстро замазюкался, грызя печенье.

— Надеюсь, вы оставили чего-нибудь вкусненького и для меня, — звучит насмешливый голос.

— Папочка! — взвивается Полинка. Со страшным скрежетом отодвигает стул и как обезьянка забирается в руки к отцу. Пашка изворачивается на моих коленях, видно, желая повторить тот же трюк, я отвлекаюсь, чтобы этот поросенок не выскользнул из рук, и поэтому не сразу замечаю, что Демид пришел не один.

— Привет, — хрипло замечает Сергей, когда я, наконец, обращаю на него внимание.

— Привет, — шепчу, отчего-то смутившись. После вчерашнего наши отношения мне все еще кажутся очень шаткими. Я чуть было не наломала дров, а еще призналась в своем самом большом страхе, что тоже далось мне сложно. Я вообще вряд ли бы решилась на что-то подобное, если бы Бекетов не смотрел на меня примерно так, как он сейчас смотрит. Мотаясь взглядом от моего лица к личику Пашки и обратно. Конечно, я могу ошибаться, но кажется мне, будто он представляет, что это мог бы быть наш с ним сын. Ох, и понесло меня. Ох, и понесло! Сердце запинается и пускается вскачь, разгоняя по телу волны дрожи.

— Не ожидала увидеть тебя в это время дня.

— От твоей стряпни, оказывается, сложно отказаться, — смеется Бекетов. — Составишь компанию?

Чтобы мужчины вместились за наш стол, всем приходится подвинуться.

— Да я вообще-то думала убегать. Меня Марьяна поймала уже на выходе.

На самом деле я очень-очень хочу остаться, но ведь и правда, мне будет нечего надеть на праздник, если я не потороплюсь. Платья, имеющиеся в моем гардеробе, совершенно точно не подойдут. Откуда я знаю? Ну-у-у, я имела несчастье видеть фотки с последнего приема, устраиваемого четой Бекетовых.

— Так возьми Сергея с собой, — подсказывает Марьяна.

— Ой, да он ни за что не согласится… Правда?

— С тобой я согласен на что угодно. Кстати, на что я сейчас подвязался?

Над столом взвивается смех.

— На шопинг.

— О, не-е-ет, — стонет Бекетов.

— Учитывая, что Сара собирается купить платье на день рождения твоего отца, ты просто обязан ей помочь.

— Ах вот как… Тогда, конечно.

— И оплатить.

— Марьяна! — возмущенно тычу в бок виновницу моего позора.

— Да это вообще как бы и не обсуждается, — пожимает широченными плечами Бекетов.

— Я и сама могу!

— Можешь, никто и не спорит. Просто зачем, когда у тебя есть я?

Что на это ответить — не знаю. Мне до слез хорошо. И от слов его. И от облегчения нащупать, наконец, рядом то самое плечо, на которое можно опереться. Оказывается, это такой невообразимый кайф!

— Тогда срочно звони Лере.

— А Лера у нас кто? — интересуется Сергей, одну руку закидывая мне на плечи, а другой осторожно, будто на пробу, касаясь кулачка Пашки.

— Стилист, которого мне посоветовала Марьяна.

И я действительно с ней созваниваюсь. Договариваемся встретиться через полтора часа в ЦУМе. Этого времени как раз хватает, чтобы накормить мужчин. Истосковавшись по общению с друзьями, я кайфую. Под конец Балашовы приглашают нас к себе за город на шашлыки. Я с большим энтузиазмом соглашаюсь, ведь такого рода времяпрепровождение мне гораздо ближе выликосветских приемов. Если честно, последнего я бы вообще хотела избежать. На подкорке все еще зудит голос матери, в красках расписывающий, почему мне не место рядом с Сергеем.

Уверенности не прибавляет и шопинг. Вещи, которые мне предлагает Лера, конечно, красивые, но цены… Если бы не Бекетов, я бы, наверное, сбежала после первой же примерки. А так даже в азарт вошла под его томным взглядом из-под отяжелевших век.

— Вот это бери. Ты в нем невероятна.

Мне тоже нравится. Очень уж мне идет насыщенно-аметистовый цвет, да и крой подходит. Такой себе сдержанный шик.

— Под это платье нужно определенное белье. У меня на примете есть пара подходящих комплектов. Примерите?

— Конечно, — вместо меня отвечает Сергей, хищно оскалившись.

В конечном счете мы оба так распаляемся, что едва дым из ушей не валит. В горячке я даже не возражаю, когда Сергей достает карточку, чтобы все оплатить, а ведь клятвенно обещала себе хотя бы для приличия покапризничать.

Чувствую себя Золушкой. Домой возвращаемся в звенящем от напряжения молчании…

— Дома кто-нибудь есть?

— А? — вздрагиваю, во рту пересыхает. — Нет. Нету… Давид с Леськой пошли на последний сеанс в кино. Я немного беспок…

Бекетов обрывает мою бессвязную речь поцелуем. Видно, новость о пустующей квартире срывает его контроль. Разжимаю руки, чтобы тоже его обнять. Пакеты с шорохом падают на пол.

— Черт… М-м-м… — прохожусь ладонями по груди Сергея, вцепляюсь в лацканы на куртке. Наконец-то это произойдет! Мне порядком надоело останавливаться на самом интересном. Иной раз даже кажется, что весь мир против нас. То одно, то другое случается. А я ведь не так уж много хочу от жизни. Ну, или много. Тут, конечно, как посмотреть. Мужчина-то мне достался, мягко скажем, далеко не среднестатистический. Если честно, мне бы попроще, но…

— Стой ты. Не в подъезде же, — смеется, касаясь горячим, покрытым испариной лбом моего.

— А?

— Говорю, ключи доставай.

Ну, я и дурочка! Вспыхиваю. Подхватываю с пола сумочку, в процессе невольно отмечая здоровенный бугор у Сергея в паху. Пока я ищу, куда сунула ключи, Бекетов собирает разбросанные пакеты. Открыть дверь тоже получается не без приключений. Меня до того колбасит, что попробуй, попади в замочную скважину. Наконец, замок поддается. Мы вваливаемся в квартиру. И тут же снова сумка летит в одну сторону, пакеты — в другую, а мы с Сергеем притягиваемся, как два магнита.

— М-м-м. Сладкая…

Его руки повсюду. К пакетам на полу отправляются его куртка и мой плащ. И тут — как гром среди ясного неба.

— Здра-а-авствуйте.

Я подпрыгиваю, потому что голос, кому бы он ни принадлежал, определенно мне незнаком. Невольно вжимаюсь в Бекетова. От ужаса вот так обнаружить в своей квартире чужого мужика приподнимаются волосы на затылке. А если бы Сергей не поднялся?

— Здравствуйте. А… вы кто?

Чувствую, как Бекетов подбирается, оттесняя меня себе за спину.

— Это, наверное, лучше объяснить твоей матери. Майя, тут… Сара пришла.

В полнейшем шоке перевожу взгляд на выскочившую из гостиной мать.

— Мама! Ты как здесь очутилась?! Точнее, вы. Почему ты не позвонила, мам, я же волнуюсь.

— Я тебе звонила сто