На дальних рубежах 2 - Incognito

как он вообще смог что-то изобразить с Корой. Стоило ей пропасть из поля зрения, как оказалось, что он не хочет, чтобы к нему прикасались, не хочет никого удовлетворять, а с потребностями своего тела может справиться и сам. Кора с ее магнетизмом, с ее кружащим голову запахом и манящим телом, осталась в прошлом. Теперь ему не то чтобы не хотелось никого, кроме нее, ему вообще никого не хотелось. Будто его мозг поставил влечение и желание на паузу.

Вот и сейчас он сидел в присутствие женщины, испытывавшей к нему интерес, и не ощущал никакой потребности воспользоваться моментом. Да, докторша не была красавицей, особенно по сравнению со жгучей метиской, но она была недурна. Конечно, глаза расставлены широковато, и округлый подбородок слишком тяжел, но в общем и целом она не была лишена привлекательности. Нос и губы у нее были правильной красивой формы, шелковистые тонкие волосы отливали медом. Фигурка была легкой и изящной, а двигалась она с врожденной грацией. Да и чутье подсказывало, что эта Джессика О'Коннелл не лишена нотки безбашенности, что в сексе Джейс только приветствовал. Будь он самим собой, они бы тут уже все подходящие поверхности проверили бы на прочность. Но он уже был другим, самим себе незнакомым и неправильным.

— После повреждений селезенки требуется поддержка иммунитета, — объявила докторша, вырывая Джейса из апатичной задумчивости. — Сейчас я тебе сделаю внутримышечную инъекцию иммуностимулирующего препарата. Ложись на кушетку, колоть буду в ягодичную мышцу.

Джейс послушно выполнил все указания доктора О'Коннелл, максимально стараясь не выставлять всю свою красоту напоказ. Все движения рук доктора были легкими и невесомыми, хоть и не такими быстрыми, как у медсестер.

— Спасибо, док, у вас легкая рука, — через пару минут произнес Джейс, поднимаясь с кушетки и приводя в порядок одежду. Докторша как-то странно зарделась и судорожно вздохнула.

— Посиди минут пятнадцать, — немного сбивчиво проговорила она, сдернула с тонких пальцев латексные перчатки и жестом пригласила в свой кабинет. — Иногда этот препарат дает аллергическую реакцию. Лучше немного подождать и убедиться, что все в порядке.

Джейс только пожал плечами. Куда ему было спешить? Любая передышка приветствовалась. Он сел на тот стул, на который указала доктор О'Коннелл, готовый отключить мозг и притвориться мебелью на пятнадцать минут. Однако странная блондинка огляделась вокруг, остановила взгляд на тумбочке, где ютился чайник, тарелка с печеньем и пакет каких-то фруктов, вдруг встрепенулась.

— Ты можешь почистить мне фрукты? — неожиданно обратилась она к Джейсу. — Это мангостины из Нахаса, у них очень прочная кожура, мы тут никак не смогли ее разрезать.

— Конечно, мэм, рад буду помочь, хотя с этими… как их… — Джейс запнулся, чувствуя себя пещерным человеком.

— Мангостинами, — подсказала Джессика, уже промывая фрукты в раковине.

— Ага, вот с ними я никогда дела не имел, — честно признался он.

— У меня дядя оттуда в отпуск прилетел, привез, — оживленно прощебетала блондинка. — Сейчас их нигде не достанешь из-за всех этих беспорядков, но когда есть свои люди, все можно достать.

Джейс краем уха слышал кое-что о маленькой, некогда курортной планетке, где не так давно начались беспорядки — не то революция, не то государственный переворот. Ребята из "Эхо" как-то упомянули, что туда введены войска Альянса, но пока аборигены успешно им противостояли. Если у блондиночки там родственник, то наверняка из военных.

Тем временем докторша поставила перед ним мытые фрукты и выдала ножик. Джейс скептически посмотрел на это орудие поварского ремесла. Подобное недоразумение есть в любом офисе. Обычно у него никчемное дешевенькое лезвие и раздолбанная рукоятка, им кромсают все подряд — от яблок до тортов, — и никогда не затачивают. Таким не то что кожуру фрукта, но и пластилин не нарежешь! Ладно, раз обещал, должен сделать. Джейс по привычке быстрым перебором прокрутил ножик в руке. Лезвие серебряной рыбкой проскользнуло между пальцев, ложась в руку. Теперь надо было понять, что ему предстояло резать.

Фрукты были круглыми, размером с кулак. Гладкая кожура была окрашена в глубокий пурпурно-сливовый цвет с кремовыми полосками и даже на первый взгляд казалась очень прочной. Сверху каждый фрукт украшал толстая сморщенная ножка и венец из плотно прилегающих, сухих, округлых долей чашечки.

— Как его обычно режут? Вдоль или поперек? — спросил Джейс.

— Вот так, — Джессика скользнула подушечкой указательного пальца поперек круглого бока диковинного плода, легонько задевая руку Джейса.

Джейс только кивнул. Поперек так поперек. Приноровившись после пары неудачных попыток, Джейс начал ловко с силой загонять нож в кожуру и, действуя ножом, как рычагом, раскалывать фрукт пополам. В результате получались две чаши с толстыми стенками, покрытыми изнутри губчатой массой свекольного цвета, — одна пустая, а вторая — полная упругих белоснежных долек, по форме напоминавших зубчики чеснока.

Справился он за пять минут, ловко разделав целый пакет незнакомых ему плодов. Докторша, на тот момент уже заварившая себе чай, сидела и пристально следила за каждым его движением. Джейс предположил, что ее напрягает нож в его руках, поэтому сразу, как закончил работу, положил это сомнительное оружие рядом с горкой разделанных фруктов и спросил:

— Разрешите вымыть руки, мэм?

Кожу усеивали фиолетовые разводы, которые, однако, быстро и бесследно исчезли с водой. Джейс вытер руки бумажным полотенцем и обернулся. Докторша смотрела на него как-то слишком пристально.

— Я могу быть вам еще чем-нибудь полезен? — как можно вежливее произнес Джейс, не зная, чего ожидать от этой женщины. Интуиция ему подсказывала, что что-то тут серьезно не так, но понять, что именно, он пока не мог.

— Нет, нет, садись обратно, отдыхай. Несколько минут у тебя еще есть, — задергалась блондинка и вдруг кивнула в сторону горки фруктов. — Бери, угощайся.

— Вы очень щедры, мэм, спасибо, — откровенно удивился такой щедрости Джейс. — Но вы уверены, что хотите переводить на меня такой продукт?

— Я же сказзала, что можно! — чуть истерично вскинулась докторша, ее лицо исказил гнев.

— Да, мэм, простите, мэм.

Стоило проявить послушание, как блондинка снова вернулась к условно нормальному состоянию. Такие быстрые перемены показались Джейсу подозрительными, но выбор стоял между халявным угощением и скандалом, и решение пришло само собой. Белоснежная долька лопнула на языке, брызжа нежнейшим кисло-сладким соком с едва уловимыми нотками жженого сахара, винограда, абрикоса и чего-то еще, невероятно вкусного,